Руслан Михайлов – Инфер-5 (страница 46)
Грузовик рыкнул и вильнул. Закашлявшийся водила замотал башкой от избытка эмоций и за него ответил сидящий рядом боец в армейской каске:
— Это тебе не хрен, а генерал Тугнарир, группировка Ночных Гадюк. В отставке. Теперь командующий Аркой и прилегающей территорией.
— Генера-а-ал — протянул я — Если генералы дороги ровняют… то кто у вас крыши чинит, а?
— Ты за языком следи — посоветовал мне откашлявшийся водила и опять мотнул башкой — Видишь?
— Вижу — ответил я, выворачивая шею и глядя на неуклюже бегущего Пиквика, старающегося поправить воротник виднеющейся над броником рубахи.
Администратор спешил к генералу в отставке. А как добежал — продемонстрировав уважение, ведь мог бы и лихо тормознуть внедорожник рядом, заставив дедушку покашлять матерно — склонил голову пониже и тихо заговорил. Передатчик генерала был уже вырублен и суть разговора мы не услышали, но тут и так все понятно. По чуток подобострастной позе Пиквика все видно отчетливо. Считай младший дает доклад уважаемому старшему, заодно спрашивая ценного совета.
Повысив голос, Ссака пискляво выдала:
— Идем мы старче мутантов бить в Херу Каменному. Благослови на битву у яйца левого! И будут ли советы мудрые на тот счет? Будут, сынок! Не бей по яйцу правому! Не бей по яйцу левому! А херачь по хрену каменному!
— Уймитесь! — прошипел водитель, а враз ставшая слюнявой пасть и выпученные глаза дали понять о всей силе его душевного потрясения — Это герой Тугнарир! А ты…
— А я? — с огромным интересом поинтересовался я.
— А ты хер знает кто! Отличился разве тем, что прикончил банду безного Стагга! Да и то, наверное, ты не один был…
— Не один — согласился я — Мне зуб помогал…
— Какой еще сука зуб?
— Выбитый.
— Что?
— Че?
— Вы все это… вот ты… ты конкретно…
— Я. Конкретно — кивнул я.
— Он — подтвердила Ссака и глянула на соседа водителя — А чего ты, жирный ушлепок в мягком кресле едешь, а я башкой о кабину стучусь? Ты что сука не джентльмен мать твою?
— Я… — изумленно сглотнул ушлепок и покосился на сидящих сзади парней — Она… да какого хера происходит, ребят? Эти чужаки не просто сопровождение что ли?
— Да заткнись ты! — опять зашипел водила — Ведешь себя как баба!
— Ты что-то против баб имеешь, хреносос? — удивилась Ссака, в то время как ее нож уже коснулся острием шеи ушлепка — От тебя щас недобро пахнуло сексизмом и мочой, гоблин. Я тебе глотку вскрою!
— И водила из тебя дерьмо — заметил Рокс через всю кабину, стоя на противоположной подножке — Вали нахер из-за баранки.
— Гранадиллу тебе в жопу! — поддержал его вставший рядом Хорхе — Пшел нахер!
А ведь гоблин тропический звучит вполне убедительно. И глаза побелели натурально… ноздри раздуты, набычен, ствол дробовика со скрежетом вполз внутрь кабины.
Резко оторвав руки от баранки, водила чуть ли не заголосил:
— Меня посадил сюда сучий Пиквик! А я просто технарь!
— Вот и крути болты на своем месте — проворчал Рокс, приоткрывая дверцу — Командир… ты тоже?
— Не — отозвался я, вытягивая не сопротивляющегося водилу на подножку к себе, в то время как его место уже занял старый механик — Вы с Хорхе внутри. Мы висим снаружи. Помни — если что не тяните.
— Ага…
Смерив взглядом сидящих в кабине притихших незнакомых парней, что не выглядели настоящими вояками даже с большой натяжкой, я тихо предупредил:
— Не вздумайте геройствовать, гоблины.
Ответом было молчание — и меня такой ответ устроил. Быстро освоившись, Рокс чуть сильнее придавил педаль и взревевший грузовик ускорился вдвое, наплевав на выданные перед отбытием указания Пиквика. Город кончился. И сторожевые башни позади. Мы в полевой обстановке и администраторы здесь командовать не будут…
— Так кто такой герой Тугнарир?
— Не швыряй меня жопой о камни — вежливо попросил гоблин — Жалко жопу…
— Полезешь на кунг.
— Спасибо. Герой Тугнарир… он начинал с самых низов. Даже ниже — он был помощником кашевара при полевой кухне одного из отрядов Гадюк. И вот генерал…
— В отставке.
— Все стареют.
— Он не стар — возразил я — Почему из боевого героя сделали привратника?
— Ты что?! Опека входных башен — честь! Ответственность!
— Ну да… так почему?
— Не знаю я! Говорю же — повоевал с честью и спокойно вышел в отставку! Его все чтят! Живая легенда! Он сотворил такое, что тебе и не снилось, чужак! Не кидай меня жопой на гравий…
— Вали на кунг — буркнул я и чуть повернулся, глядя на гневно гудящий внедорожник, что спешно догонял нас, поднимая облако пыли.
— Какой торопливый — Рокс недобро глянул в треснутое зеркало заднего вида и чуть двинул руками. Дымящий грузовик тяжело качнулся в сторону, резко сужая пространство между ним и высоким каменным отвалом. Внедорожник поспешно тормознул и видно, что не слишком опытный водитель излишне резко вдавил тормоз. Кто-то боданул лобешником торпеду…
— А машина мне нравится — удивленно хмыкнул старый механик, погладив руль — МГТ, значит? Модифицированный газогенераторный термит? А ну еще разок…
Грузовик подошел еще ближе к отвалу, заставив внедорожник опять отстать. Идущая навстречу упряжка из двух стальных лошадей, тащащих повозку полную целым кирпичом, неподвижно замерла, в то время как сидящий на кирпичах гоблин-возчик в испуге подпрыгнул и закрыл голову руками, будто это могло защитить от удара многотонной махины. Мы прошли впритирку к упряжке, а в кабине запоздало защелкал передатчик. Я вытянул руку и получил тяжелую старинную коробку из черного дырчатого пластика с витым тяжелым шнуром. Стоило щелкнуть металлическим тумблером сбоку и из динамика послышался дрожащий злой голос так и не повзрослевшего умного мальчишки-заучки, что всю жизнь скрывал свою истеричную натуру за завесой ладно сшитых слов, демонстративной сдержанностью и фальшивой вежливостью:
— Оди!
— Подъезжай — буркнул я и захлопнул приоткрытое забрало шлема, когда грохочущий раскачивающийся термит вошел в зону с «каменным снегом» — мелкой-мелкой пылью, почти пудрой, что с готовностью взметнулась и укутала нас удушающим сухим туманом. При этом колеса с плеском шли по глубоким лужам, пеня почернелую затхлую воду. В нос ударили смешанные запахи сухого камня, дыма и гниения.
Догнавший нас внедорожник опасливо пристроился так близко от подножки, будто Пиквик не доверял возможностям радиосвязи. Он частично высунулся в окно, поднес к губам передатчик, но я его опередил:
— Если еще раз вздумаешь указывать мне, упырок…
Этого хватило, чтобы Пиквик завис, так и не сказав ни слова. А я продолжил:
— Ты помнишь наш сраный уговор, гоблин? Он был прост — с тебя минимум двойная квота и больше ничего. А с меня спасение угодивших в гнойный хер ваших риториков. Все просто! Даже для дебилов просто! Но для тебя я повторю, администратор Пиквик — ты выдаешь мне двойную квоту и не мешаешься у меня под ногами. А я решаю ту небольшую проблему с гнойным хером…
— Каменным Коротышом…
— Срать я хотел на вашу топологию — буркнул я — Можешь валить обратно в город. Вместе со всей кодлой. Оставьте грузовик — и валите.
Во время этой краткой беседы я понимал, что наш радиобмен прослушивается многими — другими группировками, просто любопытными гоблинами, что обладали передатчиками. А если канал и был закрыт для большинства — но точно не для того военного старикашки — то все равно среди собранной Пиквиком команды ушлепков найдется хоть один, кто постарается незамедлительно передать кому надо всю суть только что закончившегося разговора. Это мне и требовалось.
Громкое и чрезмерно самоуверенное заявление от наглого чужака… — его я только что и сделал.
На этом болтовню можно заканчивать — теперь все будет зависеть только от исхода этой вот вылазки.
Если мы сдохнем в процессе спасательной операции — ну… мы сдохнем и мне будет посрать на насмешливый хохот дублинцев вместо эпитафии.
Если же выживем и преуспеем — администратору Пиквику не удастся примазаться к этому делу и оттянуть на себя пахучие влажные лавры.
Все восторженно-завистливое дерьмо достанется чужакам Дублина-5 — к великому разочарованию Пиквика, что явно был дерьмовым солдатом, но неплохим политиком, заранее просчитав все возможные выгоды от спасения осажденных Риториков при его непосредственном участии. Ведь он громко объявил себя командиром, заранее приписав весь еще несостоявшийся успех лично себе. Только поэтому он и рисковал своей любимой жопой, вытащив ее за пределы безопасного города. И вот теперь я обломал ему всю игру, громогласно заявив, что он мне нахрен не сдался…
И ведь не вернуться теперь, да, гоблин?
Глядя на перекошенную харю администратора Пиквика, что потерял весь свой лоск и напускную невозмутимость, я насмешливо ухмыльнулся и забросил передатчик обратно в кабину, давая понять, что разговор окончен. У него остался лишь один шанс выступить в роли усталого победителя — если он и спасенные вернутся в город без кучки наглых чужаков.
Кто-то когда-то сказал, что историю пишут победители. Не… это не так. Историю пишут выжившие, изменяя ее под себя как им хочется.
Пиквик махнул рукой. Отвернул харю, цепляя на переносицу солнцезащитные очки. Внедорожник ускорился и вскоре пошел впереди, накрывая нас не слишком густым хвостом белесой пыли. Расчищенное пространство позволяло и у водителя хватило мозгов отойти чуть в сторону, чтобы не застилать нам видимость. Поплотнее прихлопнув забрало, я прижался боком к теплой броне кабины и замер на трясущейся подножке, контролируя свой участок стиснувших нас руин.