Руслан Михайлов – Суровые земли (страница 24)
Принцип «если ты плюнешь в толпу — толпа утрется, если же толпа плюнет в тебя — ты утонешь» здесь не сработал, о чем скорбно свидетельствовали белесые шкурки червей, валяющиеся в грязи. Кроу не требовались подобные трофеи, он предпочел попрать останки червей ногами и приступить к извлечению следующей плиты.
В течение часа гном умудрился вырвать из гнезд четыре напольные плиты и четыре стенные, сложить их в аккуратную стопку, да еще и прокопать сквозной горизонтальный проход в земляной толще.
Удар кирки пробил почву. В снежную бурю высунулась покрытая грязными разводами, исходящая паром рука — в лучших традициях культовых фильмов ужасов. «Зомби» останавливаться на достигнутом впечатляющем результате не стал, разворотил землю сильнее, поднапрягся, и буквально выпал наружу вместе с солидным куском дерна.
Расчетливый гном, всегда старающийся действовать как можно более рационально, сделал еще один вход в свои подземные владения — необходимые меры, ведь через вертикальный колодец особо не извлечешь огромные массы земли, особенно если нет механизмов или магических приспособлений, должных облегчить труд землекопа. Есть надежда только на свои руки и прочность лопаты или кирки… с инструментом, кстати, тоже беда…
На размышления времени было хоть отбавляй — сейчас игрок выполнял работы по расширению и приданию формы сквозному проходу. Бегом перетаскал всю землю наружу — как ни банально, таскал в заплечном мешке и в руках. Работал в буквальном смысле на износ — высохшая до хруста одежда болтающаяся на «раскаленном» теле, рвалась на глазах, разлетаясь клочками ветхой ткани и кожи. Жизнь то и дело падала на десяток-другой пунктов, когда гном с размаху ударялся головой о пока еще низковатый земляной свод. Или когда запинался о не замеченный ранее камень или корень, падая на землю и утыкаясь лицом в стылую грязь. Но это лишь добавляло ража упертому игроку. Любая преграда воодушевляла его на следующий шаг. Такова особенность его характера.
Он позволил себе остановиться лишь после того, как полностью перетаскал наружу грунт — не забывая подбрасывать его вверх, дабы уносило помощником — снежной бурей. Вьюга работала как включенный на полную мощность лютый пылесос, радостно засасывая в свое чрево все, что могла, оказавшись куда прожорливее торнадо. И гном радовался — прямо улыбался такой прожорливости, отлично играющей ему на руку. Куда девать нищему гному кубометры вырытой земли? Участок не резиновый, да и не годится из него склад земли делать. Общую территорию заваливать грудами сырой землицы не позволят — злобное око Саурона, то бишь сотника Вурриуса, мгновенно заметит и воспретит беспредел. Следовало готовиться к дальнейшей конфронтации с новым руководителем сторожевого поста Серый Пик. При этом не давая ему ни малейшего повода обвинить себя в нарушении законов или негласных правил.
И сейчас Кроу старался избавиться от как можно большего количества ненужной ему почвы, «принося ее в жертву» воющей снежной вьюге, сгустившейся над их несчастными головами. Буря «жертву» проглатывала и выплевывала где-то очень далеко — возможно, за километры отсюда. Воздушная землечерпалка… бесплатная, мощная, быстрая — шикарно! О таком подарке гном не мог и мечтать! — ведь он с самого начала знал, что его владения в этой местности будут представлять собой «айсберг» — видимая «надводная» часть — это лишь крохотная верхушка айсберга.
Правда, плавающие ледяные глыбы иногда переворачивались… вот этого никак допускать нельзя — катастрофы и провала планов. Столь же сильно не хотелось простоев и досадных проблем. Кроу был уверен — вскоре сюда явится это громогласное высокомерное чудило, мнящее себя единственным и неповторимым во всея Вальдире. Он злобно насмешлив, может одним пренебрежительным фырканьем вывести из себя, но при этом он настоящий друг, а к тому же прибудет не с пустыми руками. Кроу очень сильно желал встретить его на равных, тем более что задачи у них почти одинаковы по сложности и кто куда из них двоих отправится, выбиралось путем подбрасывания монетки. Так решилась судьба нынешнего первопоселенца в этих мрачных землях — она выпала гному Кроу. И он всячески старался не ударить в грязь лицом. Хотя в прямом смысле ударять приходилось каждый день и многократно. А вот в фигуральном — нет! Провал неприемлем!
Ведь начали они одновременно, день в день, час в час, минута в минуту. Ни у кого не было преимущества во времени, ни у кого не было каких-либо стартовых бонусов, не имелось и локальных ограничений в преодолении возникающих трудностей. Поэтому насмешки будут особенно едкими… очень едкими… Провал однозначно неприемлем! Ни в коем случае! Гном аж содрогнулся, представив перед собой радостно и насмешливо улыбающуюся клыкастую синеглазую харю… Недопустим… ой недопустим провал…
Спустя еще час игрок превратился в немыслимо жаркую кузнечную топку — эх! А как бы хотелось сейчас вернуться к ковке! Но пока что раскалялось не железо вокруг, а почва. Взятое для крепи бревно мгновенно затрещало от жара, задымилось в руках полуголого игрока. Градусы прибавляются каждый час.
Черт…
При помощи «связки» найдя самое слабое место в вырытом проходе, гном установил туда бревно, содрал с себя лохмотья и вновь помчался прочь от территории Серого Пика. Как и в прошлый раз, последовал нудный поиск практически вслепую полузамерзшей стаи шакалов. Вновь гном отдался им на съедение, и вновь волна возрождения выплюнула его на ледяную каменную плиту. На этот раз уровень он потерял.
— Сойди, житель Кроу, — поприветствовал его закутанный в меховой плащ с капюшоном широкоплечий страж. — Негоже стоять здесь.
— Ага, спасибо, добрый страж. — На ходу ответил гном, спешно стараясь уйти прочь — вдруг приметливый стражник узрит предательские симптомы болезни. Вроде бы и сбросилось все на ноль, но рисковать не хотелось.
— Не постигла ли тебя печальная участь? — перекрикивая вой пурги, поинтересовался страж, милосердно опуская слово «смерть».
— Постигла, постигла, — закивал игрок. — Я счастлив!
Крайне озадаченный страж задумчиво замер, пытаясь переварить услышанное, что позволило Кроу благополучно смыться на свою территорию. По дороге он понял, что большая часть ограды вокруг участка исчезла, выдранная с корнем и унесенная бурей.
Чертова непогода!
Словно в ответ на невысказанную вслух мысль, вдалеке раздался протяжный и тоскливый вой, настолько страшный, что пробирало до костей. Два снежных голема вздрогнули, круто развернулись, зашагали в том направлении. Бьющие у них из груди яркие лучи магического света упирались в снежную крутящуюся пыль, но гиганты уверенно двигались к источнику звука.
— А вот, кажись, и хозяин вьюги пожаловал, прошептал Кроу, не отрывая взгляда от удаляющихся големов и одновременно подхватывая с земли утопающее в снегу бревно. — Или хозяйка? А может, там целая стая?
Ответ последовал быстро, но оказался неоднозначным, хотя и резким — впереди идущего снежного гиганта разметало в пыль одним могучим ударом. Ударов, может, было и больше, но тут не угадать — слишком темно и вьюжно. Отчетливо видно было лишь одно — взмывший вверх по крутой траектории магический прожектор, улетевший куда-то к невидимым облакам и пропавший с глаз долой. Смахивало все на очень сильный апперкот, нанесенный кем-то с большой злостью.
— Ц-ц-ц, — зацокал Кроу, наполовину забираясь в проход и становясь сильно похожим на боязливого суслика, смотрящего на проходящую мимо стаю голодных хищников. Второго голема разметало на крохотные снежные комочки парой минут позже, при этом магический свет успел выхватить из тьмы что-то большое, похожее на… да тут не понять. Снежная вьюга, сгустившаяся вокруг несчастного сторожевого поста, позволяла увидеть лишь то, что хотела показать сама. И тем самым еще сильнее напоминала огромное живое существо, слепленное из снега, льда и злобной ненависти.
В стороне, шагах в сорока от места, где разлетелся второй голем, вспыхнул ярчайший свет, ненадолго победивший тьму. Отряд игроков… их около двух десятков, выстроился в защитный ордер, напоминающий трапецию. В первом ряду, на полшага позади двух массивных воинов, стоит высокая женская фигура, воздевшая вверх длинный посох, увенчанный ярчайшим и лучистым шаром света. Девушку защищают со всех сторон, она в длинном белом платье, ветер полощет в воздухе изумрудный плащ, развеваются неприкрытые волосы. Только спустя пару мгновений Кроу осознал, что стоящие перед девушкой два мощных полуорка, закованных в латы, удерживают волшебницу при помощи двух толстых и коротких цепей, идущих от их поясов к ее талии, вокруг коей обернута толстая стальная пластина. Странно…
Не удержавшись, Кроу припал к заледеневшей земле, почти на четвереньках продвинулся метров на тридцать вперед. Отсюда обзор оставался таким же скверным, но сквозь воющую снежную круговерть можно было различить обрывки смутно видимой информации над головами медленно шагающих вперед игроков.
Несколько секунд ушло на разбор и опознание мерцающих букв и цифр — во время подобной непогоды персональная информация игроков отнюдь не светилась как новогодняя елка, видимая издалека. Нет. Информация искажалась, некоторые буквы «гасли» подобно частям старой неоновой вывески. Часто это вызывало дико возмущенные протесты на форуме, особенно если там выкладывался скриншот с изображением какого-либо игрока, бредущего через бури, вихри, ядовитые облака и прочие гадости, а над его или ее мужественным челом, вместо надписи «Сияющая Саракадра» видна лишь сомнительная надпись что-то вроде «…я…. С.рака…». Так себе подвиг, особенно когда после него выйдешь в город и со всех сторон раздаются радостные приветствия «Привет, Срака!». Пусть мелочь, а досадно.