Руслан Михайлов – Жирдяй (страница 51)

Но это только пока. А вот затем подобные вещи войдут в цену.

Как обронил дед Федор: «Шкурный интерес не пропадет никогда. Мы, люди, даже в аду не прекратим менять и продавать, даже если единственным оставшимся товаром будет наша бессмертная душа».

С первого дня знакомства я к деду Федору прислушивался с крайней внимательностью. Ибо давно понял — он знает очень много. И посему, именно что со вчерашнего вечера, я взял за твердое правило в каждой вылазке стремиться получить что-то для себя. Община это хорошо, община это прекрасно. Но вскоре мы снова начнем мериться «пиписьками», то бишь обстановкой квартир и прочим.

Вот еще одно высказывание деда Федора, запомненное мною дословно: «Сначала люди хвалились наличием самого ножа, затем похвалялись его прочностью, после начали нахваливать остроту лезвия, еще попозже первым делом указывали на украшенную резьбой рукоять, а в самом конце даже от богато изукрашенных ножен нельзя было отвести глаз».

Сейчас в нашем с Лесей уголке есть два ложа из веток, травы, листьев. Сверху два куска материи. Спать — легко! Удобно! Мягко! Тепло! Но уже сейчас я не отказался бы от пары пуховых подушек, да и кровати низковатые, их бы приподнять, а еще лучше — одну большую общую кровать, раз уж все к этому идет! Вот тебе и снова всплыли слова деда Федора о ноже — просто они теперь про кровать. А ведь я отнюдь не считаю себя избалованным эстетом привыкшим пить кофе из позолоченных фарфоровых чашек.

К чему я веду? К тому, что отныне мой личный запас «менового» добра будет расти постоянно.

Потому что придет время, когда на такое вот блюдо можно будет выменять десять боевых автоматов. Это сейчас никому абсолютно не интересны тарелки и миски, все ищут оружие, еду и прочее. Но все изменится. Появится спрос.

— Ох ты! Смотрите! — крик пацанов заставил меня вскинуть голову. Еще через миг я вскочил и застыл, равно как и остальные.

Вдалеке, над океаном, летел вниз косой огненный дождь. Именно что огненный. Величественное и грозное зрелище. А если бы прямо нам на голову?

Среди комьев огня крутились черные обгорелые предметы самых разных размеров. Нам в уши ударил тугой гул. Несколько мгновений и большая часть огня и обломков упала в воду, вверх рванулись целые облака пара.

— Что-то рухнуло с орбиты! — твердо заявил дед Федор, задирая голову — Артем!

Успевший взобраться на смотровую площадку подросток крикнул:

— Упали в воду!

— Да это мы поняли! От берега далеко?

— Нет! Совсем рядом! А пара кусков прямо на пляж упала!

— Это либо корабль, либо спутник, либо космическая станция — предположил я.

— А почему не сгорели в атмосфере? — это Крух.

— О! — встрепенулся старик, глядя на амфа — Искупнемся, дружище?

— Понял! — тут же ответил Крух, сделал большой глоток из гидратора и посеменил к машине. Ну да — с его-то усталостью лучше на машине.

— Влад, Жирдяй — дед взглянул на нас и мы разом кивнули.

Надо осмотреть.

— Так почему не сгорели? — повторил амф свой вопрос, устраиваясь на сиденье — И угол падения был слишком пологим.

— И там болтались какие-то тряпки сзади! Ярко-красные! На одном из черных обломков — добавила Леся.

— Были какие-то надписи — поддержала ее Мила, вдвигая в глазницу прицел — Корпус металлический, обгорел. На самолет не похоже. Точно с орбиты, с космоса.

— Там разберемся — крикнул я, запрыгивая в кузов багги.

Рядом втиснулся вольфар Ури, осклабившись во всю свою волчью пасть.

— Беляк, присмотри тут, пока нас нет! — велел дед Федор и насупившийся обиженно Белый не посмел ослушаться. Но умный дед тут же подсластил пилюлю — Олю расспроси, покажи что тут и как.

— Ага — невольно заулыбался Белый.

— А мы?! — возмущенно загалдели пацаны.

— Позже! — отрезал дед — Сначала мы там все осмотрим. А вы приглядите за домом.

— Ну де-е-е-да Федо-о-ор! — заныли подростки, но старик ткнул Круха пальцем в плечо, амф понятливо кивнул и, покинув кресло, перебрался к нам в кузов, а дед занял его место и вздохнул — Давай, Влад. Посмотрим, что там нам черти послали.

— А может боги? — рассмеялся Влад, вдавливая педаль газа

— На месте разберемся от кого гостинец — отозвался дед, и мы помчались к пляжу. Вновь оставленный в лагере Цезарь обиженно залаял вслед. Но дед Федор хоть и вздохнул сокрушенно, собаку звать не стал. В лагере нужен защитник.

Доехали быстро, оказались там буквально за несколько минут. Словно горох высыпали с машины, ошеломленно глядя на открывшуюся нашим глазам разруху.

Пляж перепахало во множестве мест. Кое-где глубокие траншеи, несколько воронок со вздыбившимися краями, торчащие из песка дымящиеся куски металла. У самой воды из песка торчит особенно большой обломок смахивающий на сплющенную с боков бочку. За ним видно что-то еще, больше чем наполовину погруженное в воду. А дальше уже только морские волны, лениво бегущие к берегу. У самой кромки воды видна широкая черная полоса — то ли топливо, то ли масло, то ли сажа. В любом случае полоса исчезала прямо на глазах.

— Крух, ты сразу давай в воду, родимый. Оглядись там — коротко распорядился дед Федор, цепким взором оглядываясь вокруг и его указание было выполнено сразу и беспрекословно. Не успел амф добраться до воды, как ему в спину прилетел еще один приказ — Долго там не крутись. Пару минут и сразу назад. Не геройствуй, на акул не наскакивай, под хвост им не пинай. Понял?

— Понял! — браво отрапортовал мутант амфибия, весь лучащийся довольством. Оно и понятно — ему выпала возможность проявить себя во всей красе и мощи.

Почти без всплеска мутант исчез в воде, тогда как мы подступились к обломкам. Искореженный, почерневший металл. Кое-где еще светятся вишневым края, шипит песок, поднимаются струйки пара, мы смотрим вниз, не желая напарываться босой ногой на острые и вдобавок раскаленные куски железа.

Удалось ли понять что это? Отчасти. Особых аэродинамических очертаний на относительно уцелевших обломках я не заметил. Это не современный лайнер и не истребитель. Предположение деда Федора наиболее вероятно — что-то сошло с орбиты Ковчега и рухнуло на планету. Осталось понять что именно и вариантов достаточно много.

Спутники связи и военные. Орбитальные станции. Космические корабли.

И мы бродили по изрытому песку, пытаясь понять, что же послали нам небеса.

— Там! — закричал Ури, тыча лапой в открытое море.

Сперва я машинально взглянул на волны. И лишь затем чуть выше, на горизонт. А затем еще выше.

Снова огненный дождь низвергается с небес. Далеко-далеко. До наших ушей едва-едва донесся очень тихий гул.

А в следующий миг мы застыли в остолбенении. Там, куда рухнули очередные обломки, полыхнула ослепительная вспышка, а когда яркий свет рассеялся, мы увидели вздымающийся на горизонте ядерный гриб — уродливое порождение кошмара, многократно виденное нами в фильмах как исторических, так и художественных.

Ядерный взрыв.

— Надо бежать? — без страха уточнил я.

— Ветер с моря дул, ветер с моря дул, нагонял беду, нагонял беду — тихонько протянул старик — Сколько тут? Километров двадцать? Двадцать пять? Я ударной волны не ощутил, хотя секунды считал. Девять, десять, одиннадцать. Оп-п..

Ударная волна пришла — что-то вроде вздрогнувшей земли и мягкого толчка нам в грудь.

Гра-а-а-ам-м-м… протяжный и какой-то печальный звук.

— Обойдется — заключил старик, впрочем тревога с его глаз никуда не исчезла.

— Поймал рыбку! — знакомый булькающий вопль и мы как один опустили взгляды.

Крух. Плывет к нам с потрясающей скоростью, особенно впечатляющей из-за добычи — амф работает только ногами, руками удерживая и волоча за собой двоих несопротивляющихся людей.

В правой руке — девушка. Обнаженная, волны перехлестывают через соблазнительные формы, в воде полощутся длинные рыжие волосы с редкими красными прядями. И ведь такие яркие цвета — даже намокшие волосы поражали расцветкой.

— Кажись, наш Крух поймал русалочку Ариэль — выдавил я.

Во второй руке амф удерживал столь же обнаженное тело, но уже мужское, да еще и черное. Тэк-с…

— Вот! — гордясь собой, произнес Крух, вытаскивая обоих спасенных на мелководье — Вытащил. Меня едва какая-то тварь не сожрала там!

— Сказал же — не геройствуй! — попенял дед Федор — Но молодец. Иностранцы кажись космонавтики-то? Аль то иноземные захватчики?

— Хэлллоу рашен! — белозубо оскалился чернокожий парень, проводя ладонью по промокшей кудрявой шевелюре — Вот это мы приземлились, а? Пока летели, я прям думал — все, капец котятам. Чичас размажет нас. Ан нет, обошлось. Кстати, я Радимир.

— М-м-м — покивал дед Федор — Ну здравствуй, Радимирушка. Сразу видно — наш человек. С приземлением тебя. Мы чуть попозже представимся. А дивчина краса? Нешто и правда, русалка?

— Гутен таг. Их бин Леонор — улыбнулась жавшаяся ко дну красноволосая девушка — Данке зеа.

— М-м-м — снова закивал дед Федор — А вот космическая русалка не наша.

— Топить? — с готовностью поинтересовался Крух.

— Погоди пока — хмыкнув, распорядился дед Федор, бросая девушке снятый с себя кожаный плащ со споротыми пуговицами.

— Слушайте! — чернокожий русский начал говорить крайне медленно, четко выговаривая слова — Ребят! Мы с космоса!