Руслан Михайлов – Ведомости Бульквариуса 3 (страница 43)

— Тоже так написано?

— Ага.

Обернувшись, я от дверей взглянул на стоящего за стойкой трактирщика, что сместился в угол, где за столиком обретался тот самый его завсегдатай, которому следовало проставиться пивом перед тем как брать в этом заведении задания. Трактирщик Кло-Дор встретился со мной взглядом, косовато улыбнулся, приподнял в символичном салюте пивную кружку. Кивнув в ответ, я переступил порог, догнал ушедшую вперед Айсу и протянул ей наплечник и все вырученные с задания монеты:

— Махнемся?

— Ты что? Хватит жалеть лекарей, воин! Танкуй с черствым сердцем!

— Я сейчас обманываю тебя — помотал я головой — Эта тряпка подороже наплечника.

— Ха! Тут ты ошибся. Взгляни сам.

Небольшой обрывок старого гобелена. Не больше десятой части. На почти сгнившей грубой ткани с трудом можно разглядеть остатки было не слишком изящной вышивки. Рядовой предмет.

— Хлам — заключила Айса и размахнулась, чтобы швырнуть тряпку прочь — Рандом губит.

— Стоп! — перехватив предмет, я убрал его в инвентарь, а потом снова протянул Айсе свою часть добычи с задания — Забирай. Я серьезно. И это не жалость — мнится мне, что сокрыто в сей грязной тряпке нечто интересное…

— Хм… — внимательно и неспешно вглядевшись мне в глаза, девушка кивнула и забрала наплечник и деньги — Ладно. Но если там что-то на самом деле окажется интересным — расскажешь! И поделишься хотя бы малым процентом добычи!

— Насколько малым? — прищурился я.

— Два! Нет! Три процента от всей добычи!

— Хорошо — улыбнулся я — До завтра?

— До завтра! Эй! Авантюристы жизнью битые! Кто со мной в трактир Пивной Фужер?

— Пиво в фужеры не наливают!

— Как назвали — так назвали! Зато там устрицы вкусные!

— Устрицы — вздохнул я, вспомнив про еще одну непаханую область работы — Где бы сил и времени побольше накопать.

Подпрыгнув, я рванулся в водное небо, направляясь к перечеркивающим его зеленоватым струям течений. Каждая подводная дорожка куда-то да ведет… И почти наверняка — к приключениям. Но я летел в Приглубье, отделившись от друзей. Надо показать одному новому знакомому кое-что…

— Ну что? — не выдержал я слишком долгой похрустывающей паузы.

Пауза и похрустывание исходило от паука Укмака, вывалившегося наполовину из своей раковины. Он неотрывно глядел уцелевшими глазами на бережно расстеленную на крыше почернелую тряпку, одновременно с аппетитом поглощая улитку, высасывая ее из раковины. И хотя улиток ему на перекус я сам принес, сейчас мне их стало жалко…

— Старое… и запрещенное — промолвил наконец Укмак.

— Запрещенное кем и почему? — обрадованно ухватился я за паучьи слова и приготовился записывать.

— Не вижу всего… это лишь жалкий обрывок былого волшебного величия…

— Волшебного?

— Гобелен был зачарован. Уверен в этом. Зачарован что-то скрывать…

— Это паучий гобелен?

— О да…

— И если он висел на стене?

— Это может быть что угодно, друг Бульк. Дверь, тайник…

— За нарисованным очагом скрывается дверь — пробормотал я и задумчиво почесал нос — Ладно…

— Очаг? Тут нет никакого очага…

— Да это я так. Почему ты сказал, что это запрещено?

— Видишь? — паучий коготь ткнулся в абсолютно ничем не примечательную дырку в краю обрывка.

— Ничего не вижу — признался я — Гнилая тряпка.

— А я вижу… подобные гобелены часто украшали паучьи обиталища, что были предназначены для особо дорогих гостей. Это было еще до меня… Давняя история, что относится к временам, когда пауки были одним из правителей мира Вальдиры. В те времена мы всегда были рады тем, чьи имена ныне боятся произносить. Культ Аньрулла. Зеленые колпаки.

— Никогда не слышал.

— И я не удивлен. Все, что связано с этим страшным для ахилотов, людей и прочих рас культом давно уже разбито или сожжено, разрушено или закопано. Зеленые Колпаки поклонялись самой Смерти!

— Кому-кому?

— Аньрулллу.

— Не хочу повторяться — произнеся я — Но…

— Древний бог, что внезапно исчез. Могущественный бог. Умный, страшный, кровожадный… все паучьи роды боялись его… Но ныне это лишь пугающие жуткие сказки — вздохнул Укмак и, с хлюпаньем втянув в себя остатки улитки, отбросил пустой панцирь к солидно выросшей горке подобных останков — Этот обрывок…

— Он нужен тебе? — понял я.

— Мои умения далеко не так велики, а лапы сломаны или вырваны… но я бы хотел попытаться восстановить хотя бы часть вышивки. И, что самое важное — часть орнамента по краю. Это древние руны…

— Ты умеешь их читать?

— Нет. Но кто-то же должен уметь? Я люблю загадки… и я люблю вспоминать о славном прошлом… я старый паук, что греется на мирном солнышке и любит перебирать старые гнилые косточки воспоминаний…

— Если что-то узнаешь — поделись и со мной этим знанием, друг Укмак.

— Конечно.

— Спасибо.

— У меня к тебе еще одна просьба, Бульк.

— Да?

— Старый брюзга из кривой башни просил тебя заглянуть. Уж не знаю за чем. Но час назад рыбешка принесла от него коротенькое письмецо на пару узелков.

— Ага… отправляюсь прямо сейчас.

— И расскажи ему то, что рассказал мне. О задании на мясо луннурты — я бы не отказался однажды попробовать. О наградах…

— О внезапной ничего не стоящей награде трактирщика Кло-Дола?

— Верно. Ты умен.

— Но трактирщик понятия не имел, что у меня есть дела с подводными пауками Приглубья и окрестностей.

— Ты так думаешь.

— Ну да…

— Но то, что мы думаем — не всегда истина, Бульк. Истина же где-то там… надежно скрыта в придонной холодной мути… Ты предполагаешь, но не знаешь. Вот в чем разница, молодой ахиолот.

— Хм…

— Иногда весточку передают не просто так, а с заковыркой. Это как небольшое испытание — нащупаешь ли тонкую струйку путеводного течения. Неприметливые глупцы не нужны никому, Бульк. Запомни это.

— Неприметливые глупцы не нужны никому… я запомнил — с благодарностью кивнул я цифровому существу.

— И не думай, что раз ты имеешь дела лишь с пауками Приглубья. Весточка о тебе разнеслась уже далеко по подводным просторам. Знай это. И знай, что за тобой всегда наблюдают.

— Ага… Ну… Я отправлюсь — повторил я, подпрыгивая и опять взлетая в водный небосвод — Пауки из кривой башни… Ха!