Руслан Ушаков – Убийца из Новороссийска (страница 2)

Согревшись и набив живот, он подолгу спал, а потом давал мне понять, что никуда от сюда не уйдет и будет жить со мной. Я не смогла отказать мурлыкающему наглецу, да и что скрывать – его компания была мне приятна, хоть конечно и хлопот прибавилось.

По местным новостям Новороссийска передавали сводку происшествий за последнюю неделю. Моя любимая часть, если местные органы хорошо работали, то возможно мне удастся увидеть по телевизору, одну из своих жертв.

Кусочек жареной рыбы наколотой на вилку, завис в воздухе, моë сердцебиение участилось, а слух напрягся.

Молоденькая журналистка взволнованно вещала, что найдено очередное тело пропавшей около месяца назад девушки.

Как всегда, слишком много пустой болтовни, покажите наконец еë фото. Моë возбуждение росло каждую минуту, в нетерпеливом ожидании, мои глаза были устремлены к экрану. Журналистка продолжала трещать, рассказывая.

О скорбящей семье и друзьях погибшей. Замолчи ты уже! Терпение было на исходе и мне хотелось чем-нибудь запустить в экран, но журналистка вдруг замолчала, а на экране появилось фото девушки. Это была моя рыбка, никогда не забуду еë пухлые губы и испуганный взгляд огромных серых глаз. Помню как в них затухала жизнь и они стали стеклянными. С перекошенным от страха и боли лицом, она уже не казалась такой красавицей. Вот что я люблю больше всего, когда по телевизору начинают рассказывать про мою «случайную знакомую». Теперь то мы познакомимся по-человечески и узнаем друг друга получше.

Помню, как сейчас, добыча лежит и хватает своим ротиком воздух, так жадно, так испуганно, но это всë что она может делать, ведь препарат введëный ей в вену, сделал еë полностью обездвиженной, но не лишëнной ощущений.

Бережно вставив кляп ей в рот, мои руки уверенно разрезали одежду на ней. Молочно-белые груди с коричневыми сосками предстали перед моим взглядом, пальцы нежно коснулись их и немного поласкали.

Дрянная девчонка! Даже на пороге смерти она сумела возбудиться, еë соски мгновенно затвердели! Но на этом прелюдия была завершена. Я так хочу узнать тебя… Кто ты.. Откуда… Из какой семьи… Где жила… Но это все будет. Будет, но потом. Мне расскажут о тебе журналисты. А сейчас… Остро заточенным ножом был сделан уверенный и точный разрез на этом нежном теле, от верха грудной клетки и до самого лобка.

Меня жутко возбуждало понимание того, что девушка всë чувствует, но ничего не может сделать, из еë глаз текли слëзы боли и ужаса, не удержавшись, мой язык слизнул одну из них – потрясающий вкус. В этом сезоне особенно пряный.

Добыча истекала кровью, жизнь покидала еë, мне оставалось только терпеливо ждать, чтобы приступить к следующему этапу…

Эхо преступления

Солнечный Новороссийск встречал меня подозрительной прозрачностью. День словно был промыт тысячью дождей. Странное ощущение, будто сама природа знала о прибытии в город группы следователей, лидером которой была я, и спешно замела следы чего-то страшного прямо перед моим прибытием.

Лужи блестели, море было спокойное, а по городу лениво толкаясь брели машины и жители. Несмотря на предчувствие погода стояла чудесная, а живописный вид за окном, настраивал меня на рабочий лад.

До гостиницы Хилтон я добралась без происшествий. Такси выплюнуло меня с заднего сидения и я еще раз насладилась панорамой несмыкающего глаз порта. Вечные отдыхающие даже в такой сезон и такую рань уже закупались кофе и ежились в воротники.

Милая девушка на ресепшн отдала карточки от моего номера. С улыбкой она поинтересовалась, впервые ли я посещаю их город и начала эмоционально рассказывать о достопримечательностях Новороссийска, которые нужно обязательно посетить каждому гостю города.

– Боюсь, у меня не будет на это времени, – перебила я поток еë речей, – я здесь по работе, так что оставьте своë красноречие для других гостей. Надеюсь номер готов к заселению?

– Само собой, у нас иначе не бывает, – улыбка сошла с лица девушки, а её взгляд стал серьёзным, – наверное обиделась на мою резкость и холодность, извиняться я не собиралась, многие считали меня хамкой и хладнокровной стервой, хотя я думаю, что это было слишком громко сказано. Пока за моей спиной ресепшеонисты шушукались, указывая на памятник 200летию прокуратуры, у меня было время поразмыслить о том, «что я за человек то такой». Да, возможно мой характер был не очень простым, а ещё после многолетней службы в милиции, я закалилась и возможно, где-то очерствела. А молоденькой девчонке-администратору, не помешает быть не только дружелюбной, но и непробиваемой, словно броня. Работа в такой сфере, очень часто заставляет сталкиваться с грубостью и хамством, так что пусть начинает привыкать.

Я закинула вещи и осмотрела своё пристанище на ближайшие пару недель. Меня всё устраивало, тихо и светло, чистота. Мои коллеги уже не любят командировки, а меня пока еще радует компактность проживания. Несколько дней – и новая жизнь.

Приняв душ, я поняла, что меня здесь ещё и накормят.

В дверь постучали, я открыла и тихая горничная закатила тележку с обедом. Вот так сюрприз, начальство обо мне в этот раз действительно позаботилось. Не буду даже вспоминать про свою прошлую кошмарную командировку, начиная от мерзкой погоды и заканчивая жутким клоповником, который мне с гордостью преподнесли, как один из лучших отелей города. Это было что-то…

Вид на порт из окна поражал, но что-то не так было во всей этой идиллии. Краны, корабли, склады все как на ладони. Тут так легко скрыться от правосудия… С аппетитом поев, я очень захотела поспать, но это приятное занятие придëтся отложить. Толстенная пачка материалов по делу пропадавших, а потом найденных изуродованных трупов женщин, ждала меня.

Вздохнув, я открыла документы и углубилась в чтение время от времени поднимая брови, чтобы держать открытыми слипающиеся веки.

– Здрасте, дядя Толя, вы с работы идëте?

– Здравствуй, Никитка! С работы, с неë самой, устал как собака.

– Правда? Значит урока гитары сегодня не будет? – расстроился парнишка.

– Ну почему? Всë будет, в то же время, в школьном классе. Я только отдохну немного, поужинаю под новости, да и приду сразу.

– Хорошо, дядь Толь, пойду пацанов соберу, будем ждать вас возле школы.

– Договорились. Беги давай уже, – добродушно заворчал Анатолий, мужчина сорока одного года, ничем ни примечательный, одетый в чëрный плащ и элегантную шляпу. Анатолий любил чëрный цвет, считая его строгим, универсальным и подходящим для любого случая.

Тихий одинокий мужчина, сварщик катеров и кораблей, работающий на местном заводе «Прибой» старался никогда не привлекать к себе лишнего внимания. Жил уединëнно, не злоупотреблял спиртным, был вежлив с соседями.

Его бывшая учительница, Клавдия Петровна, с большим трудом уговорила Толю, преподавать соседским мальчишкам игру на гитаре. Она со школы помнила, что Толя Сергеев хоть и был очень тихим, скрытным мальчиком, на гитаре он играл шикарно. Вот она и решила, чтобы сорванцы без дела по улице не болтались целыми днями, нужно организовать им культурный досуг. Другие соседи оживлëнно поддержали эту идею и Анатолию ничего не оставалось, как неохотно согласиться. Но постепенно мужчина сам втянулся и уже с удовольствием ходил на эти занятия, несколько раз в неделю. Мальчишки тоже были довольны, Анатолий всë доступно объяснял и несмотря на его заикание, ученики не дразнили его.

Придя домой, он разогрел ужин и включил телевизор. Кроме новостей его практически не интересовало телевидение, другое дело – книги! Хорошей литературой он мог зачитываться, забывая про сон и еду, за годы своей жизни, Анатолий собрал хорошую коллекцию книг.

Расследование вслепую

Вот уже несколько лет в городе-герое Новороссийск, стали пропадать женщины, совершенно разного возраста, типажа, телосложения.

Местные органы не сильно хотели бросать свои силы на такие дела, особенно после того, как большая часть пропавших, с поджатым хвостом возвращались в родной Новороссийск.

Многие сбегали из небольшого города в поисках лучшей жизни. Кому то не хватало свободы, другие сбегали с любовниками, но практически все были рано или поздно найдены.

Поэтому когда исчезновения продолжились и их даже стало больше, заявления конечно принимались, но как таковых расследований не было.

Я перевернула страницу дела и покачала головой. Из-за халатности местной милиции, мне приходилось изучать целую кипу бумаг. Читать отчëты по допросам и расследованию.

С моим дотошным подходом к работе, я начала подозревать, что с новороссийскими коллегами у меня явно отношения не заладятся.

Вздохнув и потянувшись напротив окна, я отметила что пролетело уже часа четыре и солнце перестало бить в окно. Я поворочала, сделала себе кофе и вернулась к материалам дела.

Спустя чуть больше полугода, после первых регулярных исчезновений женщин, которых не особо то и искали, на окраинах города стали всë чаще обнаруживаться их изуродованные трупы.

Некоторые из них, без сравнительного ДНК анализа невозможно было опознать. За десять лет моей службы, я многое повидала и научилась вести себя спокойно и мыслить хладнокровно. Но сейчас мне было совсем не по себе.

Чудовищно истерзанные тела с распоротым животом, частично отрезанными пальцами и губами, выколотыми глазами, через которые были протянуты то верëвки, то проволока. Изверг! Что у него творилось в голове, чтобы дойти до такого?