Рут Ренделл – Волк на заклание. Отель «Гранд Вавилон» (страница 34)

— Он хороший механик, — сказал Коуторн — даже слишком хороший.

Эти слова, вероятно, напомнили ему про виски, ибо он долил стакан до половины, а потом, быстро и бесшабашно наклонив бутылку, — до краев. Он вздохнул, то ли предвкушая удовольствие, то ли сокрушаясь о том, что не устоял против очередного искушения.

— Я хочу сказать, что он слишком хорошо устанавливал личные контакты.

Последние слова заглушил визгливый, пронзительный, как звук циркулярной пилы, смех миссис Коуторн.

— Очень хорошо умел подладиться к клиентам, — продолжал Коуторн, не обращая на жену внимания. — Мадам — то, мадам — се, откроет дверцу машины, скажет комплимент насчет их умелого вождения. Черт побери, все это не обязательно для тысячемильной гарантии, которую мы выдаем на свою работу.

— По крайней мере, все это вполне безобидно.

— Хорошенькое «безобидно», когда мелкий мошенник уводит у вас из-под носа заказы! Я это точно узнал — окольными, конечно, путями… — Он нахмурился, ни дать ни взять генерал разведслужбы. — У меня есть своя агентура. «Я могу сделать для вас эту работу частным образом, мадам, и всего за десятку». — Коуторн надолго присосался к стакану. — И я ни черта не могу с этим сделать, как с накладными расходами. Мне придется платить из своего кармана, если опущу плату за обслуживание ниже двенадцати фунтов и шести шиллингов. А он увел у меня человек шесть, причем хороших клиентов. Я обвинил его в мошенничестве, но он клялся, что они переметнулись к Мисселу. Я говорю, к примеру, о миссис Каррен, Марголисах…

Вексфорд негромко кашлянул.

Коуторн порозовел. Он старательно избегал взгляда жены.

— Вы, возможно, думаете, — продолжал Коуторн, что она, мисс Марголис, была легкомысленной. Легко нажито — легко прожито. Как бы не так! Да, деньги доставались ей легко, но Анита считала каждый пенни. Хотя мы год были близкими друзьями, она, глазом не моргнув, переметнулась к Энсти, тайком, правда. Приезжала ко мне только за бензином. — Он рыгнул и закашлялся, чтобы скрыть это. — Тоже мне, одолжение! Много ли заработаешь на бензине!

— Они водили дружбу?

— Анита и Рей? Покажите мне мужчину до пятидесяти, с которым она не была дружна. Лишь бы без горба или заячьей губы. — Самому Коуторну перевалило за пятьдесят, его возраст и был этим самым горбом.

— Он уволился от вас в субботу, — медленно произнес Берден, — и куда же направился? — Вопрос был риторическим, и Берден не ждал на него ответа. — Вы не знаете, где он живет?

— Где-то в Кингсмаркхеме. Кто-нибудь из моих ребят может знать. — На его одутловатом лице проглянула печаль, и он, словно бы забыв недавние нападки на Аниту Марголис, спросил: — Вы думаете, что он убил ее? Убил маленькую Энн…

— Давайте поищем его адрес, мистер Коуторн.

Серьги возбужденно подпрыгнули.

— Его разыскивают? — Глаза миссис Коуторн сияли. — Бедное затравленное создание!

— Ох, да заткнись ты, — сказал Коуторн и вышел под дождь.

17

Сыщики стояли под навесом, пока Коуторн расспрашивал своих работников. Дождь перестал, завеса облаков разомкнулась. Над Кингсмаркхемом в разрывах этой пелены видно было чистое небо почти зеленого цвета.

— Дом сто восемьдесят шесть по Хай-стрит, Кингсмаркхем, — сказал Коуторн, торопливо приближаясь к полисменам, и предпринял спурт на последних нескольких метрах. — Там была или есть его штаб-квартира.

— Сто восемьдесят шесть, — быстро повторил Берден. — Теперь представим, где это. Квартал новых домов с номера сто пятьдесят восьмого по сто семьдесят четвертый, потом магазин химтоваров, цветочная лавка… — Он загибал один за другим пальцы на руке. — Но это же…

— Конечно, это лавка Гровера. — По виду Коуторна можно было предположить, что ничего другого он и не ожидал. — Вы же знаете, они сдают одну из комнат в мансарде. Двое моих ребят квартировали там прежде, а когда Энсти отказали в квартире дальше по шоссе, кто-нибудь посоветовал ему обратиться к Гроверу. Не забудьте, у Гровера он всего месяц.

— Прямо у дверей участка! — сердито фыркнул Вексфорд, садясь в автомобиль. — Из окна видать. Вот тебе и наблюдательный пункт!

— Всем известно, что Гровер берет квартирантов, сэр, — извиняющимся тоном сказал Берден, хотя не знал, за кого он, собственно, извиняется, но в свое оправдание добавил: — Позволю заметить, все мы видели, как молодой темноволосый парень входит в лавку, выходит из нее, но никоим образом не связывали его с нашим делом. Сколько таких невысоких, темноволосых парней в одном только Кингсмаркхеме?

— Ему не пришлось далеко ходить, чтобы увидеть объявление Руби, — мрачно сказал Вексфорд. — Можно сказать, у себя дома добывал ножи. А в каком состоянии теперь ваша теория об автомобилях? У Энсти своего не было, а он менял черную машину на зеленую.

— Анита получила пятьсот фунтов за день до их свидания в доме Руби. Миссис Пенистен утверждает, что девушка была великодушной. Может быть, она купила ему машину?

Они въехали на передний двор участка. Повернув голову, Берден увидел, что из лавки Гровера с вечерней газетой в руке вышел мужчина. Они поднялись по ступенькам к двери: с широкого белого навеса все еще капало.

— Может быть, она купила ему машину, — повторил Берден. — За пять сотен можно получить очень приличную подержанную машину.

— Нам говорили, что она была щедрой, — проговорил Вексфорд, поднимаясь по лёстнице наверх. — Еще нам говорили, что она была практичной женщиной и деньги свои считала. Речь же не о старухе, покупающей себе любовника. Молодые девушки не дарят своим дружкам автомобилей.

В кабинете Вексфорда было тепло и тихо. Стулья опять стояли по стенам, бумаги на столе кто-то аккуратно сложил. Ничто не говорило о том, что совсем недавно здесь разыгралась человеческая трагедия. Берден снял дождевик и повесил его под струю теплого воздуха.

— Киркпатрик видел Энн Марголис двадцать минут восьмого, — сказал Берден. — У Руби она появилась в восемь. Сорока минут достаточно, чтобы переменить пальто, заехать к Гроверу, оставить там на какой-то срок «элпайн» и отправиться в Стоуэртон. Ничего сложного.

— Когда Киркпатрик увидел Энн, на ней была оцелотовая шубка. В самом деле, можно забежать в дом и сменить шубку на дождевик, но шубка-то оказалась на соседнем с водителем сиденье в ее собственном автомобиле. Мелочь, но, вполне возможно, существенная. Теперь переходим ко времени. Ваша теория верна, если у Аниты и Энсти в распоряжении уже был зеленый автомобиль. Возможно, и был. Мы это выясним. Но если — для стыковки событий — придется предположить, что они взяли у кого-то или наняли зеленый автомобиль, то по времени это невозможно.

— Возможно, если они воспользовались автомобилем Марголиса, — сказал Берден.

Появление Дрейтона и Мартина прервало разговор двух инспекторов. Теперь все четверо сидели за столом, а Вексфорд посвящал вновь пришедших в новые подробности дела. Он видел, как посуровело лицо Дрейтона и окаменел его взгляд, когда он упомянул лавку Гровера.

— Итак, — сказал он, взглянув на наручные часы. — Мы дадим им время закрыться, а потом начнем действовать. Гровер ведь малоподвижен? — Вексфорд бросил на Дрейтона проницательный взгляд.

— Встал с постели и начал заниматься своей лавкой, сэр.

— Хорошо, — кивнул Вексфорд. — Теперь, — он обращался к Вердену, — что же все-таки происходило с машиной Марголиса? Марголис ведь уезжал в Лондон.

— Он оставил свой автомобиль у железнодорожной станции. Разве не могла Анита пройти две сотни ярдов по Йорк-стрит и позаимствовать на время машину брата? Они могли вполне пригнать ее на то же место к возвращению Марголиса.

— Не забывайте только, что он должен был вернуться в девять, а не в одиннадцать. Никто не знал заранее, что он останется обедать с хозяином картинной галереи.

— Что из того? — Верден пожал плечами. — И брат, и сестра ужасно безалаберны. Не найдя машины на месте, Марголис скорее всего решил бы, что не оставлял ее там или что ее украли. И ничего не предпринимал бы без сестры. Энсти выкинул ее тело, отогнал машину Марголиса на станционную стоянку, а когда город мирно спал, залил воды в радиатор «элпайна», прихватил с собою на всякий случай запасную канистру с водой и пригнал «элпайн» к Куинс-Коттедж.

Верден ожидал увидеть на лице Вексфорда довольное выражение и услышать одобрение, как было накануне вечером в «Оливковой Ветви и Голубке». Дело как будто пошло на лад, и он, Верден, все увязал воедино. Но губы Вексфорда недовольно кривились. Вместо ожидаемой похвалы старший инспектор негромко проговорил:

— Боюсь, я не так себе это представляю.

Лавка была закрыта. В проулке стояли лужи, в них, как в зеркале, отражался зеленоватый свет фонаря. Два ящика перед дверями гаража дожидались утра, когда их наполнят мусором и пылью. Оставляя отпечатки мокрых лапок на кем-то оброненной газете, подошел и обнюхал полисменов кот.

Дрейтон не хотел идти. Он знал теперь, что именно с Реем Энсти Линда целовалась тогда на мосту. Он жил в доме Гровера и брал автомобиль у своего хозяина, чтобы кататься с Линдой. Возможно, тот же самый, в котором сам Дрейтон ездил с девушкой в Черитонский лес. Он бросил Линду ради Энн Марголис, а она его — ради молодого полисмена. Карусель — штука, вращающаяся с переменной скоростью И иногда надолго останавливающаяся. Он чувствовал, что для него карусель остановилась и он должен сойти с нее вместе с Линдой, возможно, чтобы дальше идти рядом по жизни.