Руслан Михайлов – Кроу 4 (страница 33)

Объединив все силы, призвав в подмогу могучих магов, может и удалось бы совладать с осерчавшей горой, удалось бы отклонить убийственный поток в сторону от храма. Так поступить и собирались. И подмогу вызвали. Помочь согласились все – ведь храм приносил столько добра. Какой светлый останется глух к его зову?

Но они не успели. Как назло, горы накрыла непогода. Страшная непогода. Снежный воющий ураган какого еще не бывало. С завыванием злобного зверя ураган кружился над горами два дня. Завязла в снегу подмога, невозможной стала телепортационная магия, никто не сумел пробиться до погибающего храма.

Никто кроме горстки отважных храбрецов в белых с зеленым балахонах. Со знаками плакучей ивы на груди. Эти храбрецы совершили невозможное – противостояли урагану и грязевой неотвратимой лавине так долго, чтобы суметь подготовить к телепортации всех, кто прятался в храме и, само собой, главную его драгоценность – Белоснежье Борисола. Они едва успели. Стоило им исчезнуть в спасительной вспышке телепортации как на уже затопленную грязью территорию храма ворвался огромный вал, что снес несколько построек и погреб под собой храм.

Так святыня оказалась уничтожена.

Так храм перестал существовать.

Опустели горные тропы ведущие к храму.

Опустели улочки деревни.

Запустение пришло в сей край…

Но и по сей день жители деревни с большим одобрением отзываются о безумной храбрости и самоотверженности жрецов и воинов богини Ивавы, пробившихся сквозь ураган, поднявшихся по обледенелым склонам на гору, сдерживавших натиск грязевой лавины и снежной пурги до тех пор, пока не спасли всех до единого…

Не забыл старейшина упомянуть, что вот уж который месяц собирается сюда прибыть знаменитый мастер-гном с помощниками – собираются они высечь памятный барельеф в этих местах. Барельеф что будет скорбеть по храму и славить героев посланцев доброй богини Ивавы.

Будь Миф и Аму внимательней, они бы мгновенно заметили как резко помрачнели их друзья гном Кроу и рыжая эльфийка Лори при одном лишь упоминании о богине Иваве и ее славных жрецах. Хотя «помрачнели» – это не то слово. Кроу с огромным трудом сумел сохранить хотя бы подобие спокойного выражения лица, эльфийке же пришлось спрятать голову за его спиной. И подержать ее там некоторое время.

Закончив рассказ, старейшина Бойсо удовлетворенно выпрямился, плеснул себе чаю, блеснув глазами, предложил выпить немного вина. У старейшины было прекрасное настроение. Впервые за долгое время деревня оживилась, по ее улицам пробежало дуновение живительно ветерка. Воистину некое величайшее божество послало в их мир бессмертных чужеземцев…

Справившись с эмоциями, Кроу успокаивающе положил руку на плечо Крохи и подался вперед, вперил взор в лицо старейшины. Мало, слишком мало информации они получили за свои усилия. Для того чтобы узнать о случившемся любому из них было бы достаточно выполнить пару квестов одного из здешних жителей. И тот бы поведал о трагедии в красках – ведь это не секрет, не тайна. Это случилось у всех на глазах и не по их вине. Гибель храма видели и другие.

К тому же многомудрый и проницательный гном заметил как старейшина привставал пару раз, порывался что-то сказать, но затем снова смыкал уста и, после краткой паузы, вел беседу дальше, явно чего-то недоговорив.

Подавшись вперед, Кроу подлил старейшине Бойсо чаю в подставленную чашку, заглянул ему в глаза и проникновенным голосом спросил:

– Что еще вы хотели сказать, добрый старейшина Бойсо? Вы что-то слышали…

Помедлив, гном добавил:

– Что-то видели?

И старейшина едва заметно вздрогнул. Кроу удовлетворенно кивнул. Угодил в точку. Подавшись еще ближе, он попросил:

– Расскажите. По-дружески.

– Да мелочь это… – едва не расплескав чай, отмахнулся глава деревни.

– И все же…

– Что ж… рассказывать особо и нечего, если честно. В тот вечер, когда первые языки грязи начали внезапно ползти вниз по склону…

Рассказ старейшины оказался коротким.

И все его слова сводились к двум ярким летающим огонькам.

А если точнее – вечером, когда над храмом и над деревенскими террасами взлетели и устремились к звездному небу сотни золотистых огоньков, сидящий среди гостей старейшина, подсчитывая дневную выручку, случайно взглянул вверх. Как всегда увидел растянувшиеся огни уже подхваченные никогда не стихающими на высоте холодными ветрами и готовящимися войти в дождевые облака. Хотел уж опустить взор к деньгам – а на них смотреть никогда не надоедает – но вдруг заметил, что один из огоньков почему-то не летит по ветру вместе с остальным. Наоборот – он двигается против ветре, быстро приближаясь к храму. Оказавшись над храмом, огонек завис и, вроде бы, стал ярче и крупнее, да и цветом оказался ближе к красному, а не золотому. Повисев немало времени – старейшина неотступно наблюдал, позабыв про деньги – огонек пошел по все расширяющемуся кругу, пока не затерялся среди звезд.

Может то птица была. А еще создание какое диковинное было приманено музыкой и золотыми огнями. Случается. Старейшина, убрал мешок с деньгами и вместе со сторожами по своей давней традиции обойдя всю деревню, улегся уж спать на глиняном дворовом возвышении под старым деревом что почти засохло, но пока еще неплохо защищало от дождя. Улегся, прикрылся меховым одеялом, сложил руки на груди и, почитав короткую молитву, задул огонек масляного светильника.

Смешно получилось. В плошке тусклый огонек потух. А в небе яркий огонек зажегся. И стремительно пролетев над храмом, остановился недалеко от горной вершины, скрылся там где-то и откуда пару раз показалась яркая синеватая вспышка, после чего вновь показавшийся огонек крутой дугой умчался прочь. Вскоре потерявший сон старейшина услышал далеко раздавшееся громыхание. Странное такое – гулкое, но с трескучими нотками. А на следующее утро они увидели медленно ползущие к храму грязевые волны…

Старейшина Бойсо никому не рассказывал о виденных ими огоньках. К чему? Да и не связаны они никак со случившимся – тут ведь случился природный катаклизм. Случается. Может и с их горой завтра что случится – тогда придется съезжать на другую какую-нибудь еще незанятую гору.

– Спасибо, старейшина Бойсо – гном благодарно склонил голову и, не дав тому ответить, пружинисто вскочил на ноги – К сожалению нам уже пора.

– Эх… и не погостили совсем – искренне опечалился староста.

– Возможно судьба вновь приведет нас сюда – улыбнулась Аму, вставая вслед за Лори. Миф поднялся последним, удивленно косясь на вдруг засобиравшихся куда-то друзей.

– Мы обязательно расскажем о вашей славной деревне всем встречным – пообещала амазонка – Добрым встречным, само собой. Тем, кто оценит здешнюю кухню, козлиное блеянье, звон бубенцов и неумолчный шум дождя.

– Будем верить – поклонился вставший старейшина Бойсо – От имени всей деревни желаю вам доброго пути, друзья! И знайте – в любое ненастье мы будем рады принять вас, обогреть и накормить. Удачи! Удачи вам!

Едва Кроу с Лори завершили ритуал прощания и вышли за околицу деревни, прикрываясь дареными зонтами, они тут же ускорили шаг, знаками показав друзьям следовать за ними. Те перешли на бег – Кроха и Цап вроде бы и не бежали, но передвигались по горному бездорожью с такой скоростью, что за ними было не поспеть.

– Идем вниз? – уточнила Аму.

– Вниз, а потом вверх по склону мимо храма и выше – пояснила Лори – Почти до самой вершины. Ты прикинул уже, Кроуччи?

– С террасы старейшина видел, как огонек внезапно исчез у вершины – отозвался гном – И видел вспышки. С такого расстояния я вижу только одно место, где это могло случиться. Поспешим.

– Поспешим – эхом отозвалась Лори.

Миф с Аму переглянулись, но вслух не сказали ничего, каким-то образом поняв, что сейчас лучше воздержаться от расспросов. Они уже неплохо изучили характеры своих более опытных друзей. И понимали – пока не лучшее время. Гном зол. А Лори… амазонка в настоящем бешенстве. Ее красивое лицо передергивает частая злая судорога, а руки не отлипают от рукоятей тяжелых кинжалов. Но в каком бы настроении не были Кроу с Лори, двигались они шустро. И поэтому мастер карт и бард приложили все усилия, чтобы позорно не отстать. А это трудно. А ведь пока они движутся вниз, а не вверх. Что же будет дальше?

– Это он – проворчал успокоившийся мокрый и грязный гном, стоя по шею в ворочающейся черной жиже изрыгаемой горой.

– Ага – согласилась прячущаяся под зонтом Лори, стоя на плечах гнома – Это точно он. ОН.

То, как она произнесла слово «ОН»… Эти скрипящие нотки в ее обычном смешливом голосе… По неизвестной причине стоящего рядом с гномом Мифа передернуло, отчего балансирующая на нем Аму едва не шлепнулась в грязь.

– ОН? – повторил Миф – Звучит так себе… а вот выглядит страшно…

– Поддерживаю – пискнула Аму – Кто он? И да – выглядит страшно.

– Дракон – произнес гном – Дракон…

– Дракон – эхом повторила Лори – Огненный дракон…

Завязшая в грязи четверка стояла на бревнах найденных ими по пути и вбитых между стен глубокой расщелины, сбегающей с горной вершины. Бревна утонули в грязи, но пока держались, позволяя приключенцам зависнуть над грязевым болотом, изливающимся из дыры в оплавленной стене. Именно оплавленной. А затем пробитой.

Огромное пятно оплавленной каменной породы овальной формы. Тут поработала чудовищная температура. А в центре пятна удивительной формы дыра, чьи очертания сначала показались Мифу похожими на обугленный клеверный четырехлистник. И только затем он понял, что это след огромной когтистой лапы, пробившей раскаленную стену.