Руслан Муха – Судный день (страница 9)

И это не могло меня не беспокоить. Почему они это сделали? Узнали о нашем сговоре? Вполне возможно. Вот только как они смогли узнать? Где он прокололся? А может быть, сдал кто-то из своих, когда он начал готовить агентов к переходу обратно? Последняя версия мне показалась самой правдоподобной. В том, что агенты могли использовать кого-то из местных сильных ракта, чтоб выведать эту информацию, я сомневался. Но возможно, среди наших были такие, только вот чувствовал я, что дело не в этом.

Значит, спецслужбы, решили обрезать мне все пути и взять под колпак. Да чёрта с два, у них это выйдет! Нужно бы поговорить с женой Карнаваса, возможно, она что-то знала или видела. Но для начала мне необходимо разобраться с основной проблемой. С исходной точкой. Как только спецслужбы потеряют связь с Хемой, все станет куда проще.

Поэтому я, ускорившись, поспешил к сурирату. Через полчаса я уже переоделся обратно в дорогую одежду свамена, а сурират летел прямиком к Южному утёсу, где я видел роскошные остроконечные шатры, в которых наверняка обитали не имперские солдаты. И я очень надеялся, что Хранители ещё там. А главное – чтоб там была Каннон.

Стоило мне спуститься с подъёмным лучом и ступить на землю, как тут же меня окружили с десяток имперских солдат. Оружие не наставили – уже хорошо, но и из кольца выпускать не спешили.

Один из них, вероятно, командир вышел вперёд и вежливо, но при этом настойчиво сказал:

– Вам здесь нельзя находиться, свамен. Вернитесь в сурират и покиньте, пожалуйста, Южный утёс.

– Меня зовут Азиз Игал, я из клана Сорахашер, – сказал я, продемонстрировав родовой медальон. – Мне нужно поговорить с Хранителями. Это важно. Дело касается того прохода, который вы охраняете.

Командир замешкал, покосился на один из шатров, у входа в который, истуканом стоял Страж.

– Амар Самрат сейчас в Империи. Здесь только Каннон.

– Хорошо, мне нужно поговорить с Каннон.

Командир снова покосился на вход.

Страж, прекрасно слышавший наш разговор, механично кивнул и скрылся в шатре. Командир жестом отдал приказ солдатам и те тут же расступились. Почти сразу же из шатра снова вышел Страж.

– Проходите, свамен Азиз, – сказал он. – Великая Милосердная ожидает вас.

Пока шёл, отметил про себя, что и имперская армия и Страж теперь подчиняются Каннон. Быстро же она прибрала к рукам Империю. И кланы даже не в курсе. Правда, сомневаюсь, что это ненадолго. Скоро пойдут слухи.

Я вошёл в шатёр Каннон. Она ждала меня. Сидела с серьёзным видом, деловито сложив руки на столе. В исполнении маленькой пухлощёкой девочки вся эта деловитость выглядела довольно забавно.

Я склонил голову в поклоне, как и полагалось по этикету приветствовать Хранителей:

– Великая Милосердная Бодхи, – почтительно произнёс я, – приветствую вас.

Девочка азиатка раздражительно махнула ручкой, приглашая сесть и явно намекая, что сейчас не до условностей, а лучше бы сразу перейти к делу.

Что я и сделал. Прошёл пару шагов и сел напротив Каннон за стол.

– Слушаю, – бросила Каннон таким тоном, словно она была чрезвычайно занята, а я отбирал у неё драгоценное время.

– Вы не можете закрыть проход, – констатировал я.

Каннон вскинула тёмные бровки:

– Вы знаете о проходе, свамен Азиз?

– Да, знаю, – спокойно ответил я. – Потому что именно я допрашивал того тёмного ракта, который рассказал о нём. А также именно я нашёл этого ракта. Поэтому я в курсе.

Каннон натянуто улыбнулась:

– Ну, разумеется, это сделали вы. Легендарный Азиз Игал, вернувшийся из мёртвых, убивший пожирателя и отправивший Равана в нараку. Место нары Сорахашер тоже, как я понимаю, собираетесь вскоре занять?

– Что? – я непонимающе усмехнулся. И это раздражение, и сарказм в голосе Каннон мне тоже едва ли нравились. – Я пришёл помочь. Эта проблема, уверяю вас, волнует меня ни меньше вашего. Говорю же, я в курсе пророчества Ямины и тёмных ракта.

Кажется, лёд тронулся. Каннон встала из-за стола и, окинув меня снисходительным взглядом, улыбнулась:

– Я так и поняла, свамен Азиз. Что вы в курсе. И уровень ваш хоть и не вижу, потому что моё тело пока слабое, но чувствую мощь. За тысячи лет научишься такое на глаз подмечать.

Она смешливо рассматривала меня, скрестив руки на груди, я же спросил:

– Амар Самрат, почему он вернулся в Империю? Почему вы до сих пор не закрыли проход?

– Потому что, когда мы прибыли к проходу, тёмные ракта выпустили летательный аппарат и устроили взрыв. Император пострадал, мне повезло больше, я не успела выйти из сурирата.

– Император в порядке? – вкрадчиво спросил я, с интересом изучая реакцию Каннон. Что-то мне подсказывало, что он непросто пострадал, двойник, скорее всего, мёртв.

Но Каннон была невозмутима.

– Разумеется, Император бессмертен, что с ним может произойти?

Затем Каннон резко посерьёзнела:

– Амар Самрат со Стражами отправился в Акшаедезу, ему потребуется время, чтобы оправиться после ранний.

Затем Каннон изучающе уставила на меня свои чёрные глаза:

– Так зачем вы прилетели, Азиз? Желаете узнать, почему мы всё ещё не закрыли проход, и тёмные ракта взорвали гору? Верно?

Я кивнул:

– Конечно, хочу. Мы предоставили вам информацию о проходе, и очень надеялись, что проход закроют как можно скорее. Но вчера мы узнали о взрыве. И я сразу понял, что у вас не всё под контролем. Поэтому прилетел.

Я внимательно изучал реакцию Каннон, она задумчиво смотрела перед собой, будто и не слушала меня вовсе, а думала о чём-то своём. Я же продолжал играть свою роль, мне нужны были ответы.

– Возможно, я мог бы чем-то помочь, – сказал я. – Если у вас не хватает сил, мы бы могли собрать команду, использовать мой дар и закрыть проход вместе.

Каннон натянуто улыбнулась и отрицательно закачала головой.

– Было бы всё так просто, мы бы уже давно так и сделали, – она горько усмехнулась: – Ничего не выйдет.

– Почему?

– Потому что Раван утащил в нараку единственный артефакт, который мог закрыть проход.

– То есть? – я нахмурился. – Проход можно закрыть только энергией шивы, хоть и открылся он с помощью шакти?

– Не с помощью шакти, – Каннон снисходительно улыбнулась. – Проход открыла деформация. Она не поддаётся ни логике, ни законам. Деформация проклятие. Но то, что мы смогли понять – проход подпитывает источник асуров из мира тёмных ракта, иначе бы он давно уже закрылся. Других источников, с энергией шакти, насколько мы знаем, там нет. А значит, проход можно закрыть только энергией разрушения, энергией шивы. Понимаешь теперь, в чём проблема?

Я, не сводя с нее глаз, молчаливо кивнул и задумался. Я знал, что энергией шивы могли управлять только боги и асуры. О том, что на земле есть источник с энергией шивы, я решил подумать позже. Но сама информация меня удивила. Интересно и где же находится этот источник на Земле?

– Посох Авара? Он был только один? – спросил я, прикидывая разные варианты.

– Насколько мне известно, да. Авар создал посох почти перед смертью, это было его последнее творение. И насколько я знаю, он даже не успел его испытать.

– Но его испытал орден Накта Гулаад, а после спрятал, – добавил я.

Каннон довольно улыбнулась и кивнула:

– Именно так.

– Возможно, – предположил я, – орден спрятал не только посох, но и записи о работе Авара?

– Я уже обращалась к матерям настоятельницам, они заверяют, что никаких записей о посохе у них нет.

– Но необязательно они должны быть о посохе. Все его работы и записи, если ознакомиться и проследить над чем он работал, можно понять...

Сейчас я по большей части говорил сам с собой, чем с Каннон, но она, кажется, понимала, куда я веду. А ещё я надеялся сам взглянуть на эти записи.

– Азиз, – она подошла, маленькая ладошка мягко взяла меня за руку, – с тех пор прошло семь веков. То, о чем мы говоришь, восстановить практически невозможно. Многие записи утеряны, многие поколения учеников Авара, те, кто еще мог хранить секреты, давно мертвы.

– Но если смог Авар, почему бы не попробовать другим сварга?!

– Мы уже работаем над этим. Прямо сейчас мы собираем команду из лучших сварга-ракта ОРМ и Империи. Но на это может уйти много времени. Очень много времени. Возможно, годы и десятилетия.

– И что нам остаётся? Мы ведь не знаем, на что способны тёмные ракта. Вдруг они решат ввести войска и напасть на Хему? Вдруг они переправят более страшное оружие, чем бомба.

Каннон сузила глаза, изучающе разглядывая меня. Что-то из моих слов ей явно не понравилось.

– Мы будем защищаться, – сказала она. – Мы недопустим вторжения.