Руслан Стойчев – Больше, чем Паша (страница 2)

К примеру, есть у меня знакомая, бухгалтер по профессии. Хороший специалист, но получающий не столько, сколько ей требуется для жизни. Иногда ее руководитель обращался к ней за помощью, и тогда она выполняла работу, не имеющую отношения к ее основной деятельности. Она не знала даже, будет ли ей оплата за дополнительную работу. Просто делала то, о чем просили.

Потом она поняла, что стесняться не должна, и задала своему руководителю вопрос об оплате. Оказалось, что от нее просто ждали этот вопрос, и она получила положительный ответ. На этом, правда, история не закончилась. Дополнительную работу она и далее выполняет время от времени, но теперь каждый раз уточняет, какую сумму оплаты она получит.

Хотя ей и оплачивали, однако со временем эта же работа стала стоить вдвое дороже. А значит, нужно было оговаривать сумму оплаты вдвое больше. И как с первоначальным вопросом прежде у нее были сложности, так они возникли и с вопросом об увеличении суммы оплаты. Но это были ее личные сложности, а не ее руководителя.

Она обратилась к нему с просьбой увеличить стоимость оплаты за дополнительный объем работ, и руководитель согласился платить вдвое больше. Просто он считал, что если исполнитель не просит денег за свой труд, то можно и не оплачивать. Если человек не просит повышения оплаты, зная, что его труд должен оплачиваться вдвое больше — то и не получит увеличения. Тут ведь необходимо подходить к решению таких вопросов индивидуально, исходя из ситуации, в которой находитесь. Нужно отыскать свое решение, а не поступать так же, как поступают другие.

Но вернемся к моей истории. Паша оплачивал мне расходы на бензин для ежедневных поездок из Севастополя в Саки и обратно, но я решил отказаться от поездок. Долго и утомительно гонять по два часа утром и два часа вечером из Севастополя и обратно. Я позвонил своей знакомой, у которой под Евпаторией было несколько жилых коттеджей на берегу моря, и попросил ее согласия остановиться в одном из них. Она его дала, и в моем распоряжении оказался гостевой номер с кухней и санузлом, где я жил один, никому не мешая. Там я прожил месяц, пока мы не сдали АЗС 139.

В ту пору я заканчивал редакцию большой энциклопедии о местах Силы в Крыму и надеялся, что в свободное время смогу уделить внимание работе над книгой. В ней были собраны описания более 40 мест Силы в Крыму, на изучение и анализ которых у меня ушло 25 лет. Книга была опубликована месяцем позже, в январе 2025 года, когда мы уже закончили работу над объектом в Саках.

Ежедневно я ездил из Евпатории в Саки и обратно. Вечером в субботу возвращался в Севастополь к семье, а утром в понедельник уезжал обратно. От физической работы, которую я выполнял, был в полном восторге. Я получал просто огромное удовольствие уже от того, что мог активно двигаться, обучаться владению различным инструментом, получать новые для себя навыки.

Когда знакомые спрашивали, как мне работается у Паши, я описывал все с таким восторгом, что моим словам удивлялись. Мне все казалось каким-то чудесным, словно я был под каким-то волшебным веществом, от которого меняется восприятие действительности. Но я знал, что это нормальное состояние, и мне хотелось им жить.

Давно не испытывал такого подъёма сил и чувств от простой физической работы. Коллектив небольшой, но очень коммуникабельный. Все легко понимают друг друга, и мне не составляло сложности в общении с ребятами. К тому же у меня было желание научиться тому, что уже умели делать они. Часто я обращался за помощью к Жене, потому что он многое умел и понимал, как нужно делать.

Я рассказывал, как мне нравится то, чем я занимаюсь, и комфортен сам коллектив, но на вопрос, сколько же получаю за свою работу, не мог ответить, чем каждый раз удивлял своих собеседников.

— Как можно работать, не зная, сколько ты получишь? — спрашивали меня.

— Можно. Почему же нельзя? — удивлённо отвечал я. — Если я делаю все правильно, то это становится моим служением Богу через выполняемую работу. И я получаю от Бога через Пашу заслуженную оплату. Мало получу — значит, так необходимо. И получу столько, сколько мне необходимо, потому что знаю: равновесие и баланс проявлены во всем.

В итоге, за неделю работы я получил 12500. Немного, но и немало, как я посчитал, за ту работу, что была мною выполнена. Работая с Анатолием в его компании по монтажу систем автополива в качестве управляющего, я получал меньше монтажников, которыми руководил. Их месячная зарплата составляла 70—80 тысяч. Я же получал 40—50 тысяч по договору с Анатолием. Это гораздо меньше, чем я в итоге получил за месяц работы в Большом Паше.

Почему я продолжал дальше работать с Анатолием за такую маленькую оплату? Мне тогда было интересно, смогу ли я прийти к тому, что наметил для себя. Я был бригадиром, снабженцем и разнорабочим, когда требовалась физическая работа. Правда, в определенный момент все же отказался от физического труда и заявил, что больше не буду подменять разнорабочих. Тогда Анатолий сказал, что можно было просто предварительно нанимать разнорабочих на земляные работы. Удивлению моему не было предела. На вопрос, почему он сразу не сказал об этом, я услышал:

— А ты меня не спрашивал об этом.

— Но ты же сам мог мне сказать об этом, так как знал, что в некоторых случаях искать разнорабочих не было времени, — возразил я.

Оставлять бригаду без физической поддержки в те моменты я не мог. Да мне и не сложно было им помогать. Просто, выполняя работу не по своему профилю, помогая бригаде, я не мог выполнять свои прямые обязанности. Мне приходилось постоянно быть с бригадой на объектах, контролировать все проводимые ими работы. А стоять и смотреть я не могу и не хочу. Вместо управляющего я был бригадиром или прорабом, но точно не тем, кем должен был быть.

Когда же я смог самостоятельно реализовать несколько объектов по монтажу систем автополива, от момента получения заказа с последующим проектированием и закупкой оборудования, выполнением всех монтажных работ, до фактической сдачи объекта заказчику, то понял, зачем я оказался в этой сфере. Но, как только это случилось, интерес к совместной деятельности с Анатолием у меня пропал.

К тому моменту я уже стал его партнером, но сами деловые отношения с ним мне перестали быть интересны. Анатолий как партнёр и работодатель меня не устраивал. Мне не нравился его подход ко всему, а особенно к тем, кто работал на него. И я вышел из состава учредителей.

Мог ли я оставаться в компании лишь ради денег? Если бы мог, то, возможно, остался бы, ведь перспективы были. Но мне уже неинтересно было такое сотрудничество.

3. Зуб

Чтобы изготовить кассеты из металлокомпозита, нужно на станке ЧПУ вырезать детали. И уже потом эти детали нужно зачистить, согнуть и склепать. Управляет станком ЧПУ Саша Зубенко, которого все зовут просто Зуб. Странный худощавый мужчина, слегка дикий и совершенно не вписывающийся в коллектив Большого Паши.

Только при мне уже несколько раз он мог бы запросто «отгрести» от Жени. Да и не только от него. Но пока ему везёт, потому что хотя и злятся ребята на него, но свои угрозы до дела, слава Богу, не доводят. Вот и я однажды столкнулся с его эгоизмом. Станок ЧПУ большой, в длину — метров шесть. В полутора метрах от него стоит стол, на котором для удобства положено некоторое количество листов металлокомпозита такого же размера, как сам стол.

Обычно Зуб перетаскивал к стене, за станок, несколько листов металлокомпозита. Оттуда он их перекладывал далее на полотно станка для фрезеровки. Но однажды он решил, что нужно листы положить на наш стол, где мы собираем кассеты. Ну, хорошо, положили мы все листы композита на стол. А так как он нужен был мне для работы, то поверх листов мною был положен рабочий инструмент и необходимые для сборки кассет материалы и детали.

Он мог бы сложить листы сразу у стены, но по какой-то причине отказался. Я работал на этом столе, собирая кассеты, и каждый раз ему нужен был новый лист. Чтобы перенести лист с нашего стола на полотно станка, нужно было каждый раз убрать со стола все, чем я пользовался.

И вот, стоило только мне начать работу, как ему понадобился лист. И он стал убирать все сам, перекладывая нужный мне инструмент и детали. Я промолчал, но помог ему. Через некоторое время ему снова понадобился новый лист. Я предложил ему переместить несколько листов к стене, как он обычно это делал ранее.

— Мне оттуда неудобно их перекладывать на станок, — ответил мне Зуб.

— А мне, значит, удобно прерывать свою работу, убирать инструмент и материалы, чтобы ты мог взять новый лист, а потом все возвращать обратно каждый раз? — задал я ему ответный вопрос.

На него мне он ничего не ответил, просто проигнорировал моё замечание. Я повторно предложил ему перенести листы в нужном количестве к стене возле станка. Но в ответ было молчание. После пятого листа, который он забирал с моего стола, каждый раз прерывая мою работу, я с улыбкой произнес: — Саня, ты эгоист.

Зуб глянул на меня, ничего не ответил и ушёл к себе в кабинет. Больше я от него не слышал ни слова. Собственно, он и прежде был молчалив. А теперь вообще замкнулся.

— Наверное, Зуб обиделся на меня, — появилась у меня мысль. Я не злился на него за то, что он делал так, как считал нужным. Просто без злобы сказал, кто он есть.