Руслан Михайлов – Кроу 4 (страница 51)
– Ну это прямо… – прошептал гном, бережно убирая ронкол в рюкзак – Это прямо… ну крыса! Спасибо!
Тихий писк. Крыса показалась. Влезла на пробитую голову мертвячки, села столбиком, вопросительно глянула на гнома. Тот бросил ей жирный ломоть вкуснейшего деревенского сыра. Уронил прямо к крысиным лапкам. Грызун опустил морду, понюхал, тонко и как бы даже насмешливо пискнул. И пропал. Новый писк последовал уже из недосягаемой для гнома узкой щели за грудой зомби. Крыса показала тайник с драгоценным содержимым и ушла. Неслабо она отблагодарила за еду. И что это вообще за крыса такая? Призадуматься бы над этим, момент важный. Но времени нет даже на беглые размышления.
Что тут еще?
Бесцеремонно отшвырнув несколько мертвяков, гном добрался до бывшего владельца ронгкола и взглянул на его скорбные останки. Мужчина. Судя по размерам – гном. Тело частично прикрыто уже ни на что не годящимися доспехами. Дыра на дыре. Глубокие борозды. В полушаге полуразбитый шлем. Когти тварей внутри борозд на доспехах. Нежить буквально загнала, задавила числом, затерзала этого бедолагу. Его не спас даже ронколл. Хотя сражался он ожесточенно.
Кроу наспех обыскал мертвого соплеменника. Наткнулся на небольшую книгу для записей и хмыкнул – ожидаемо. Обязательно должна быть история. А история возможно приведет к интересному заданию. Еще нашлось два десятка монет. Большей частью золото. Короткий ржавый меч на сто пятидесятый уровень. Разбитый на три части каплевидный щит. Целехонький кожаный ремень с большой стальной бляхой. Пригодится. Но тоже на стопятидесятый уровень. Вроде все.
Круто повернувшись, Кроу нанес удар. Попавшую под молот некрокрысу сплющило. Явившийся сюда подранок и пискнуть не успел. В воздухе повисла зеленоватая пыль. Шагнув вперед, игрок поднял факел, пламя жадно лизнуло провалившуюся внизу сухую мертвячью ногу. Через пару мгновений загоревшийся зомби с воплями вырвал пострадавшую конечность, неуклюже шагнул… и до ушей гнома донесся злющий вопль:
– Родина-а-а-а….
А следом глухой шлепок удара о далекую мостовую.
Пора…
Кроу возник на крыше в облаке обломков. Он не стал искать выход. Попросту проломил черепицу и гнилую обрешетку, выбрался наверх ощетинившимся бронированным ежом.
Его распирало. Его плющило. Его корежило.
И все от избытка чувств – к коим орда снова завидевшей врага нежити не имела ни малейшего отношения.
Удар. Удар. И еще удар! Враги разлетались в стороны, падали на мостовую. На гнома снизошло воинственное воодушевление. Он попал в боевой поток и полностью отдался его течению. Удар! Еще удар! Воющие зомби никак не могли подступиться, страшный молот отбрасывал их, скидывал с крыши, дробил черепа, ломал ноги и руки, крушил ребра.
– Захватчик! – вопили улетающие зомби – Тебе здесь не место!
– Это наш город!
– Ты умрешь здесь, теплокровный!
– Будь проклят твой молот!
– Правда на нашей стороне!
Гном не слушал. Да и не слышал – потому что сам орал во всю глотку. Приплясывал, кружился, размахивал руками, бил молотом о черепицу, отправляя на брусчатку звенящий глиняный дождь. Гном лихо привлекал к своей персоне внимание всего Гвактала. И даже не переживал о последствиях. Плевать! Почему? Потому что, как ему показалось, он только что наткнулся на важнейшую подсказку ведущую к разгадке тайны, что мучила его уже не один год.
Ронгкол!
Дрангорр Безумный Ненавидец.
На ногах ликующего гнома повисло три некрокрысы. Вцепились намертво. Как им казалось. Игрок крутнулся и твари сорвались, со скрипом пройдясь когтями и клыками по доспехам. Еще один излишне ретивый мертвяк расплющился лицом о любезно подставленный щит. Что-то невнятно жалобно промычал, сползая вниз. Радующийся гном не слушал. Сломал ударом ноги хрупкую шею. Шагнул дальше – к странному сооружению. Вот это да… зомби попытались создать что-то вроде мобильной штурмовой башни. И у них почти получилось. Высотой метра в три, представляет собой ходячий сарайчик увенчанный уличным дощатым туалетом. Дверь туалета открыта. На стульчаке восседает гордый зомби-арбалетчик. Крышу сарайчика заняли три лучника и два копейщика. Еще один держит в руках какую-то бочку. Внутри сарайчика – поднятого на крышу! – слышатся довольные возгласы и смешки. Дохлые защитники города уже празднуют победу.
Это они рановато.
Щит вздернулся вверх. И дробно вздрогнул, зазвенел от нескольких сильных попаданий. Стрелы, арбалетный болт. Шипящая вспышка какой-то магии, пахнущая почему-то паленым волосом. И мягкий чавкающий шлепок. Странный такой шлепок. И резко усилившийся хохот зомби из сарайчика.
– Вам депеша!
Какой знакомый возглас! И какой насмешливый.
Кроу выглянул. Хохот усилился. Еще несколько стрел ударили в щит, не причинив игроку вреда.
Запах…
Не слишком противный, но все же тяжелый запах. И смешки зомби. Чего они так ржут? Гном глянул на щит. И удивленно выпучился – по щиту стекал какой-то черный склизкий комок, чье происхождение система великодушно обозначила как «удобрение». По боевому щиту стекало удобрение… брошенное вон тем улыбающимся беззубым ртом зомбяком с бочонком и выуженным оттуда черпаком.
Это что же получается… по славному боевому щиту стекает…
– Срочная! – возопили из сарайчика.
Шлеп!
На этот раз плюха угодила в шлем. Угодила и потекла… запах стал гораздо сильнее. От хохота «штурмовая башня» заходила ходуном.
Шлеп!
– Секретная! Уха-ха! У-ха-ха!
Пах! Над гномом лопнула подушка и на него высыпался дождь из перьев и пуха. Все это тотчас прилипло к замершему на коньке крыши ошарашенному донельзя гному. От воющего многоголосого хохота, казалось, взорвался весь Гвактал. Ковыляющие по едва освещенным улочкам мертвяки останавливались, указывали на гнома, присоединялись к общему смеху.
Ф-ФАХ!
Падавший на гнома перьевой дождь вспыхнул – от соприкосновения с огнем факела. Объявшее Кроу пламя быстро спало, вновь явив взорам дымящегося и мрачного как привратник ада гнома.
Издалека и откуда-то сверху донесся звонкий девичий смех. Следом прибыло сообщение:
«Молодец! Весь в дыму и г…. Настоящий отвлекала! Гвактал рукоплещет!».
Сообщение гном отметил машинально. Он смотрел только на сарай поверх края дымящегося щита оскверненного пахучим снарядом.
Кроу взревел. Ударил щитом о крышу. Чуть наклонился… и с яростью рванул вперед, пропуская над головой стрелы и разряды магии.
– Мужик! Ты чего?! – заголосили из сарайчика.
– Вали его!
– Преграду! Преграду!
С крыши свалилось толстенное бревно… но оно оказалось насквозь трухлявым и гномье плечо с легкостью переломило его.
– Мужик! Не надо, мужик!
– А-а-а-а! – завопил Кроу.
– А-а-а-а! – хором отозвались из «башни».
Удар!
Кроу ударил не плечом, а щитом. И сарайчик подался назад. Еще шаг. И еще. Гном со злобным ревом напирал. Толкал что есть мочи, упираясь ногами в стонущую крышу.
– Держи-и-ись! – вопили отовсюду мертвяки, подбадривая своих – Держи-и-ись!
Вопли доносись с крыш, с улиц, из окон, из ям.
«Крепись, сенсей! Так их!» – пришло от Аму.
«Толкай сильней, Цап! Ну же!» – не смогла удержаться и Лори.
С хрипом гном напирал, по шажку толкая чертов сарай к краю крыши – а там недолгий полет и мостовая! Засевшие в уродливом сооружении мертвяки это прекрасно понимали и сопротивлялись изо всех сил, завывая и тыча в щели между досками ржавыми клинками и копьями. Причем попадали, мерзкие метатели удобрений! Здоровье убывало.
Едва вспомнив об этом, гном заорал еще громче, отпрыгнул назад и снова резко подался вперед. Не ожидавшие такой подлянки зомби вместе с сараем отлетели назад, туалет на крыше опасно закачался, арбалетчик выпал и со стоном рухнул на голову Кроу.
– Навозом швыряться! – яростно вопил Кроу – Я вам покажу удобрения!
– Мужик! Это полезно для кожи!
– Н-на!
Со звоном упали сломанные молотом копье и меч. Висящего на шее арбалетчика игрок содрал за ногу, взмахнул как тряпкой, вдарил о крышу и швырнул прочь. Тот с визгом послушно улетел и наткнулся на флюгер. На нем и затих ненадолго – прежде чем осыпаться посмертным прахом. Флюгер оказался серебряным.
– Р-ра! – взревел Кроу – Р-ра!
– Держи-и-ись! – вопили из сарайчика – Он один! А нас целое кладбище! Давай, братва! Упирайся пятками! Тычь его! Тычь!
– Стрелки! Напичкайте его! Метатели! Измажьте его! Больше грязи на гномью харю!