Руслан Муха – Месть рода (страница 31)

Я даже удивился, что она не стала ничего спрашивать. Так-то Латифа может завалить вопросами похлеще Алеха, а тут тишина. Она просто молча и целеустремленно тащила меня сначала по лестнице корпуса Адаршат, потом свернула в общий коридор, ведущий в холл.

— Может, скажешь, куда мы так летим? — спросил я. — Вроде до занятий еще полчаса.

— Там в холле сегодня должны повесить списки учеников Сафф-Сурадж погибших в ОРМ, — холодно сказала она, а потом тише добавила: — Я просто боюсь сама их смотреть.

Латифа опустила глаза. Мне же объяснять ничего не нужно было. Я и так знал, что с ликвидации до сих пор не вернулись ни Санджей, ни Джамир.

По пути нам попались несколько парней со шрамами очень похожими на шрамы Зунара. Вообще в коридорах я наблюдал довольно много таких ребят: в шрамах, со следами ран, хромающих или и вовсе без ноги или руки. Ракшасы пометили всех ликвидаторов, оставили отпечаток скорби и мрака на лицах каждого, кто был в том аду.

В холле в рамке под толстым стеклом висел длинный список. Черные строчки на белом — имя, фамилия, клан, курс и факультет.

Латифа украдкой взяла меня за руку. Мы так и стояли, молчаливо перебирали взглядом строчки, боясь наткнуться на знакомые имена. Ничего. Из Сорахашер два имени, Тоджиан Люмб, Диззи Кави, я их не знал.

Латифа, не найдя братьев, облегчённо выдохнула, и как ни в чем не бывало, улыбнулась:

— Первым уроком история, не опаздывай, — улыбнулась она и упорхнула к двум девчонкам, кажется с нашего курса. Вот, уже подружками обзавелась.

Я же ещё задержался у стенда со списками. Зачем-то стоял и считал, сколько всего погибших. Зачем-то строил в голове статистику и высчитывал шансы на то, что Джамир и Санджей вернуться целыми и невредимыми, и каждый раз приходил к пугающим выводам — их шансы не велики. Они уже должны были вернуться.

Зунар в наших телефонных разговорах обходил эту тему стороной. Единственное о чем он обмолвился, что, не смотря на то, что по приказу императора, все аристократы должны были вернуться в Империю, особенно ученики академий ракта, многие из них еще находились в госпиталях, а многие числились пропавшими.

— Вот ты где, а я тебя везде искал? — неожиданно за спиной раздался голос Алеха.

Я издал раздраженный вздох, но ничего не сказал. Алех быстро пробежался по строчкам, очевидно выискивая знакомые имена, нахмурился, почесал затылок.

— Много народу погибло, — сказал он.

— Еще один вопрос про Равана или ракшасов и я за себя не ручаюсь, — предупредил я его.

Алех испуганно моргнул, затем понурив голову, тихо сказал:

— Извини, я больше не буду.

— Ладно, нормально все, — смягчился я, взглянул на часы — до занятий оставалось еще время, но возвращаться в комнату уже смысла не было.

— На каком этаже у нас урок? — спросил я. — Покажешь?

Алех радостно закивал:

— На четвертом, — с готовностью ответил он.

— А библиотека?

Я собирался взять несколько книг по урджа-плетению и поискать книги о проходах и любое, что могло быть с этим связанно. Прежде чем открывать проход, я должен вооружиться знаниями и как следует подготовиться. Потому что у меня не будет права на ошибку и слишком многое стояло на кону.

— На пятом, в левом крыле. А зачем тебе в библиотеку? Я ж получил для тебя учебники, — Алех так удивился, как будто кроме учебников в библиотеке других книг не было, но я, не обращая внимания, уже тащил его по лестнице.

Глава 11 или «Отсчет пошел» Часть 2

Набрав в библиотеке нужных книг, теперь я сидел на уроке истории и откровенно скучал. События, о которых рассказывала преподавательница, я выучил еще месяц назад, когда готовился к экзаменам.

Но вот сама учительница. Наверное, это единственное, что на этом уроке было любопытное — хорошенькая блондинка с настолько выдающимся бюстом, что вся мужская половина нашего курса не сводила с нее глаз ни на минуту. Ну, разве можно ставить такую учительницу подросткам в расцвете пубертата? Никто же ни черта не выучит.

Звали блондинку бал Тумари, она рассказывала о войне Южных кланов двухсотлетней давности высоким, немного охрипшим, будто простуженным, голоском.

Помимо бал Тумари предметом интереса у моих однокурсников был и я. Меня разглядывали исподтишка, с интересом и плохо скрываемым восхищением, не решаясь заговорить или приблизиться. Мальчишки глазели и тут же быстро отворачивались, стоило мне посмотреть на них. Девчонки перешептывались и хихикали, а подружки Латифы и вовсе не стесняясь строили мне глазки то и дело жадно ловя мой взгляд. Это раздражало, потому что чего-чего, а такого внимания от тринадцатилетних девочек мне точно было не нужно.

Я сидел на последней парте небольшой аудитории, хотя Латифа и пыталась затащить меня на первую и усадить рядом с собой. Но я, пусть и с боем, отстоял свое право сидеть в конце учебного класса. Во-первых, я бы своей спиной закрывал весь обзор сидящим позади ученикам, а во-вторых, мне не нравилось сидеть у всех на виду. И так слишком много внимания. Да и на последнем ряду я мог сейчас достать книги по сварга-плетениям или урджа-контролю и искать ответы по энергетическим плетениям, без угрозы быть пойманным бал Тумари.

Но сейчас у меня никак не получалось настроиться на постижение плетений, как бы я не хотел. Все мысли были заняты разговором со спецслужбами. Я собирался отправиться туда через два дня, сразу после занятий вечером перед выходными. По слухам, имперская армия уже покинула Меру, а значит, путь к проходу должен быть чист.

Да и Алех то и дело отвлекал меня. То он со злостью рассказывал про ребят со второго ряда, с которыми он что-то не поделил. Жаловался явно с целью проучить их с моей помощью, чего я категорически делать не собирался. Потом Алех, похабно усмехаясь, резко переключился на обсуждение пышных форм бал Тумари. Следом начал обсуждать однокурсниц с той же противной похабной улыбкой. Когда речь дошла до Латифы, точнее он только и успел что назвать её имя, я не выдержал и отвесил ему подзатыльник.

— Только попробуй заикнуться о моей сестре, — пригрозил я.

— Прости, я забыл, — обиженно нахмурился Алех и, уперев взгляд в учебник, наконец-то заткнулся.

Я же принялся разглядывать однокурсников. Заметил, что девчонок куда больше чем парней. Из сорока человек всего пятнадцать парней. Все они в основном выглядели как Алех — ещё даже не подростки, скорее дети — мелкие и щуплые в большинстве своём. Ну не считая толстого здоровяка, сидевшего с нами, на последнем ряду. А вот девчонки, напротив, выглядели старше однокурсников. Но в их возрасте всегда так, ещё год, два и всё выровняется.

Моё внимание привлекла Сафина Тивара, она опасливо поглядывала на меня, и когда я заметил, она тут же отвернулась. Сафина сидела в третьем ряду: невысокая, хрупкая, бледная и невзрачная. Неужели и её мне придётся убить?

Я обратил внутренний взор к Алисане с этим вопросом. В подтверждение она колыхнулась ненавистью. Видимо, это означало что — да, я должен уничтожить весь род Тивара. Вот только Изану, которая несколько раз пыталась меня убить, я, скорее всего, уничтожу без раздумий, то Сафину вряд ли смогу убить. Она не выглядит опасной. Я даже представить не могу, что этот бледный ребёнок может представлять какую-либо угрозу.

Неприятное ощущение, я сижу и спокойно думаю о том, как сломаю жизнь девчонке и лишу её всего, а может, и вовсе убью, хотя лично она мне ничего не сделала. Почему Сафина должна отвечать за поступки своего рода?

Алисана, слыша мои мысли, обдала меня холодной злостью:

«Все Тивара должны умереть, Никита. Они не пощадили Азиза. У нас уговор».

Я решил отложить решение этого морально непростого вопроса на потом. Пусть Алисана и хочет смерти всех Тивара, но я считал, что достаточно будет и уничтожения самого клана Нага. Если клана не будет, если Изана Тивара умрёт, Сафина перестанет быть наследницей Нага, у неё не будет ни власти, ни земель.

Первый учебный день тянулся неимоверно медленно. После истории был урок искусства, где мы битый час слушали лекцию про средневековые стили архитектуры, которых на Земле не было и в помине. Затем был урок политики и ведения военного дела, где я после нудных лекций по искусству, слегка оживился и даже с интересом слушал престарелого учителя свамена Олафера.

А затем был перерыв на обед, чему я несказанно обрадовался. Позавтракать я не успел, да и вообще, в последний раз ел ещё вчера в сурирате.

Мы с Алехом пришли в Большую столовую, куда стекались ученики Сафф-Сурадж со всех уголков замка.

Здесь было шумно и людно. Длинные тяжёлые деревянные столы у входа, уставленные тарелками на манер шведского стола, и много маленьких столиков, раскиданных по всему каменному старинному залу.

Почти все столы были заняты. Ну не то чтоб заняты, мест было предостаточно и, скорее всего, их хватало на всех учеников Сафф-Сурадж. Но старшекурсники попросту не давали младшим сесть, не пуская их за свои столы. За одним столом, где могли свободно уместиться шесть человек, сидели по двое-трое. Вот, к примеру, трое старших парней выгнали из-за стола ребят помладше, и те, понурив головы, встали и побрели на выход вместе с тарелками. Старая добрая дедовщина, даже здесь без неё не обошлось.

Я осмотрелся — некоторые ребята ели, усевшись на широкие подоконники, кто-то и вовсе стоял, дожидаясь, когда освободится стол. Латифа с подружками, увидев, что один из столиков освободился, словно хищницы, рванули к нему, толком не успев наполнить тарелки. У них оставалось одно свободное место, и Латифа взглядом меня пригласила сесть с ними, но я замотал отрицательно головой. Я ещё помнил, какими взглядами на меня смотрели её подружки.