Руслан Самигуллин – Акция (страница 1)
Руслан Самигуллин
Акция
Глава 1. Приглашение
15 августа 2025 года, воскресенье
Алина увидела уведомление в одиннадцать часов вечера, когда не могла уснуть от мыслей о счетах. Комната была душной, несмотря на приоткрытое окно – август выдался жарким, кондиционер сломался ещё в июне, а на ремонт денег не было. Телефон осветил потрескавшийся потолок мягким синим светом, и на секунду показалось, что трещины складываются в какой-то узор, почти осмысленный.
Алина машинально потянулась удалить сообщение – спама в последнее время стало столько, что она даже перестала читать. Но палец завис над экраном. Что-то в формулировке зацепило. Не банальное "заработай миллион", " узнай, как добиться успехов" или "секрет богатства от гуру". Что-то более… личное.
Она прокрутила вниз. Мелким шрифтом, почти незаметным, значилось:
Сердце беззвучно ухнуло, и на мгновение в ушах зашумело. Сорок семь тысяч. Точная сумма. Она искала информацию об этом в интернете последние недели – кредиты, помощь, благотворительные фонды. Гуглила "помощь в оплате лечения онкологии", "срочно нужны деньги на операцию". Остаток дней до платежа – она проверяла это вчера вечером на сайте банка, сидя с калькулятором и стопкой счетов, пытаясь понять, откуда взять деньги.
Кто-то отследил историю запросов? Взломали телефон? Мошенники?
Руки слегка дрожали, когда она открыла приложение. Загрузка заняла секунды три – чёрный экран с пульсирующим логотипом, простым до примитивности: LIFE с маленьким значком tm сверху. Никакой информации о компании. Ни адреса, ни телефона поддержки. Только главный экран с её именем вверху и одной кнопкой по центру: «Начать».
Алина посмотрела на фотографию матери, стоящей в рамке на прикроватном столике. Чёрно-белый снимок десятилетней давности – мама улыбалась, держа букет полевых ромашек. До болезни. До химиотерапии. До того, как её волосы начали выпадать клоками, а кожа приобрела серовато-жёлтый оттенок.
Счета за последний курс лечения лежали у компьютера, сложенные стопкой и перевязанные резинкой – она не могла заставить себя разложить их по папкам, как делала раньше. Слишком много цифр. Слишком мало надежды.
– Чёрт с ним, – прошептала Алина в темноту и нажала.
Экран мигнул. Появился простой, почти аскетичный интерфейс. Её профиль был на удивление полным: фотография (откуда?), имя, возраст, район проживания. Внизу крупными цифрами: Баланс: 0 баллов.
А под балансом – карточка задания, оформленная как уведомление в социальной сети:
ЗАДАНИЕ#001 Сложность:★☆☆☆☆
Награда:50 баллов
Описание: завтра в метро не уступайте место пожилым людям, которые попросят вас об этом. Запишите на видео их реакцию. Видео должно чётко фиксировать лицо человека.
Алина перечитала три раза. Это какая-то шутка? Розыгрыш? Но внизу был калькулятор обмена, детальный и убедительный:
• 50 баллов = 5 000 рублей;
• 50 баллов = скидка 10% на медицинские услуги в партнёрских клиниках;
• 50 баллов = 50 бонусных миль авиакомпании;
• 50 баллов = подарочный сертификат на 5 000 рублей.
Список клиник развернулся при нажатии. Третьей в списке шла «МедСтар» – та самая, где лечилась мама. Алина проверила – клиника реальная, адрес совпадает, даже логотип правильный.
Девушка закрыла приложение. Села на кровати, обхватив колени руками. Посмотрела в окно – город засыпал, редкие окна светились жёлтым. Где-то там жили люди, у которых не было подобных проблем. Люди, которым не приходилось выбирать между совестью и родной матерью.
Спустя всего пару минут руки сами потянулись к телефону. Прочитала задание ещё раз. Всего-то не уступить место. Мелочь. Люди каждый день не уступают места – из-за усталости, рассеянности, равнодушия. Никто их не осуждает. Ну, почти никто.
Просто на этот раз это будет… намеренно. И на камеру.
Алина легла, положив телефон экраном вниз на тумбочку. Не спала до самого утра, прокручивая в голове одну мысль: это же просто один раз. Всего один раз.
16 августа, понедельник, утро
Утро выдалось серым и влажным – обещали дождь к обеду. Алина села в метро на «Комсомольской», как обычно, заняла место у окна в предпоследнем вагоне. Вагон был набит битком.
Достала телефон, сделала вид, что читает новости, но на самом деле каждую секунду ждала. Сердце билось где-то в горле. Ладони вспотели. Нелепо – она собиралась совершить такую мелочь, а чувствовала себя так, будто готовилась ограбить банк.
На третьей станции в вагон вошла пожилая женщина. Лет семидесяти, может, чуть больше. Тяжёлые хозяйственные сумки оттягивали руки – было видно, как напрягаются жилы на запястьях. Лицо усталое, морщинистое, с сетью мелких складок вокруг глаз. Поношенное пальто с вытертыми локтями. Платок на голове, повязанный по-старомодному, под подбородком.
Женщина медленно прошла по вагону, глядя на сидящих с каким-то привычным, обречённым ожиданием. Остановилась рядом с Алиной. Тяжело вздохнула, перехватила сумки поудобнее.
– Девушка, – голос глухой, усталый. – Вы не уступите место? Мне очень тяжело стоять. Ноги больные.
Алина подняла глаза. Встретилась взглядом. В глазах женщины была такая привычная покорность, будто она всю жизнь просила и получала отказы, и давно уже не ждала ничего другого, но продолжала спрашивать, потому что иного выхода не было.
Секунда. Две. Где-то в груди что-то сжалось.
– Нет, – сказала Алина. Голос прозвучал тихо, но чётко. Чужой какой-то голос, не её. – Я не уступлю. Извините.
– Что? – женщина наклонилась ближе, видимо, решив, что ослышалась.
– Я не уступлю место, – Алина повторила громче и отвела взгляд к окну, к проносящейся мимо тьме туннеля.
Несколько секунд стояла тишина – во всяком случае, Алине так показалось, хотя вагон гудел и лязгал, как обычно. Потом женщина что-то прошептала – не разобрать что, но интонация была ясной. Презрение. Разочарование. Привычная горечь.
Алина незаметно включила камеру – держала телефон так, будто смотрит в него, читает. Запечатлела уходящую спину, согбенную фигуру.
Женщина проковыляла дальше по вагону, сумки цеплялись за сиденья. Бормотала что-то себе под нос. Алина краем глаза видела, как люди вокруг отворачивались. Кто-то – с осуждением в её, Алины, сторону. Кто-то – с облегчением: хорошо, что это не их проблема, не им отказывать.
Один молодой парень, студент на вид, в наушниках, уступил место. Женщина села тяжело кряхтя, поставила сумки между ног.
Тридцать секунд видео. Этого хватит.
Алина вышла на «Кузнецком Мосту». Поднялась по эскалатору, чувствуя, как ноги наливаются свинцом. В подземном переходе остановилась у стены, достала телефон. Руки дрожали так сильно, что еле попала пальцем по кнопке загрузки.
Приложение обработало видео почти мгновенно. Даже не успела моргнуть.
ЗАДАНИЕ #001 ВЫПОЛНЕНО +50 баллов Текущий баланс: 50
А потом всплыло сообщение, и от него стало не по себе:
– Две тысячи восемьсот сорок семь. Почти три тысячи человек. В одном городе. Выполняющих такие же дурацкие задания. Чёрт, а это не мало, – с тревогой подумала Алина, прислонившись к холодной кафельной стене.
Вокруг сновали люди – кто-то спешил, кто-то медлил, кто-то говорил по телефону. Обычное утро. Обычный день.
Сколько из них были участниками?
Она посмотрела на свой баланс: пятьдесят баллов. Пять тысяч рублей или десять процентов скидки. Одна десятая того, что нужно маме.
Всего одна десятая. Так мало.
И так дорого.
Глава 2. Цена отказа
17-18 августа, вторник-среда
Два дня Алина не открывала приложение. Чувствовала себя грязной. Каждый раз, когда закрывала глаза, видела ту старуху – её усталые глаза, натруженные руки, согбенную спину. Слышала, как она бормочет что-то обиженное, разочарованное.
На работе Алина была рассеяна. Коллеги замечали – Миша даже спросил, всё ли в порядке. Она кивнула, соврала что-то про плохой сон. Он участливо похлопал её по плечу и вернулся к своему компьютеру. Хороший парень, Миша. Они работали вместе три года, иногда ходили на обеды, обсуждали проекты за кофе.
19 августа, четверг, вечер
Вечером позвонила мама. Голос был слабым, но она старалась казаться бодрой.
– Алиночка, как дела? Пока я тут лежу в клинике мне скучно, иногда даже страшно. Расскажи, как у тебя?
– Нормально, мам. Работа, бытовуха.
– А у меня скоро ещё одна процедура. Врач говорит, курс нужно продолжать, нельзя прерывать, – пауза, неловкая. – Там ещё доплатить надо будет. Я знаю, у тебя сейчас трудно…
– Всё будет, мам, – Алина сглотнула ком в горле. – Я найду.