Руслан Михайлов – Темнодружье (страница 49)
– Догршх… – поперхнулся я.
– Догрш’ха!
– Догршх…
– Да никак из этих? – с подозрением прищурился старик.
Не знаю про кого он, но поспешно заверил:
– Не-не! Я не такой! Я как вы! Суровый, пахну селедкой и пивом, люблю метать гарпуны!
– А… ну тогда ладно. Догрш’ха!
– Догршх…
– Догрш’ха!
– Догрш’ха! О! Получилось! Догрш’ха!
– Получилось – кивнул седой рулевой – Хорошо. Однако радоваться пока рано. Встань как я учил. На другую ветку нацелься – та то уж давно позади осталось, пока ты язык коверкал.
– Нацелился.
– Нет ли часом щуки рядом? Не зацепить бы зубастую матушку, не обидеть бы светлую.
«Зубастую матушку? Светлую?». Это рулевой про щуку обычную? Да и как заметить обычно небольшую рыбу на таком расстоянии?
– Вроде нету – неуверенно ответил я.
Старый рыбак не удовольствовался моим зыбким заверением. Встал. Вгляделся в воду. Провел рукой по седой бороде. И кивнул:
– Можно.
– Давай!
– Догрш’ха!
Выставленная наконечником копья ладонь свободной руки на миг вспыхнула сиреневым светом. Гарпун ушел в воздух с удивительной силой и быстротой, издавая странный гудящий звук. Очень странный звук – резонирующий, плачущий. Будто листом жести махали в воздухе.
Но главное – результат.
Ветку вбило в воду, гарпун провалился в Найкал с такой скоростью, будто был отлит из свинца.
– Неплохо – одобрил рулевой – Неплохо. Но можно лучше. Однако основы освоил, малек. Освоил…
Поздравляем!
Вы изучили новое промысловое умение: «Догрш’ха!».
Особый бросок специального промыслового двузубого гарпуна, настолько сильный и точный, что способен пробить прочную чешую рыбы дугши.
Ваш текущий ранг умения: первый.
(+4 % к точности умения «Догрш’ха!»)
(+2 % к силе умения «Догрш’ха!»)
– Благодарю за науку, старшие – поклонился я и едва не упал, когда по лодке ударила волна.
– Доволен? – цепко глянул на меня дед.
– Хотелось бы большего! – твердо ответил я.
Первый ранг – мелковато как-то.
– Учиться большему ежечасно – залог хорошей жизни – одобрительно заметил рулевой. Остальные согласно закивали. Я тоже покивал. И тоже был согласен с его словами – причем искренне.
– Садись обратно в лодку – продолжил старик – Чтобы руку тверже сделать, а глаз зорче – надобно тебе хотя бы раз по настоящей дугше гарпун метнуть! Да не просто метнуть – а попасть! Берись за весло, малек. Хочешь учиться – плати на науку!
– Заплачу – заверил я, хватаясь за отполированную множеством жестких ладоней рукоять весла – Заплачу трудом!
– Навались, робя! А ну! Эх!
– ЭХ! – отозвались дружно рыбаки.
– Эх… – пискнул я с запозданием.
– А ну! Эх!
– ЭХ!
На этот раз я выдохнул в унисон с остальными. Надолго моих сил не хватит. От всей души надеюсь, что дедушка не собирается ловить дугш на той стороне Найкала.
Но на мое счастье от берега мы отошли не слишком далеко. По пути я истратил все деревянные гарпуны – по приказу рулевого метая их в бревна, ветки и комки водорослей. Дедок велел сушить весла рядом с небольшим островком поросшим сосняком. Лодка ненадолго замерла. Ветер трепал волосы, запах смолы, хвои, нагретого камня и водорослей смешался воедино. И я понял какой аромат хочу в своем игровом коконе – вот этот. Составленный из невероятно простых компонентов, но невероятно «вкусный». Вдыхал бы и вдыхал бы. Может переехать на Байкал? Ведь там наверняка пахнет точно так же… стать писателем, с утра до вечера работать над рукописью у окна, за которым вид на бескрайнее и величественное озеро Байкал…
Эй…
Эй! Шмыг! А ну вытравить из души светлые поползновения к мирной созерцательной жизни! Вытравить беспощадно!
Есть, босс! Вытравить беспощадно! Сделано!
– Вот и она – шепнул старик, указывая глазами – Дугша. Готовься, малек. Учти – коли промахнешься, то другого шанса раньше завтрашнего утра я тебе не дам.
– Понял вас – сказал я, мягко поднимаясь и принимая тяжелый гарпун.
Тяжелый для меня. Но не для рыбаков. Они с трудом отыскали среди своего инвентаря подходящий мне по руке гарпун – то есть по уровню. От шестидесятого уровня гарпун. Сами рыбаки пользовались орудиями лова куда более тяжелыми и мощными по урону. Я успел оглядеть гарпуны. И успел впечатлиться.
Другие тоже встали. Почти каждый держал по гарпуну с привязанным к нему крепким линем. Как я уже успел узнать, особым почетом среди рыбаков пользовался линь добытый из туши гребехрока.
Гребехроки…
Как вспомню…
Так дрожь берет.
В тот день я чудом ушел от хищных моллюсков. Чудом выжил. И никогда не забуду торчащие из воды огрызки колонн, плеск мертвой воды, щелканье раковин и режущий уши свит пущенных мне в спину гарпунов…
Рыбаки еще сдержанно посетовали, что лини и раньше было не достать, всегда они были редки и дороги, а теперь, когда весь мир ополоумел и взялся готовиться к Великому Морскому Походу, лини гребехроков и вовсе пропали с продажи. А если и попадется парочка – цены на них огроменные. Можно и самим поохотиться на гребехроков. Дело опасное, но добыча зело хороша. Однако где ж сыскать гребехроков? Стадами они чай нигде не пасутся.
Не пасутся стадами…
Очень даже пасутся!
Я, к примеру одно такое место знаю!
Само собой я промолчал. И с пониманием кивал на сетования рыбаков.
– Вот и она – повторил старый рыбак.
И я ее увидел.
Спину дугши.
Коричневую, блестящую, с невысоким спинным плавником. Спина… мягко сказано! «Спинка» рыбы – видимая на поверхности – тянулась метра на три! А шириной была в метр! Этакая площадка… настоящий плот!
– Давай, малек! Не тяни!
Я парень быстрый. Меня дважды просить редко приходится.