Руслан Михайлов – Второй Великий Катаклизм (страница 8)

А мамонт Колыван?

Черт…

— Всегда рад помочь — подарил мне Аньрулл еще одну улыбку и погладил свое лицо костистыми ладонями скелета — Немного жмет в щеках. Но личина хороша… Во вторую нашу встречу я заметил двух чужеземцев не сводящих с тебя глаз. Их я запомнил, но трогать не стал. Но чуть подрезал крылья парящей в небе зоркой птахе, что вспорхнула с крыши едва ты появился в городе. Заодно обрубил побеги поганой эльфийской поросли, а затем высушил и корни. Пара невзрачных с виду кустиков что у ограды этого особняка… хитрая и неспешная магия, что незаметно пробирается в твой дом, не вызывая подозрений. Длинный растительный побег тянется по земле и стволам, пробирается ветвями, цепляется за стены и приникает к оконным стеклам. Все слышит и подмечает. И передает узнанное хозяину. Я оставил проклятье и там. Едва хозяин эльфийской погани вернется и удивленно коснется почерневших мертвых ветвей… его будет ждать крайне неприятный сюрприз, избавиться от которого тяжело. Не в каждом светлом храме смогут помочь.

— И снова благодарю.

— Ты в центре стягивающейся паутины, Росгард. Ты будто золотая мошка испачканная в меде и пряностях. Желанная добыча для каждого.

— В том числе и для тебя.

— Добыча? Нет. Как союзник — да. Я будто садовод, что обнаружил в саду диковинный цветок опутанный сорняками. Выполоть ненужную поросль, уничтожить вредителей, чуть взрыхлить землю — когтистые пальцы шевельнулись, дернулись — Обильно полить… и просто ждать, когда ты покажешь себя.

— Сказано честно.

— И прямо. Ценю прямоту. Что ж, Росгард, теперь, когда нас точно никто не слышит, давай поговорим о главном. О времени. И о том, как ты собираешься его тратить.

— Я не совсем понял…

— Это же просто, Росгард. Скажи — чем ты собираешься заняться сегодня? На какие дела потратишь свое драгоценное время? Что выполнишь, а что отложишь на потом? Чем пренебрежешь, а чему посвятишь все свое внимание без остатка? Внимание свое и своей… как же звучало то интересное слово? О! Своей команды… — облизнув губы, Аньрулл повторил — Команды…

— Дел очень много — развел я руками — Ну… сегодня…

— Да–да?

— Хм… для начала беседа с мэром Тишки, затем с бригадирами каменщиков. Возможно, придется заплатить отряду наемников ради дополнительной охраны города. Благодаря твоей помощи на город перестали падать валуны со страшными тварями, но угроза остается.

— Угроза всегда остается. А затем? Что ты будешь делать дальше?

— Ну… затем мне предстоит решить, как сначала найти, а затем вытащить из гиблого болота спящего мертвым сном Тальника, единственного сына богини Ивавы — рубанул я начистоту — И при этом постараться не погибнуть в том болоте самому.

— Тальник… гиблое болото… а что за болото?

— Тальник мне нужен живым и здоровым — заглянул я в бездонные глаза Аньрулла.

— Ну что ты, Росгард. Разве я стал бы вредить планам своего дорого друга, партнера и союзника? Да и что мне Тальник? — имя сына богини Аньрулл выплюнул с презрением — Хилая поросль новых богов. Так что за болото?

— Кровавая Гать. К северу от города Альгора.

— Я знаю, где это. И Тальник там?

— Да. Лежит где–то на дне трясины. У меня есть способ отыскать его — при помощи ивовой лозы. Осталось придумать как его поднять из болота.

— А что для тебя важнее, Росгард? Способ? Или достижение цели? На что готов ты пойти ради сбережения времени? Помнишь? Зар’граад идет прямо сюда. И когда две земли столкнутся берегами… всем будет плевать и на болото, и на никчемного сынка никчемной богини. Утопающий не станет разбираться в цвете веревки, брошенной ему с борта корабля, верно?

— Я вроде не тону.

— Все мы сейчас тонем! — когти скрежетнули по подлокотникам, оставляя глубокие царапины — Все до единого! И глупо привередничать, зная, что вскоре состоится столкновение миров.

— Если ты предлагаешь помощь — я приму ее — ответил я — Особенно если это быстрый способ добиться желаемого.

— Самый быстрый. Это я тебе обещаю, Росгард. Учти — тебе придется немного запачкать руки. Но время ли бояться грязи? А как закончишь дело — я попрошу тебя заняться одной крайне важной для меня вещью, что утеряна давным–давно. Тебя и твою команду… чтобы вы отыскали для меня эту вещь…

— И что за вещь?

— Артефакт. Мой артефакт. Он известен как Поглотитель Душ.

— Темная зеркальная линза — откинулся я в кресле и задумчиво скрестил пальцы — Неразрушимая. Часть твоего венца.

— И снова ты меня удивляешь, Росгард — Аньрулл повторил мою позу, скрестив костяные пальцы — Приятно удивляешь… что ты знаешь о Поглотителе Душ?

— Немного.

— И все же?

— Белый Дельфин.

— Кто это? Водное существо?

— Корабль. Артефакт Поглотитель Душ был найден при раскопках одного из твоих островных храмов. Был погружен на корабль Белый Дельфин и отправлен на континент. Но что–то пошло не так и Белый Дельфин затонул.

— Где?

— Неизвестно. Канул в пучине. Артефакт ищут многие. Но пока не нашли. И если найдут — вряд ли поспешат вернуть владельцу.

— Видишь, Росгард насколько правильный я сделал выбор? Стоило мне упомянуть Поглотителя Душ — а ты уже знаешь о нем больше, чем я.

— Случайность. Недавно мне предложили найти этот артефакт, и кое–что рассказали о нем. Это все.

— Но ведь не зря столько судьбоносных линий сходится на тебе, Росгард?

— Совпадение.

— Кто знает. Кто знает…

— Белый Дельфин — корабль бесследно исчез.

— Нам надо разузнать как можно больше о этой посудинке. Как можно больше…

— Кхм… — осторожно кашлянул я.

— Я слышу тебя.

— Аньгора. Души погибших отправляются туда?

— Не всех. Только яркие души. Имеющие ценность.

Логично. Если без разбора отправлять туда каждого из стандартных персонажей «местных» убиваемых каждый божий день целыми пачками… то даже будь Аньгора истинным мегаполисом, места в ней не хватит.

— А капитан Белого Дельфина? Или его боцман к примеру? Кто–то из команды? Пассажиры? Матросы с соседнего корабля? Какой–нибудь пират? Да любой из тех, кто обладает душой и разумом. Вдруг у кого–то оказалась достаточно яркая душа, достойная отправки в Город Мертвых? И если так — вот бы побеседовать с призраком мертвого капитана… может и удалось бы узнать что–то интересное.

— Умно. Умно… Росгард… Росгард… Росгард… ты уже и меня готов сделать мальчишкой–посыльным?

— Нет. Но кто еще может заглянуть в Аньгору? Кто может поговорить с мертвыми?

— Многие. Темные шаманы, могущественные белые жрецы. Но со мной им не сравниться. Я сейчас же обращу внимание на Аньгору. Обращу свой пристальный взгляд и если найду кого–то из тех, кто был на Белом Дельфине…

— То я бы тоже хотел с ним поговорить — успел вставить я.

— Тебе нет ходу в Город Мертвых. Ведь ты живой… если чужеземцев можно назвать живыми… вы словно куклы с пылающей душой…

— Кхм…

— Да, Росгард?

— Можно ли как–нибудь доставить призрака сюда? Из Города Мертвых. Пусть даже ненадолго. Чтобы я мог расспросить его.

— Ты сомневаешься в том, что призрак чистосердечно ответит на мои вопросы? Думаешь он осмелится хоть что–то утаить от меня? — Аньрулл подался вперед, страшные ладони с хрустом сжали подлокотники кресла, обращая их в щепу. Прочность предмета мебели скакнула почти до нуля. Еще тычок — и кресло рассыпется трухой.

— Я чужеземец — напомнил я — Кукла с пылающей душой. И вопросы задаю как чужеземец. Могу зайти с другой стороны. Если не я — то кто–нибудь из моей команды. Например Орбит. Разве это не ценно?

— Я услышал тебя… Да будет так. Если в Городе Мертвых найдется хотя одна что–то ведающая душа — я насажу ее на когти и, воющую и причитающую, притащу себя.

— Лучше просто пригласить.

— Именно это я и называю приглашением, Росгард. Если же захочу показать жестокость… Что ж… надо поторопиться! — Аньрулл резко встал и не пережившее рывка кресло обратилось в прах.

— Ну что? Ты готов немного запачкать руки холодной черной грязью? Готов окунуть ладони во тьму?