Рёго Нарита – Дюрарара!! Том 1 (страница 18)

— Так что можешь умереть со спокойной совестью.

Самообладание гопника рассыпалось окончательно.

— Погодь!.. В смысле, подождите! Я всё тебе… всё вам расскажу! Всё расскажу! То, чего пока не рассказал он, только прошу, пожалуйста, не убивайте!

— Понятно. Получается, несмотря на специфический род занятий, вы тоже что-то вроде офисного планктона.

Как рассказал отморозок, их банду наняла небольшая фирма, предоставляющая заказчикам временных сотрудников. Они выполняли всякие несложные поручения — по сути, были разнорабочими. Но на самом деле это служило лишь прикрытием. Фирма принимала заказы только от одной крупной компании, с которой у неё был подписан эксклюзивный контракт, — от переживавших не лучшие времена фармацевтов с центральным офисом и лабораторией по соседству с Икэбукуро.

Кадота дослушал рассказ и улыбнулся:

— Компания с финансовыми проблемами похищает людей, чтобы ставить на них опыты? И это в нашей-то развитой стране?

На самом деле Кадота не сомневался, что гопник сказал правду. Вряд ли у него оставались силы лгать, к тому же до Кадоты и раньше доходили всякие слухи о фармацевтической компании «Ягири».

Велев Тогусе отвезти пленника куда-нибудь и отпустить, Кадота собрался уходить.

А бандит напоследок спросил, еле дыша:

— Но… Но кто же вы всё-таки… такие?..

Кадота остановился и не оборачиваясь бросил:

— «Доллары». Слышал, может?

Как только Кадота вышел из машины, к нему обратился ждавший снаружи Симада:

— Скажите, Кадота… Про то, что второй раскололся, вы соврали?

— А что, было заметно? — негромко спросил Кадота.

Удивление Симады быстро сменилось усталой улыбкой: другого он от Кадоты и не ждал.

— Мне так не хотелось доверять дело этой парочке… — начал Кадота. — Я ведь тоже люблю книги «Дэнгэки Бунко». Смотреть больно, как Юмасаки с Карисавой обращаются с этими историями.

— Да уж… — Симада поглядел на минивэн. — А ведь это наше первое дело с тех пор, как мы стали «Долларами». Хотя так-то нам просто надо было спасти Казтано, но если бы не «Доллары», мы бы никогда с ним не познакомились…

Симада, Кадота, Юмасаки и Карисава состояли в одной организации.

Началось всё с небольшого круга близких друзей, а потом Кадота вдруг обнаружил, что за ним пытаются увязаться разные социально опасные личности вроде Юмасаки и Карисавы. Он сам не знал, чем привлекает таких людей, но, раз уж они нашли в нём авторитет, Кадота просто обязан был направлять их энергию в мирное русло… Но в итоге даже постоянную работу никому найти не смог, поэтому все члены банды, кроме босса, перебивались от подработки к подработке.

Они знали парочку людей из криминального мира, однако покровителей среди крупных игроков у банды не было, поэтому большую часть времени они старались держаться в стороне от чужих разборок. Но однажды Кадоте, предводителю их маленького отряда, пришло приглашение: мол, не хотите ли вступить в «Доллары»?

Никаких правил и ограничений, просто называйте себя «Долларами».

Весьма странное предложение — ни одна сторона не выигрывала от такого сотрудничества напрямую, но возможность назваться именем, о котором трубил весь Икэбукуро, выглядела заманчиво. Сам Кадота идеей впечатлён не был, зато остальные члены банды пришли в восторг. В конце концов он сдался и принял приглашение.

«Похоже, я притягиваю людей тем, что меня легко уломать. Чёрт, даже у Сидзуо Хэйвадзимы — и то нормальная работа…»

Сначала Кадота подумал, что это просто шутка: кто-то узнал адрес его электронной почты и решил разыграть. Но уже на следующий день, зайдя на сайт «Долларов», увидел в углу экрана свой ник.

— А что о сегодняшнем происшествии думает босс «Долларов»? — поинтересовался Симада.

— Без понятия.

— Как так?

— В этом и проблема: даже я никогда не видел лидера. Внутри «Долларов» постепенно вырисовывается иерархия мелких банд, которые вошли в их состав, непонятно пока лишь одно: кто на верхушке пирамиды.

Кадоте не давал покоя вопрос: кто же создал эту странную организацию? Ему не нравилась идея работать на безликого и безымянного босса, но как раз из-за того, что он не знал его ни по имени, ни в лицо, не было и ощущения, что он вообще на кого-то работает.

Но если кто и способен создать нечто подобное, то это…

Идзая Орихара.

Раньше Идзая жил в Икэбукуро, поэтому они не раз встречались. Он был из тех типов, которые дают людям обидные прозвища вроде «Дотатин». Именно из-за него к Кадоте прицепилась эта кличка, и даже Карисава иногда звала его так.

Кроме этой дикой догадки размышления о том, кто стоит во главе «Долларов», Кадоте только мешали. Он попытался выбросить мысли из головы, хотя бы на время.

По-настоящему влиятельны в Токио лишь якудза, заграничная мафия да полиция. «Доллары», как ни крути, в сравнении с ними мелкие сошки. Как бы гордо ни звучало сейчас их имя, ни численность, ни сила «Долларов» не имели значения: они всего лишь зыбкое марево, возникшее посреди вечно меняющегося города.

Вот почему Кадота искал своего босса — как подтверждение, что «Доллары» реальны.

Он прекрасно понимал: лишь развеяв окружающий банду мираж, получится узнать, правда ли «Доллары» существуют.

Глава 8. Две героини: о Сонохаре

Микадо и Кида уже втянулись в новую школьную жизнь. Они прошли медосмотр, и теперь их ждали обычные уроки.

В «Райре» на второй день после церемонии поступления проводились экскурсии по школе и презентация клубов, а на третий — медосмотр и классный час.

Он как раз был в самом разгаре: выбирали представителей в школьные комитеты.

— Короче, айда кадрить девчонок, — заговорщическим тоном произнёс Масаоми и шумно захлопнул учебник. Прозвучало как рекламный слоган.

Масаоми, которого определили в класс «Б», почему-то всё время тусовался с Микадо в кабинете класса «А». Большинство учеников до сих пор носили форму, так что Масаоми в обычной одежде сильно выделялся.

— Что ты вообще здесь забыл?.. — решился наконец спросить Микадо, хотя заметил Масаоми сразу, как только тот вошёл. Учителя не было, поэтому классный час вёл парень, чья фамилия стояла в журнале первой.

— Итак, в комитете по благоустройству территории у нас будут Ямадзаки и Нисидзаки; в комитете здравоохранения — Ягири и Асакура; в дисциплинарном — Кудзухара и Канэмура; в избирком…

В «Райре» в комитеты принято было выдвигать по два человека от класса: юношу и девушку. Ведущий классный час парень зачитал вслух записанное на доске, проверяя, всё ли правильно, а потом задумался над следующим вопросом:

— Ещё у нас пока нет старост, кто-нибудь хочет?

— А… — открыл было рот Масаоми, уже собираясь поднять руку, но Микадо успел его остановить.

«Староста… — подумал Микадо, — звучит неплохо, но это же, наверное, сложно…»

Он хотел выбраться из унылых будней. Микадо уже вырвался из опостылевшего родного городка и нырнул в новый мир, но несколько дней среди бурного потока впечатлений лишь усилили жажду неизведанного.

Мозг Микадо, познавший незнакомые ему ранее раздражители, требовал новых впечатлений, не обращая внимания на опасность.

Он будто кричал: «Больше впечатлений, больше необычного, больше перемен!»

Микадо бы сейчас легко повёлся на любой развод, обман и даже попытки затянуть его в секту. Если бы Масаоми позвал на сходку байкерской банды, возможно, он согласился бы и на это.

Но, несмотря на безрассудную готовность к приключениям, Микадо всё ещё понимал, какую ответственность предполагает должность старосты, и опасался, что новые обязательства сильно ограничат его свободу.

И только он решил, что лучше сидеть и не высовываться, как одна ученица молча подняла руку, неотрывно глядя в пол.

Это была та бледная девушка в очках, Анри Сонохара. Красавица, но немного странная, словно она отрешилась от всего вокруг.

— А, кажется… Сонохара… Анри, да? Хорошо, так и запишем, будешь старостой, — проговорил заменяющий учителя парень.

По классу прокатилась волна жидких аплодисментов — тем, кто не претендовал на должность, было не слишком интересно, кто её в итоге займёт.

Записав имя Анри на доске, парень отряхнул руки.

— Продолжишь? — спросил он и, не дожидаясь ответа, устало вернулся на своё место.

— Итак, а из мальчиков кто-нибудь вызовется в старосты? — проговорила Сонохара негромко, но чётко.

Желающих не нашлось, и в классе повисла неловкая тишина.

«Что же делать…» — всё сомневался Микадо, не в силах оторвать взгляда от стоящей на возвышении у доски Анри.

А та вдруг поглядела на одного мальчика.