Руслан Муха – Изнанка прошлого (страница 22)

— Но если наши люди погибнут, если мы потеряем большую часть населения, как мы будем воевать?

— Будем делать запасы на складах, а если что-то произойдет, тогда и будем раздавать населению, — император многозначительно поднял палец вверх, — и сделаем это без лишней суеты. А после разумно распределим. Правда, в таком случае придется поднять налоги…

— И это разозлит аристократию, — закончил за него Григорий.

— Разозлит, — согласился Михаил Алексеевич, — но ты придумаешь объяснение, почему нам их пришлось поднять.

Григорий ничего не ответил, его лицо оставалось холодным, но Инесс понимала, что едва ли Григорию понравилось, что брат в очередной раз сваливает на него разгребать последствия своих амбициозных идей и решений.

— Может метрополийцы ждут конца света? — после затянувшегося молчания, предположил император затем тих засмеялся, покосился на брата, но лицо Григория было непроницаемо.

— Мы не можем знать наверняка к чему они готовятся. Это может быть что угодно: например, мощный артефакт, который сожжет весь мир или повергнет в невообразимый холод. Или прорыв ни одного темного бога, может они собираются пустить на землю полчища темных существ, — Григорий замотал категорично головой, отмахнувшись от собственных слов: — Нет, это, наверное, нет. Они же не самоубийцы.

— Ты прав, гадать можно до бесконечности, — сказал император, но резко его лицо скривила злая гримаса: — Иногда у меня так и чешутся руки, чтобы вернуть эту шлюху вурду к жизни! Выбить из нее все ответы, а после опять отправить под землю. Она должна страдать так долго, пока Сварожий свет освещает Землю-матушку.

Инесс вздрогнула от одной только мысли о подобной участи. С яростью она замахнулась и ударила императора по лицу, вложив в удар всю злость и ненависть. Но рука прошла насквозь, а император ничего не заметил. Инесс взвыла от бессилия и злой обиды за свою участь, а император и великий князь продолжили как ни в чем не бывало обсуждать дела:

— Не спеши этого делать, — произнес Григорий, — пусть Арнгейры пока отрабатывают свои жизни. А если уж нет, тогда вернемся к варианту с графиней Фонберг. Но я бы лучшее ее не трогал, от разъяренной древней вурды можно ожидать что угодно.

— Ты прав, пусть гниет под землей, там ей место, — зло произнес император, а после резко переменился, поддавшись к Григорию у с интересом уставившись на него: — Ты, кстати, так и не рассказал, какой ответ дал князь Гарван.

— Он, разумеется, поклялся на роду, что не выдаст государственной тайны о том, кто такие Арнгейеры.

— Да я не об этом, — отмахнулся Михаил, — я о его сынишке оборотне.

— Нет, здесь он по-прежнему уклоняется от ответа. Полагаю, он не позволит своему сыну пойти по его стопам. Игорь желает сделать из него академического чародея.

— Пф-ф-ф, какой вздор! — раздраженно воскликнул император. — Единственный оборотень в мире не должен протирать штаны в лаборатории. Да и малец весьма сообразителен и хитер, из него наверняка выйдет отличный полководец.

— Или отличный князь, — добавил Григорий, но такой ответ Михаилу не понравился.

— Он должен быть военным и точка, Гриша!

— Мы не можем давить или шантажировать Гарванов, Михаил. Не нам решать вопросы будущего наследного княжича Варганы. Будем лезть в дела семьи и рода — это настроит против нас всю знать. У Гарванов источник мертвой ойры. Один только он дает им такую власть, что если они пожелают, все Южные княжества встанут на их защиту.

— Как у тебя все мрачно и фатально, — покачал головой Михаил. — Но я верю в твой светлый ум и находчивость, уверен, мы сможем их переубедить.

— Да зачем он тебе сдался этот мальчишка?! — в сердцах воскликнул Григорий.

Инесс удивленно вскинула брови, наблюдая за первой живой эмоцией, которую ей до этого никогда не доводилось видеть на лице великого князя.

Тон брата Михаилу не понравился, он нахмурил брови, грозно посмотрел, и чеканя каждое слово произнес:

— Мне. Он. Нужен! — на последнем слове император сердито ударил кулаком по подлокотнику, где сидела Инесс, вурда невольно вздрогнула.

— Ярослав Гарван должен служить исключительно мне, — холодным, не терпящим возражений тоном, сказал император. — И, если Гарваны не захотят по-хорошему, будет по-плохому. Включи мозги, Гришка, и сделай то, о чем я тебя прошу. Мне плевать, ка ты это сделаешь, но оборотень должен получить военное образование и прийти служить мне, а уж я его приручу. Как вправлять мозги юнцам я знаю. Он будет радостно вилять хвостом и есть из моих рук. Гарван будет моим личным ручным оборотнем. Ни один правитель за всю историю мироздания не может похвастаться подобным!

Инесс окинула императора злым и полным призрения взглядом. Григорий мгновенно взял себя в руки и холодно кивнул.

— Я попробую еще раз поговорить с князем Гарваном. Они приедут на празднования новогодия, вот и обсудим это в очередной раз. Попробую подкупить его меньшими процентами налогов.

— Вот и ладно, — довольно заулыбался Михаил, — такой настрой мне по нраву, брат. И приготовь для княжича еще какое-нибудь чудище из запретного леса. Удивим и повеселим народ, а заодно и подарим княжичу его час славы.

— Хорошо, будет сделано, Михаил, — послушно кивнул Григорий.

Инесс встала с подлокотника, прошагала по комнате, зябко обнимая себя за плечи, хотя ни холода, ни тепла она не ощущала. Но мысли, которые крутились у нее в голове, были именно такими: холодными, липкими, неприятными.

Император засобирался в свои покои, и Инесс решила, что и ей пора возвращаться. Сил она потратила немало и теперь снова придется долго копить до следующего полнолуния. Но зато этот разговор императора с великим князем хоть и был отвратительным и мерзким, но весьма полезным. Теперь она будет знать, чем давить на Ярослава и как заставить его ее спасти, а после и уничтожить этих гнусных мужланов Володаров, решивших, что у них хватает мозгов править над людьми и носить гордое звание правителей Славийской Империи. Теперь у княжича не будет выбора, теперь он просто обязан стать ее верным союзником. Теперь оставалось главное — успеть его предупредить.

Глава 1/1 «Весна»

За учебой и упорными тренировками, без проблем и забот, несколько недель пролетели незаметно. С приходом весны, как оживало все вокруг, так казалось и я сам оживал. Я приступил к исполнению долгосрочной цели, которую откладывал до лучших времен. В будущем с помощью зелий и артефактов я собирался спасти княжество, а может и всю империю от голода и холода, которые принесет катастрофа с Материка Великих Равнин. И сейчас, казалось, это самое время настало. По крайней мере пока что. Пусть даже это и кратковременная передышка, но не хотелось зря терять время.

И так как у меня появилось свободное время, теперь вечера я проводил в лаборатории, изучая азы алхимии. Для того, чтобы воспроизвести все зелья будущего, которые я помнил, эти знания мне понадобятся. К тому же теперь вся семья единогласно настаивала на том, что мне непременно нужно поступать в академию алхимии, и я с ними не спорил. Данная профессия на ряду с артефакторикой открывала немало перспектив и возможностей. И что еще не могло не радовать: даже бабуля отказалась от идеи, что мне необходимо поступать в военную академию боевых чародеев.

Инесс больше не приходила ко мне по ночам, хотя у меня и не выходил из головы последний наш разговор. По большей степени я имел вполне конкретные и весьма корыстные цели на тайник Инесс. Одни только сапоги перемещения чего стоили, наверняка там есть и много других полезных чародейских артефактов и зелий.

Вот только условие получение этих сокровищ, да еще и на короткий срок, мне не нравилось. Чем больше я думал о вероятном спасении Инесс, тем меньше считал, что ее спасение возможно. И все же я так и не принял конечного решения. Что-то внутри меня: то ли совесть, то ли еще какое-то коварное чувство, толкающее на безумство, заставляло возвращаться к обдумыванию плана о ее спасении. За несколько недель у меня подобных планов с разными вариациями действий возникло по меньшей мере два десятка, но при ближайшем рассмотрении и подсчете рисков все они оказывались ненадежными.

Сегодня с самого утра в Вороново Гнездо прибывали гости. На помолвку Святослава и Ольги пригласили только родственников с обоих сторон, но нас оказалось достаточно много.

Первыми приехали тётушки Дарьяна и Веселена со своими мужьями и многочисленными детьми, которых я и по именам- то не всех помнил. Тетушки пошли в бабулину породу и оказались такими же плодовитыми. Дарьяна обзавелась уже шестерыми отпрысками и была вылитой копией бабули в молодости — такая же высокая и крупная, изрядно потолстевшая после родов. Веселена еще не успела так растолстеть, но от старшей сестры не отставала, ей едва исполнилось тридцать, а вокруг уже вилось четверо ребятишек.

Мужья тетушек тоже прибыли. Граф Любославский — муж Дарьяны, и ненаследный князь северного княжества Бьяло-Орзелского — Земовит Здобывцы, муж Веселены.

Затем приехали Аркудесы — к счастью не всем своим многочисленным составом, а только два бабулиных брата со своими жёнами.

Бабка сегодня с самого утра носилась по поместью, словно под юбку ей бросили щепотку движущей ойры. Как всегда, слишком громкая и суетливая, она раздавала приказы прислуге и нашей, и своей, которую притащила сюда в подмогу.