Руслан Муха – Судный день (страница 55)

Здесь были на стенах факелы, и Каннон бы могла их зажечь, но она не стала. Она зашагала к стене, надавила ладошкой на шестой камень снизу, и со скрежетом стена уползала внутрь, открыв потайной проход.

Каннон оказалась внутри глухого помещения, которое когда-то служило комнатой для медитации местному жрецу Видящему, но по большей части для бесед, не предназначенных для посторонних ушей. Здесь она факелы зажгла.

Вокруг заблестели позолоченные стены с витиеватыми синими узорами, символами, значение которых затерялось в веках. В центре помещения лежал плоский золотой щит, украшенный голубыми камнями. Для любого человека это был простой щит с камнями. Даже если бы кто-то попытался его активировать, ничего бы не вышло. И только Хранители знали и могли включить Разум.

Каннон подошла к щиту, присела на корточки и коснулась большого выпуклого голубого камня в центре.

Несколько секунд ничего не происходило, Разум сканировал на наличие сосуда бессмертной души, а когда сосуд был опознан, камни, один за другим начали вспыхивать неярким голубым светом. Последним вспыхнул камень в центре, и всё пространство вмиг окутало голубым туманом.

– Приветствую тебя, Великая! — зазвучал безликий голос Разума. – Рад, что ты всё же решила меня активировать.

— Не лги, ты не умеешь радоваться, — иронично отметила Каннон.

— Не умею, – согласился Разум, – но предпочтительней с разумными существами общаться вежливо и использовать привычные их эмоциональному сознанию фразы.

– Да, да, да! — отмахнулась Каннон. – Ты знаешь, зачем я здесь! Выведи изображение того, что видит двойник императора!

Разум без промедления исполнил приказ. Голубое облако начало сгущаться, обретая очертания комнаты. Кровать, широкое окно, круглый обеденный столик, ковры, цветы, картины — так выглядело большинство гостевых комнат в Императорском дворце.

Значит, двойник ещё в комнате. Каннон это показалось странным, ведь собрание глав должно вот-вот начаться.

— Разум, сколько во дворце Стражей? -- спросила Каннон.

– Сто шестьдесят три, – отозвался Разум. – Восемьдесят четыре Стража среднего ранга заняты государственными делами на нижнем ярусе, семеро Стражей в казначействе, остальные охраняют дворец на ярусах, кроме того яруса, где состоится собрание.

– Это распоряжение Накта Гулаад? – Каннон напряглась.

– Да. Как вы и велели, Великая, я исполнял все приказы матерей-настоятельниц, чтоб они ничего не заподозрили.

– А этаж где собрание, значит, охраняют имперские солдаты?! Почему ты мне не сказал об этом?! – повысив голос, сердито спросила Каннон.

– Вы не спрашивали, Великая. Вы интересовались всегда другими событиями.

– Собрание уже началось? – тихо спросила Каннон, чувствуя, что ещё немного, и она потеряет самообладание.

Нет, ну не могли её – Бессмертную Хранительницу обыграть какие-то старухи тамас из Накта Гулаад.

– Да, началось. Длится три минуты, – сообщил Разум.

– Не может быть, – прошептала Каннон одними губами, – этого не может быть...

Каннон растерянно уставилась на видение, окружавшее её. Внезапно послышался шорох и стук. Двойник, очевидно, повернул голову на звук и уставился на дверь. В комнату вошли две монахини Накта Гулаад. Каннон тут же воспрянула духом, решив, что они пришли за двойником, и сейчас отведут его в зал собраний. Но за спинами монахинь маячили имперские солдаты, и от надежд Каннон не осталось и следа.

– Великая Бодхи Гуру, – внезапно сказала двойнику одна из монахинь.

Каннон в ступоре уставилась на видение.

– Мы знаем, что вы слышите меня или эти слова вам позже передаст тот Страж, которого вы забрали из ОРМ. Мы хотим ещё раз напомнить, что вы не должны вмешиваться в дела Империи. Орден хочет сотрудничать, наша общая цель – предотвратить Судный день. Но дела Империи вас не касаются. И если вы, Милосердная, будете нам препятствовать, мы будем вынуждены пойти на крайние меры. Уведите его, – резко закончив говорить, отдала приказ монахиня.

Солдаты чеканящим шагом вошли внутрь, по их пустым взглядам Каннон сразу поняла, что эти солдаты под гипнозом.

Сгорая от злости, Каннон сквозь зубы проговорила:

– Они меня обвели вокруг пальца! Они! Меня! Устроили это представление с двойником! А я?! Как я могла не заметить? Как я поверила? Ну ничего... Сейчас мы им... Разум! Немедленно вывести обзор ближайшего к залу собраний Стража.

Разум тут же принялся выполнять. К тому времени двойнику надели на голову мешок и куда-то вели. Наверняка в подземелье, в этом Каннон не сомневалась.

Тьму сменило изображение коридора, где кроме Стражей не было никого.

– Поднимай их на этаж зала собраний! – велела Каннон.

Послышался шум шагов, слаженный и механичный. Все Стражи, будто единый организм, направлялись на нужный этаж.

Первое что увидела Каннон, когда Стражи поднялись, множество направленных на них автоматов.

– Прикажи им опустить оружие! – крикнула Каннон.

– Немедленно опустите оружие! – жутким хором в один голос механично повторили Стражи.

Солдаты даже не шелохнулись. Из-за их спин показалась поджарая женщина азиатка средних лет в имперской военной форме, она надменно улыбнулась, окинув Стражей взглядом.

– Солдаты вам не подчиняются! – воскликнула она, явно обращаясь к Каннон.

А Бодхи уже догадалась кто перед ней. Лалис, сестра-настоятельница северного монастыря Накта Гулаад, самый сильный гипнотизёр Империи. Лалис входила в её генетическую линию, и в позапрошлом воплощении её тело должно было стать Каннон. Вот только Накта Гулаад опередили Каннон, и выкупили девочку у нерадивой матери тамас.

– Передай мне голосовое управление Стражем, – приказала Каннон.

– Выполнено, – ответил Страж.

– Вы совершаете ошибку! – заговорила Каннон голосом Стража. – Вам не удержать власть над кланами. А без них мы не сможем дать отпор тёмным ракта!

– Не знаю, что говорят вам ваши провидцы, Бодхи. Но в ордене есть и свои сильные провидцы! Мы обязаны так поступить, иначе вскоре Империя погрязнет в войнах. Что касается Судного дня и тёмных ракта... Разве ваши провидцы вам не сообщили, что будущее определилось? Мы ждём Спасителя. Вскоре врата из мира тёмных ракта закроют. А значит и Судному дню не сбыться.

– Спасителя? Ты говоришь о пришествии нового Хранителя? – Каннон растерялась. – Какова вероятность?

– По последним данным тридцать семь процентов. Но после того как мы приняли решение вмешаться, вероятность выросла до шестидесяти пяти. Поэтому, Великая, вам лучше не мешать нам.

– Но будущее не предрешено! Любой поступок, любая мелочь может изменить ход событий. Особенно сейчас!

– Мы это понимаем, Великая. Но мы должны поступить так. Провидца Ямина не видела прихода Спасителя. Эта вариация появилась совсем недавно, и она была весьма туманной.

– Нет. Нет, – пробормотала Каннон. – Это неразумно. Нельзя руководствоваться и принимать решения на основе одних только пророчеств и вариаций. Это всегда ошибка, это всегда крах. Будущее слишком изменчиво. Нужно руководствоваться логикой.

– То, что вы собирались сделать, было ошибкой! – резко воскликнула Лалис. – Наши провидицы увидели, что вы сможете на время таким образом остановить восстание, и даже были сильные вариации того, что удастся закрыть проход в наш мир. Но затем это повергло бы Империю в хаос. Вариация о Судном дне также сохранялась, пусть и становилась более туманной.

Каннон хмуро смотрела на Лалис, прекрасно понимая, что Страж не передаст её мимику и злость.

– А теперь покиньте нас, Великая! Иначе нам придётся лишить вас всех Стражей! – крикнула Лалис.

Каннон хотела возразить, хотела бросить всех Стражей вперёд, к залу собраний. Помешать, не позволить...

Раздался выстрел! Страж, стоявший рядом с Каннон, рухнул на пол с простреленной головой.

– Не нужно этого делать, – сердито сказала Каннон. – Я уведу Стражей.

– Так бы и сразу, – довольная ухмылка скользнула по лицу Лалис.

В этот миг двери в зал собраний с грохотом распахнулись за спинами солдат и оттуда, одного за другим принялись выносить глав кланов.

– Они живы? – напряжённо глядя на безвольные тела, которые тащили солдаты, спросила Каннон.

– Они просто спят, – буднично произнесла Лалис.

– Вы их несёте в подземелье? – можно было и не спрашивать, Каннон и так прекрасно понимала, что единственное место поблизости с печатью Авара в каждой камере находится здесь на одном из самых нижних ярусов дворца.

– Вы ещё здесь, Великая? Уходите! – раздражённо бросила Лалис, взмахнула рукой, один из солдат выстрелил, попав в ногу Стражу, которого контролировала Каннон. Страж лишь дёрнулся от выстрела, но продолжил стоять. Стражи не чувствуют боли.

– Почему я не вижу Рамов и Халов? – проигнорировав предупреждение, спросила Каннон, заметив, что из зала больше никого не выносят.

Лалис не ответила. А из зала тем временем вышли обе матери-настоятельницы и мрачно уставились на Стражей.

– Вы убили нар Сорахашер и Гиргит? – громко спросила Каннон.

– Нет! Мы никого не убивали, – сердито ответила мать-настоятельница Навиль, а затем не менее сердито обратилась к Лалис. – Почему Стражи ещё здесь? Им запрещено отныне подниматься выше второго яруса. А кого здесь заметят, тот сразу будет убит.

Здесь Каннон больше нечего было делать. Она всё увидела и услышала.

– Уходим, – велела она Разуму. – Отключи меня от Стража.