Руслан Жук – Игдрасиль. Путь к звёздам. Точка бифуркации (страница 3)
Гоша закрыл глаза и провалился в сон.
––
Ему снился Иггдрасиль. Он стоял на ветке и смотрел вниз, в бесконечную пустоту. Рядом стоял кто-то – высокий, тёмный, без лица.
– Ты думаешь, что победил, – сказал голос. – Но победы не будет.
– Кто ты?
– Я – то, чем ты можешь стать. Я – твой выбор.
– Я не выбирал тьму.
– Пока не выбрал. Но выбор всегда есть. И он всегда один.
Гоша хотел ответить, но вдруг увидел Линь Мэй. Она стояла на другой ветке, и вокруг неё клубилась тьма.
– Линь! – закричал он. – Беги!
Она повернулась. Глаза у неё были чёрные.
– Поздно, – сказала она голосом, полным пустоты.
Гоша проснулся в холодном поту.
– Приснилось? – спросила Линь Мэй.
Он посмотрел на неё. Обычные глаза. Живые.
– Да. Кошмар.
– О чём?
– О тебе. Что ты стала… одной из них.
Линь Мэй помолчала.
– Не стану. Я выбрала свет.
– Откуда ты знаешь?
– Знаю. Так же, как знаю, что ты не станешь тьмой. Мы вместе. Это и есть выбор.
Гоша выдохнул.
– Ты права. Извини.
– Не извиняйся. Страх – это нормально. Главное – не дать ему победить.
Самолёт летел над облаками. Впереди был Пекин, потом Чэнду, потом Тибет.
А за ними уже следили.
––
Продолжение следует…
–
ГЛАВА 3. «ЧЭНДУ»
Пекин встретил их смогом и суетой.
– Ничего не вижу, – сказал Гоша, выходя из аэропорта. – Это туман или смог?
– И то, и другое, – ответила Линь Мэй. – Добро пожаловать в Китай.
– У нас в Сибири воздух чище.
– У вас в Сибири людей меньше.
Сарга в голове хмыкнула:
– Логично.
У них было три часа до поезда в Чэнду. Линь Мэй предложила погулять по городу, но Гоша отказался:
– Я в таком тумане заблужусь через пять минут. Лучше посидим в кафе.
Они нашли маленькое заведение прямо у вокзала. Гоша заказал рис с овощами и попытался есть палочками. Получалось плохо.
– Ты как будто граблями ешь, – заметила Линь Мэй.
– А ты как будто всю жизнь это делаешь.
– Я и делаю.
– Ну вот, а я вилкой привык.
– В Китае вилок нет.
– А это что? – Гоша ткнул пальцем в прибор на соседнем столике.
– Для туристов.
– Я и есть турист.
Линь Мэй вздохнула и протянула ему вилку.
– Держи. Но дома так не делай. Бабушка обидится.
– У тебя бабушка в Чэнду?
– Да. И дедушка. И тётя. И двоюродные братья.
– Ого. Целая армия.
– Армия, – согласилась Линь Мэй. – Но они хорошие.
– А они знают… про нас?
– Нет. И не узнают.
– Почему?
– Потому что это опасно. Для них.
Гоша замолчал. Он вдруг понял, что Линь Мэй рискует не только собой, но и своей семьёй.
– Прости, – сказал он.
– За что?
– Что втянул тебя в это.
– Ты не втягивал. Я сама пошла.
– Но могла бы отказаться.