Руслан Муха – Судный день - 2 (страница 2)

– Как я и говорила, Люмбы всё подписали. Пришлось немного надавить, но все же они не смогли отказаться. Правда, теперь они распускают слухи по клану, – Рахия многозначительно посмотрела на меня.

– О нас с Айрисой? – уточнил я, на что Рахия лишь коротко кивнула.

– Мне плевать на слухи. Вы об этом хотели говорить?

– Нет, возникла другая проблема. Айриса отказывается жить в поместье Игал. Она сейчас под охраной в гостинице Форхада, наши люди приглядывают за ней. Но, – Рахия устало вздохнула, – она требует, чтобы ее отпустили, и уже несколько раз пыталась сбежать.

Я нахмурился:

– Разве она может не подчиниться? Она ведь преданная.

– Предлагаешь казнить ее за измену? – ни без иронии поинтересовалась Рахия.

– Нет, конечно же, – я задумчиво уставился на чашку. – Рахия, возможно ли, что с Айрисой поработал гипнотизер или другой ракта? Люмбы могли пойти на то, чтобы настроить ее против меня?

– Гипнотизировать преданных – это измена. Не думаю, что они стали бы так рисковать. После измены Надима эти Люмбы и так не на самом лучшем счету в клане. К тому же каждый квартал мы в общем порядке проверяем наших людей на наличие вмешательства в сознание. И при любом подозрении на вмешательство осуществляем проверку.

Какое-то время я молчал, думая о том, что делать с Айрисой. Наверное, я выдаю желаемое за действительность. Может Айриса и впрямь настолько не хочет быть со мной, что готова бежать из клана?

– Гипноза наверняка там нет, – вырвала меня из размышлений Рахия. – Но Айриса молода, не думаю, что так сложно ее обмануть или внушить что-либо на словах. Это конечно не мое дело, но я бы советовала тебе съездить и просто поговорить с ней. Я боюсь, что она может навредить, если не себе, так ребёнку. И еще, – на лице Рахии вновь появилась едва заметная улыбка, – то, что ты решил признать ребёнка, и не скрываешь – достойно уважения. Не у всех хватает на это смелости.

Я в ответ тоже улыбнулся, в уме прикидывая, хватит ли мне времени отвезти Леру и слетать в Форхад. Кажется, снова придётся одалживать у Санджея сурират.

***

Полёт до поместья Кави занял меньше времени, чем я уговаривал Санджея дать мне сурират до вечера. Он ни с того ни сего вдруг упёрся так, что я уже готов был похитить тарелку самым наглым образом. И только когда я сказал про Айрису, Санджей сразу пошёл на уступки:

– А-а-а! Так бы и сказал, – хитро заусмехался он, но потом, посерьёзнев, добавил: – Но чтобы к вечеру сурират был на месте. И это, а кто управлял суриратом в Акшаядезе? Ты сам что ли?

Я решил не отвечать, да и в этом не было необходимости. Санджей сам и так все понял.

– Давай без самоуправства, – включил он строгого нару. – В кресле пилота будет Домиан.

Спорить я, конечно же, не стал. Да и в этот раз пилот мне был нужен.

По пути я ввёл Леру в курс дел, объяснив, где она будет жить и у кого. Лера не противилась и не переживала по поводу того, что придётся сидеть безвылазно в поместье какое-то время. Наоборот, в отличие от Жени, она была только рада тому, что будет, наконец, в безопасности.

Женьке я, кстати, так и не сказал, что Лера теперь с нами. Мы решили сделать ей сюрприз. И о нашем приезде я предупредил только Карину.

А когда мы приземлились перед поместьем, доктор Кави уже ждала нас. Меня одарила сдержанным сухим приветствием и тут же повернулась к Лере, очаровательно улыбнувшись. Строгое лицо Карины вмиг переменилось. Казалось, она даже стала моложе лет на десять. Ей шла улыбка, зря она все время носит эту маску хмурой строгости.

– Какая красавица! – воскликнула Карина, окинув Леру восхищённым взглядом, взяв ее за руку и заставив смущенно улыбаться. – Как же ее звать?

Вопрос был явно адресован мне.

– Лилуай, бал, меня зовут Лилуай, – Лера ответила раньше.

– Ты говоришь на вадайском? – удивлённо вскинула брови Карина и перевела взгляд на меня, ожидая пояснений.

– Долго рассказывать. У вас будет время и, думаю, Лилуай все сама объяснит. И ещё, Карина, ей нужно будет свести метку.

Первым делом Карина взглянула на плечо Леры, видимо решив, что речь о рабской метке. Но Лера тут же повернулась спиной и, подняв волосы, показала затылок.

Карина бросила в мою сторону строгий взгляд, покачала головой, прицокнула.

– Хорошо, мы от нее избавимся как можно скорее. Не переживай милая, сделаем все так аккуратно, что даже шрама не останется.

Лера с благодарностью кивнула, отпустив волосы и натянув ворот куртки повыше.

– Ну что, идемте в дом? – весело спросила Карина. – Ариа как раз только закончила с занятиями, уверена – она будет очень рада вас видеть.

Мы зашагали к дому.

– Ариа? – непонимающе, шепотом спросила Лера.

Я усмехнулся:

– Да, такое имя себе выбрала наша младшая сестра.

Женя встретила нас в коридоре. Она, видимо, услышала, как мы поднимаемся, и теперь, замерев, таращила глаза на лестницу. Когда мы появились, ее личико просияло от счастья и радостного удивления. С визгом: «Ле-е-ера! Ники-и-та!» она в три прыжка преодолела все расстояние до нас и повисла на наших шеях, крепко вцепившись пальцами, словно мы могли вдруг куда-то исчезнуть.

***

В поместье Кави я пробыл недолго и улетел почти сразу же. Но теперь по крайне мере я мог не переживать, что Женя скучает в одиночестве. Да и вообще, теперь я мог не переживать хотя бы за сестёр. Осталось решить проблему с Айрисой, и я могу быть полностью спокоен, зная, что моя семья в порядке.

В Форхаде Домиан высадил меня прямо на стоянке у гостиницы. Стоило мне ступить на земную твердь, как тут же ко мне на встречу бросился управляющий гостиницы. Несколько минут ушло на расшаркивания и обмен любезностями. У него узнал о новостях в городе. Например, о том, что новый городской глава показал себя с лучшей стороны и люди его хвалят.

Кстати, город после нападения Капи заметно изменился: расцвел, и даже кажется, стал лучше, чем прежде. А от напоминаний о войне не осталось почти и следа. Похоже, Михан не подвел и нашел мне действительно хорошего управляющего.

Нужно навестить его, познакомиться, а заодно и поблагодарить, что за такой короткий срок он сумел возродить город. В родовое поместье тоже бы неплохо было заехать, взглянуть, как прошел ремонт и восстановление дома после пожара. Но это подождёт до лучших времен. Сначала – Айриса.

Узнав у управляющего, в каком номере она остановилась, я поспешил туда, по дороге мысленно себя настраивая, что разговор будет напряжённым.

У ее номера топтались два преданных. Одного из них я узнал. Масару, с которым мы отбивали источник Игал у Капи.

– А, свамен Азиз! – обрадовался он, завидев меня. – Отлично, что вы приехали! Там как раз...

Он так и не договорил, состроил кислую мину, явно намекая, что Айриса не в духе.

Собравшись и выдохнув, я кивнул охране – они с готовностью открыли дверь, и я шагнул в номер.

Айриса стояла у окна, поглаживая круглый живот. От розового цвета в ее волосах не осталось и следа. Но так даже лучше: она выглядела естественнее, нежнее. Да и беременность ей очень шла.

Айриса казалась печальной, всецело погруженной в мысли. Моего появления она даже не заметила. Но стоило мне только поздороваться, как она вздыбилась и дикой разъярённой кошкой набросилась на меня.

– А! Явился?!

– Явился? – в недоумении переспросил я.

– И чего ты хочешь этим добиться? Держишь меня здесь как пленницу! Купил, как рабыню, хотя знал, что я против, что этого не хочу. Ты – мерзавец!

Вот это новости! Я сумел совладать с лицом и утихомирить нахлынувшую злость:

– Все, что я делал, было исключительно в интересах ребёнка. Мой сын не может родиться в доме Люмбов. Он должен жить дома, в своем родовом поместье. А ты, – обдав ее холодным взглядом, сказал я: – не хочешь быть матерью, твое дело. Родишь, иди на все четыре стороны. Но мой сын будет со мной.

Айриса подалась вперед, желая бросить что-то злое, яростное. Но вдруг замерла, посмотрела на меня взглядом полным обиды и слез, обессиленно прислонилась к подоконнику и разрыдалась в голос.

Я растерянно топтался на месте, чувствовал себя совершенно по-идиотски, не зная, что делать и как вообще на это реагировать. А Айриса всё громче заливалась: горько, содрогаясь в рыданиях и вводя меня в еще больший ступор.

Всё же, взяв себя в руки, я подошёл и присел рядом на подоконник.

– Может, расскажешь? – спросил я, когда она сделала паузу, чтоб набрать в грудь воздух, и продолжить дальше реветь.

– Мы прокляты! – почти прокричала она.

Я удивлённо выпучил глаза и уставился перед собой, пытаясь сообразить, с какой это вдруг радости мы прокляты.

– Так! – я решительно сполз с подоконника, взял ее за плечи, встряхнул: – Хватит! Рассказывай, в чем дело!

Айриса всхлипнула, перепугано вытаращилась, шмыгнув носом, и сказала:

– Мы прокляты,и наш сын тоже! А из-за того, что ты меня здесь держишь, теперь Люмбы всем расскажут про наш грех. Нас все возненавидят! А нашего сына...

Она, так и не договорив, снова зарыдала.

– Это из-за тех слухов, что они распускают? – скривился я. – Да ведь это все ерунда! Мне плевать на них, я никому не позволю оскорблять тебя или нашего ребёнка. Поверь мне, никто не посмеет нас этим попрекать.

Айриса горько всхлипнула, махнула рукой.