Руслан Муха – Играя с судьбой (страница 26)

Но мой волк почему-то неистово рвался туда, да и второй оборотень меня уже почувствовал и несся навстречу.

Я замер, завидев громадный темный силуэт и поблескивающий хищный взгляд. Оборотень приближался осторожно, я же был весь напряжен и готовился защищаться в любой момент. Но чем ближе был волк, тем больше я понимал, что нападать он не собирается. Понял это и мой волк и внезапно отобрал у меня контроль, но не вышиб окончательно, как сделал бы раньше, а позволил наблюдать.

Какое-то время они обнюхивали друг друга. Я чувствовал тот интерес и радость, которые испытывал волк. Другой оборотень вдруг лизнул меня в морду. А затем, что для меня стало совсем неожиданно, эти двое начали играть и дурачиться.

На самом деле ничего странного, оба волка были молодыми, как я, и как тот ромал, у которого тоже проснулось проклятие. Но вот только в прошлом здесь не было другого оборотня. И это едва ли было хорошо. Этот оборотень себя не контролирует и если он кого-то убьет или что-то натворит, все, без сомнения, решат, что это я.

Волки довольно долго резвились, и я им не мешал, я ждал, когда солнце взойдет выше. Неплохо бы было взглянуть на этого ромала и узнать, почему его не заперли и позволили бегать по лесу. Ближе к рассвету я смог забрать контроль у своего зверя и стал уводить второго оборотня в сторону поместье. Мало приятного оказаться голым посреди леса с другим голым парнем, да и еще в такой мороз.

Но, как только мы начли приближаться к Воронову гнезду, оборотень вдруг что-то почувствовал, рыкнул на меня и умчался прочь со всей прыти. Очевидно, понял, что я уже не его собрат, а человек. Что ж, теперь придется наведаться в этот ромалский табор.

И только я про это подумал, как впереди вдруг показалась мама и Савелий. Они вышли искать меня. Подумал, что хорошо, что оборотень ушел, еще не хватало, чтобы он напал на них. Но вдруг мой волк тоже насторожился, я бы даже сказал — испугался. Настолько, что я даже не успел понять, чего именно, потому что волк вдруг оставил меня и я начал обращаться в человека.

Утром я конечно рассказал родителям, что встретил оборотня. Отец обещал с этим разобраться как можно скорее. Ромалы должны были запереть его, но, если это первые обращения, они могли даже не знать о пробудившемся проклятии. Я хотел тоже поехать в табор, но отец категорически отказался брать меня с собой. Да и мать была против, ромалы очень не любят полукровок, а точнее ромальских полукровок. Для них я грязнокровка, дитя нечистой женщины, которая предала свой род.

Начинался новый день, и я отправился в школу. Перед первым уроком в коридоре, пока я следовал в класс, меня перехватил Быстрицкий. Вид у него был какой-то нервно-возбужденный и одновременно нерешительный.

— Я согласен, — шепотом заговорщика сказал он мне.

— Хорошо, спасибо, что согласился, — спокойно ответил я. — И на роду готов поклясться?

Тут Быстрицкий опустил глаза, судорожно кивнул, сглотнул, а потом сказал, так и не посмев посмотреть на меня.

— Только у меня есть одно условие.

— Какое же?

— Ты должен проиграть Бориславу.

Я засмеялся, закачал головой.

— С чего это вдруг?

— Ты не понимаешь, — ухватив меня за руку и уводя в одну из стенных ниш, быстро и тихо заговорил Глеб. — Ему нельзя проигрывать, иначе ему придется покинуть школу.

— И? А если проиграю я, это придется сделать мне. С какой стати я должен беспокоиться о нем?

— Но, ты ведь уже был на домашнем обучении. Тут ведь осталось совсем немного до конца учебного года. А обучение в Варгане дает дополнительные баллы для поступления в чародейскую академию. Если же нет…

— Боишься, что Григанского отправят в военную академию? — усмехнулся я. — Даже не знаю, мне кажется, напротив — это пойдет ему только на пользу, да и может, наконец, выбьют из него все эту придурь. Да и я весьма сомневаюсь, что отец допустит, чтобы его сынишка отправился в боевую академию. Если не хватит баллов, доберут взятками.

— Нет, — Быстрицкий с грусть уставился на меня. — Это не совсем для Борислава.

Он снова уставился на собственные ботинки, потом явно чувствуя себя весьма неловко, начал объяснять:

— Это мне нужно. У моей семьи нет денег на обучение в Варгане, нет денег на оплату учебы в чародейской академии. Если уйдет Борислав, придётся уйти и мне.

Я озадачено уставился на Глеба, тот так и не решился поднять глаза. Видно было, что и рассказать мне эту тайну, тому, кого они несколько лет травили, и признаться в отсутствии денег ему было весьма непросто.

В этот миг прозвенел звонок на урок, мы одновременно повернулись в сторону двери ведущей в класс, которую Аглая Святозаровна тут же по звонку захлопнула. Но никто из нас не поспешил на урок, хотя и опаздывать на урок учителя метрополийских языков не стоило.

— Почему и тебе придется уйти? — спросил я, серьезно посмотрев на Глеба.

— Мое обучение оплачивают Григанские. Мой отец, он когда-то спас дядю Родомира. Спас ценой своей жизни, перед смертью попросил заботиться обо мне…

— И? — не понял я. — Если Борислав уйдет из школы, его отец перестанет о тебе заботиться?

— Ты не понимаешь, — начал заламывать руки Глеб. — У нас довольно сложные отношения с Родомиром Григанским. Просто так семья никогда ничего не делает. Я, что-то вроде компаньона Борислава. В детстве мы проводили много времени вместе, ездили отдыхать, после, дядя Родомир отправил нас сюда, в Варгановскую школу. Я что-то вроде его друга и одновременно няньки. Его отец спрашивает с меня за все его провинности.

Я снова озадаченно нахмурился:

— Плохая из тебя нянька, раз допустил эту дуэль.

Глеб опустил голову еще ниже:

— Родомир узнал про дуэль, — буркнул он.

— И? Как он отреагировал? — наконец, озадаченно поинтересовался я.

— Он сказал, что это моя вина. Он был в ярости. И еще сказал, что, если Бор не выиграет эту дуэль, больше я могу помощи от него не ждать.

Я зло выругался, заставив Быстрицкого поднять на меня взгляд, полный надежды. Только вряд ли он по адресу, из сочувствия проигрывать Бориславу, да еще и учитывая вскрывшиеся обстоятельства я тем более не стану.

Да вообще — какой нормальный отец позволит своему сыну подростку участвовать в чародейской дуэли? Мой отец, если бы узнал про дуэль, вмиг расторг родовую клятву, а мне бы влетело так, что врагу не позавидуешь. Но не Родомир. Кажется, отец Борислава тот еще говнюк или у него непорядок с головой. Неужели это ради мести моему отцу? Который даже не узнает почему я, в случае проигрыша, решил вернуться на домашнее обучение.

— Я не могу тебе обещать то, что ты просишь, — холодно сообщил я.

Взгляд Глеба тоже похолодел, он выпрямился, такая обида отразилась на его лице, что казалось, он сейчас ненавидел всех на свете, но больше всех меня.

Да, парню не повезло. Взамен помощи старший Григанский сделал из Глеба практически марионетку. Но я не настолько добр, чтобы ради него приносить в жертву собственную свободу, а возможно благополучие, а то и жизнь своей семьи.

— Значит, и я не могу тебе обещать клясться на роду, — отчеканил Глеб, не отводя от меня жесткий взгляд.

— Буду искать другого секунданта, — спокойно сообщил я, и зашагал в класс, чувствуя спиной с какой обидой и злостью сверлит меня взглядом Быстрицкий.

Что ж, раз такие дела, у меня не остается выбора, как позвать в секунданты своего младшего братца. Вот же у Аркадия радости-то будет. Только я опасался, что Аркадий не выдержит и кому-нибудь сболтнет. И тогда слухи быстро разлетятся по школе.

Но вдруг появилась у меня и другая идея. Раз Инесс хочет во что бы то ни стало помогать мне менять будущее, пусть поможет и сейчас. Я могу попросить побыть моим секундантом кого-нибудь из ее ребят и здесь я был уверен, что она мне не сможет отказать.

Глава 7/2

Новый учебный день выдался плодотворным. Хотя бы потому, что я смог на некоторых уроках заняться предположительными формулами нескольких защитных зелий. Это не совсем что-то новое, защитные зелья от чар стихий существовали и сейчас, и пятьдесят лет назад, но в будущем они имели куда более усиленную формулу.

Были и совсем инновационные. Например, зелье невосприимчивости морока. Но все что я о нем помнил, что оно делалось на основе живой ойры. А помимо ойры там могло быть до двух десятков других компонентов.

Еще я решил попробовать сделать артефакт, отражающий ледяные стрелы. Он создавал вокруг себя мгновенный горячий щит, который испарял любую водяную и ледяную магию. Для создания наверняка использовали огненную ойру и воздушные печати, металл я точно помнил — медь, камни топаз и, кажется, хризолит или изумруд, его создание мне виделось несложным.

После уроков мы с Григанским отбывали свое наказание снова в библиотеке. На этот раз нам поручили проверять задачки младшеклассников по арифметике. Честно говоря, довольно скучное занятие. Борислав же сегодня от меня нарочито отсел подальше, в самый конец библиотеки, всем своим видом демонстрируя, что даже рядом находиться со мной не желает. Наверняка Быстрицкий ему уже доложил, что я отказался от секунданта. Интересно, как он это объяснил? Борислав вряд ли знает о том, что его отцу известно о дуэли — в этом я почему-то был уверен, скорее всего он бы не был так спокоен. Хотя, черт знает, что в голове у этой семейки.