Руслан Варп – Избранный принц 2 (страница 11)

— Что⁈ Кто ты такой⁈ Ты что делаешь⁈ — возмутился молодой кочевник, когда я разжал ему рот. Все это время он лишь мычал и вращал глазами, даже не особо и вырываясь и явно не понимая где он и что происходит⁈

— Привет! — приятно улыбнулся я ему, своей фирменной улыбкой, — Меня зовут принц Грейв, но ты, друг, можешь называть меня просто Принц! Меня так почти все тут зовут…

— Принц? Грейв? Друг? — все еще не понимал, что происходит и активно нервничал мой новый будущий товарищ, хватаясь за несуществующий меч у пояса, — Ты меня что — похитил⁈

— Ну-ну! Зачем же бросаться такими жестокими словами! — возмутился я, — Не похитил, а пригласил на дружескую экскурсию по городу! Скажи, мне друг — ты бы хотел посмотреть на все те новинки, что производятся в нашей столице своими глазами и потрогать их своими руками?.. Без лишних нотаций со стороны твоих старших товарищей?

Вкрадчиво поинтересовался я и кочевник потихоньку начал успокаиваться под размеренным, тихим тембром моего голоса.

— Возможно… — все еще глядя на меня с подозрением, но уже перестав кричать и кипятиться, согласился он.

— Тогда позволь мне тебе все показать! — обрадовался я. Кажется они и правда были заинтересованы в новых товарах появившихся у моих партнеров и, теперь уже, даже у меня! Это были отличные новости.

Делом пяти минут было объяснить, почему я на него вот так напал, после чего мы уже нормально познакомились — его звали Бахтияр и он был молодым, амбициозным вождем маленького приграничного племени Яростной Птицы. После чего я предложил ему переодеться в столичное — для маскировки и, сделав это, мы, наконец то, покинули дворец! Благо стражникам сказали лишь не пускать меня на этаж к кочевникам, а не выпускать меня из дворца с незнакомцами им никто не велел.

Сперва вождь отнесся ко мне с глубочайшим подозрением, даже сходил к себе и прицепил к поясу саблю. Но потихоньку-полегоньку, чем больше я ему показывал, чем больше он встречал людей, которые относились ко мне с уважением, тем больше он оттаивал и, постепенно, втянулся в беседу:

— А ты, похоже, большой человек, уважаемый Грейв! — повеселел он наконец, после третьего или четвертого производства на которое я его затащил, показывая самые впечатляющие из новинок столицы и заваливая небольшими подарочками-пробниками, — Слушай… Ты говорил, что принц, да? А торговцы рассказывали что то про то, что многие из их товаров тоже придумал один принц… Тогда не может ли быть такого, что?..

— Да-да — это был я! — скромно обрадовался я такому неожиданному признанию своих заслуг. Приятно было узнать, что репутация уже начала работать на меня, а не только я на нее. Особенно это внушало надежду применительно к заграничной славе!

— Тогда мы с тобой, можем большие дела делать, уважаемый Грейв! — обрадовался Бахтияр и даже захлопал меня по спине, кажется окончательно утвердившись в том, что со мной надо задружиться. Это было замечательно! Когда человек сам хотел с тобой подружиться, даже если неискренне, это было гораздо проще, чем навязываться. А то, что это один из вождей степняков, пусть даже и маленького, но зато пограничного племени и вовсе дорогого стоило. В идеале, мне бы хотелось поговорить сразу со всеми послами, но пока было достаточно установить контакт и только с Бахтияром. Из своего дворцового опыта, а также отношений с торговыми партнерами, я твердо усвоил одну вещь — не важно с каким количеством человек ты хочешь подружиться! Важно подружиться хотя бы с одним — и уже он прекрасно сведет тебя со своим окружением. Даже если это враждующие друг с другом кочевники, все равно знакомый врага, лучше незнакомца вообще. Так что Бахтияр должен был стать моей лесенкой в «высший свет» Великой Степи. Ну, а я его лесенкой к последним и самым востребованным товарам столицы! Взаимовыгодное сотрудничество, называется.

Потихоньку я открывал для него столицу, а Бахтияр делился со мной последними новостями степи и наболевшим — жизнь в Великой Степи оказалась непростой…

Это было не монолитное государство, но и не хаос различных племен, как все виделось снаружи.

Костяком степи служили около пятидесяти великих родов, которые существовали уже века и почти не воевали друг с другом — крепко держа самые лакомые части торговых путей. А мясом служили малые племена, которые то появлялись, откалываясь от великих племен, в виде сыновей вождя с приближенными, то исчезали в распрях друг с другом, пытаясь занять выгодное место под солнцем… Отцом Бахтияра был такой вот младший сын, сумевший сколотить среднего размера племя и занять себе неплохое место! Вот только с его смертью, часть воинов ушла и молодому вождю пришлось сильно подвинуться с пути более сильных, так что теперь он искал себе партнеров и союзников — в том числе и у нас. Где ему, как раз попался такой уважаемый человек как я! Причем, хоть племя у него было не самое сильное — ведь даже в качестве посла ему пришлось ехать самому, а не посылать кого нибудь уважаемого — но в то же время оно не бедствовало и не развалилось, как это происходило с другими и очень часто.

Вождь был перспективным молодым человеком и всячески старался этот момент для меня выделить и подчеркнуть.

Глава 13

— На совете вождей, вообще говорили — нападем на них! Они слабые! Но я был за переговоры. — надулся от важности молодой вождь, следуя рядом со мной и показывая, какую услугу он нам тут оказал. — Зачем воевать, если можно поговорить? Духи нам дали язык, чтобы мы разговаривали.

После посещения части моих партнеров, вышедший из дворца налегке вождь, теперь тащил за собой объемный рюкзак, полный всяких ништяков… Но это его ни капли не смущало и не тяготило! Наоборот, чем труднее ему было идти, тем веселее он становился. Только я ему помогать, что то тащить, точно не собирался…

— И правда — зачем нападать, когда можно договориться! — закивал я, поддакивая.

— Ну, как зачем? Грабить! — возмутился моей непонятливости молодой вождь, заставляя немного сомневаться в его изначальных пацифистских настроениях… — Вы сейчас как жирная овца! Совсем слабые — все войска куда то ушли. Можно вообще захватить ваши земли, а вас всех сделать нашими слугами! Будете платить нам дань.

Надувшись еще больше, пояснил он свою позицию в деле продвижения мира. Кажется я понимал, чем были так недовольны молодые послы — они же вожди, когда их повели на прием в большой тронный зал. Наверняка там сейчас очень весело и оживленно, если я правильно начал понимать бесхитростный нрав степных воинов!

— Нее! — отмахнулся я от его слов, вызывая заметный интерес, но и заставив вождя нахмуриться, — Смотри. У тебя есть овца — жирная овца! Ты что, правда ее будешь резать? Или все же стричь?

— А это моя овца или?.. — уточнил Бахтияр важную для нашего воображаемого примера вещь.

— Конечно, твоя! — возмутился я его сомнениям, — Чья еще это может быть овца⁈

— … Стричь, конечно… — покивал молодой вождь моей неоспоримой логике. Думаю, что он и сам подозревал, что все овцы могут быть только его, но получить подтверждение никогда не помешает.

— Вот то то и оно. — закивал я, — Те кто предлагал резать — глупцы. А ты, который предлагал стричь и договариваться — умен и прозорлив. Если кто то будет резать своих овец — останется без шерсти и без овец. Как дурак.

Вождь задумчиво покивал, такой логике — явно согласный с тем, что остальные дураки, а он умен — после чего уточнил:

— Но можно же захватить земли и сделать людей слугами… — при этом Бахтияр выглядел не совсем уверенно, поскольку сейчас как раз разговаривал с одним из потенциальных слуг, но еще и нес рюкзак подарков от него. Такой разговор, если смотреть на него невооруженным взглядом, мог показаться немного… некрасивым.

— Ерунда! — отмахнулся я, — Делать здешних слугами, все равно что загонять овец пастись в стоило. Овец нужно держать в стойлах — ночью, чтобы волки не съели, но что будет, если их там держать постоянно⁈ Что бы ты сказал человеку, который все время держит своих овец в стойле и не пускает их пастись вольно?

— Я бы сказал ему «Ты — дурак!»! Они же у тебя так, никакого жира не нагуляют! — мгновенно сориентировался вождь, — А еще будут болеть и вообще — сдохнут.

— Вот вот. — согласился я, — К тому же тут не степь, а одни леса. Кочевать негде, скотину пасти негде… Захватывать эти земли все равно что сказать — я хочу стать крестьянином и жить на одном месте. А захватывать этих людей, все равно что сказать — я хочу держать овец в стойле! Пусть они будут худые, облезлые и бесполезные.

Закивал я, своей дурацкой лжи, пока молодой вождь перебирал в уме мои доводы, забавно шевеля губами, нахмурившись и глядя куда то вверх, будто пытаясь увидеть свои мозги…

— Наверняка старшие втайне смеялись над дураками, которые это предложили! — попробовал я, прощупать почву, — Глядели на них и шептались между собой. А потом сказали что нибудь вроде — «Обязательно нападем, но потом! А сначала будем вести переговоры!», а сами про себя смеялись над их глупостью…

— Они… Так и сказали… — нахмурившись признался молодой вождь, — Вот старые уроды! Нет бы все объяснить по человечески!

Возмутился он наконец, даже сжав кулаки от досады.

— Хорошо, что ты выступал за переговоры! — с серьезным видом продолжил насмехаться я над ним, — Ты хоть и молод, но мудр! Ведь сразу ясно, что торговлей можно заработать в десять раз больше, чем грабежами. Причем не надо никуда ездить и терять друзей, в фиг пойми в каких дальних далях.