Руслан Михайлов – Инфер-2 (страница 32)
- Ну да… охеренно ей повезло… мечты сбываются! Ищи дорогу, гоблин.
- Да, коменданте! Бегу! – очнулся проводник и припустил вперед, спеша встретиться с разведчиками.
Глянув еще раз в наполненный водой колодец, отныне украшенный дохлой бабкой, я вернулся к внедорожнику. Дерьмо… Минус проводник. Неплохое начало вылазки… Сколько километров мы преодолели? Всего ничего? Впрочем… бабка умирала от какой-то крайне скверной болячки, что разъедала ее легкие изнутри. И либо она почувствовала, что наступили последние для нее часы на этом свете, либо ей попросту надоели эти мучения. Теперь зараза из ее пробитой сучьями груди сочится в зеленую воду священного колодца.
Усевшись рядом с экзом, провел по холодному металлу ладонью, глянул на машущих мачете рубщиков и невольно перевел взгляд в другую сторону – туда, где над всем окрестным миром насмешливо царил другой мир – гора Олимп.
Вот там я «родился». Гоблинская Окраина. Стальные темные коридоры. Там я жил без настоящего солнца, без травы, без этих просторов, от которых захватит дух у любого, там не было гремящих величественных водопадов, гигантских деревьев, вкусных ягод… Ничего этого не было. Тот, кто смел или предприимчив, всегда мог получить пару кусков сочной жареной плуксятины на обед, а к ней пластиковый кувшин загадочного компота и столько же неплохого самогона. Вот и все радости жизни. Но при этом, даже без всех сраных разносолов, тамошняя злобная система, что запросто заберет у тебя руку или ногу за неуплату, всегда починит тебя, исцелит любую болячку. Надо – заменит сбоящий орган. Даже хер другой пришьет – и может даже на пару размеров больше.
К чему это я тут мыслью по дерьму растекаюсь?
Да к тому, что нам сука срочно надо оживлять медблоки. Иначе мы все рискуем сдохнуть как та бабка. Если мы подцепим любую здешнюю тропическую гнойную болячку… хрен ее потом самостоятельно вытравишь из организма. И в этом случае не помогут тяжелые звенящие мешки песо. Деньги играют хоть какую роль там, где есть больницы и доктора, медблоки и автоматические хирурги-штопальщики. А здесь деньги не помогут. Здесь деньги не спасут.
Сверившись с картой, я недовольно поморщился, но пока сдержал гоблинский порыв и не стал никого подгонять пинками и тычками. Судя по всему, до одинокого мелкого ручья осталось всего ничего, а там двинемся чуть бодрее.
Приткнувшись спиной к экзу, я снова задремал, зная, что Каппа проследит за порядком, окрестностями и гоблинами.
Следующие шесть часов я спал, временами просыпаясь и снова погружаясь в темный и душный сон без видений. Проснувшись в очередной раз от того, что мы остановились. Не замерли на минуту в ожидании пока рубщики проложат тяжелой машине путь, а именно остановились. Выбравшись, убедился, что мы тут задержимся – суровый мечник правильно оценил состояние гоблинов и объявил привал. Машину остановили в правильном месте – на краю узкого «провала» в джунглях, образованного падением умершего дерева. Скоро джунгли затянут дыру в лиственном небе нитями лиан и ветвей, но пока ничто не мешало жаркому солнцу выпаривать влагу из земли. Хорхе торопливо разворачивал солнечные панели, рядом с монструозным стволом упавшего дерева примостились гоблины, успевшие развести костерок.
- Лид…
- Неплохо – признал я успехи мечника – Отдыхай.
- Да, лид.
- Хорхе! Пожри и брось жопу на землю. Поспи.
- Да, сеньор!
- Ты как? – повернулся я к беловолосой наемнице, скрывшей свои кудри по шлемом с поднятым забралом.
По ее лицу стекал пот, но не похоже было, что ее это как-то беспокоило. Видно, что стаскивать с себя экипировку она не собиралась, предпочитая потеть и делать мелкие глотки из бутылки с водой.
- Тело слушается плохо – буднично ответила она. Чуть подумала и ткнула себя пальцем в левое плечо – Сустав ноет. А я раньше всегда гордилась, что это плечо у меня самое здоровое…
Я зевнул и потянулся:
- Ты жертва экспериментов. Высоколобые умники годами тыкали в тебя своими щупами и вялыми членами, а затем стирали память. И так по кругу.
- Думаешь и членами тыкали?
- А хер его знает – признался я – Почему нет? Думаешь профессор наук не имеет члена и желания пристроить его в теплую влажную норку? Хотя… вряд ли – добавил я, чуть подумав – Тобой занимался Атолл. И если я правильно помню хоть что-то, то там за всем и вся велось круглосуточное пристальное наблюдение, а те из ученых, кто работал на корпорацию были настоящими фанатиками. Вживить тебя целиком в жопу плукса – могли. Вскрыть тебя от подбородка до жопы и разложить всю продолжающую работать требуху на сверкающих подносах, а затем часами любоваться – могли. А вот просто разложить тебя на служебном диване и как следует трахнуть – это им неинтересно. Тут ведь нет новизны, тут нет шанса открыть что-то новое.
- Я девушка необычная…
- Санитары или помощники может и соблазнились бы твоей голой бессознательной жопой, но побоялись бы того, что последует позже.
- Бурного оргазма и липких пятен на трусах?
- Того, что по их души придет кто-то вроде меня и сделает так, чтобы им больше никогда не хотелось секса ни с кем кроме себя.
- Ты меня успокоил, лид. Хотя так и представила, как голая баба лежит на столе и орет «да трахни ты меня уже!», а умник в белом халате продолжает натачивать скальпель… Или скальпели вручную не точат?
- Забудь уже о своем долгом отпуске, боец. Покайфовала пару столетий – и хватит. Поняла?
- Да. Постараюсь. Не люблю терять контроль над ситуацией. Поэтому злюсь. Я потеряла контроль. И потеряла надолго. Плевать на вялые члены санитаров. Бесит, что я не помню того, что со мной делали.
- Зато ты пережила всех своих ровесников – зевнул я – Пережила эпоху Заката. На самом деле, Ссака… ты ведь всем довольна сейчас, верно?
- С чего ты так решил, лид?
- Потому что ты вернулась на здоровую чистенькую планету. Вокруг тебя бескрайние джунгли. Полно живности. Есть кого убить. На кого поохотиться. С твоими навыками и опытом ты вполне вписываешься в новые реалии. И будешь востребована в любом охранном отряде в любом их селений вокруг нас.
- Хочешь избавиться от меня?
- Не – покачал я головой – Хочу сказать, что возникни у тебя желание влиться в обычную мирную жизнь – ты легко можешь это сделать. Давай. Разворачивайся и топай по нашему следу обратно на ВестПик. Там расспросишь местных, они укажут тебе дорогу в одно из мирных охраняемых поселений. Как дойдешь до одного из них – легализируешься. Вряд ли система будет настроена против тебя – ты всего лишь жертва обстоятельств. Так что тебя примут, выдадут нулевой новый статус – и вперед. Работай, мирно живи, трахайся, сиди вечерами под затянутыми сетками навесами, пей мескаль, воркуй с любовником. М? Как тебе на вкус такой вариант?
- Прокисшее дерьмо с ванилью. Я останусь с тобой.
- Ага – кивнул я – В этом все дело. Ты на своем месте и тебе все в кайф. И вспоминаешь ты о промерзлом прошлом по какой-то другой причине. Плевать тебе на скальпели и члены научников. Что гложет твою жопу, Ссака?
- Холодильники.
- Ну?
- Я расспросила Каппу пока ты спал. Вспомнила кое-что сама?
- И?
- Говорю же – холодильники.
- И что с ними?
- Там должно быть еще немало людей. Живых людей.
- Взыграло милосердие? Дави его.
- Кого из тех, кто продолжает спать в холодильниках ВестПик я знаю. Почти уверена в этом. Доказательств нет – просто ощущения.
- И что ты хочешь от меня?
- Заглянем снова в лабораторный комплекс, лид?
Секунду подумав, я кивнул:
- Позже – возможно. Лишние бойцы не помешают. Если там найдется кто-то вроде тебя.
- Спасибо, лид. Шуметь можно?
Глянув на дробовик под ее рукой, я покачал головой:
- Стрельбы пока отменяем.
- Жаль – скривилась Ссака – Но звучит разумно. Я поняла, командир. Спасибо за уделенное время.
- Отдыхай, боец – кивнул я.
Приметив подходящий куст, что явно требовал полива, шагнул к нему, тянясь к ширинке и… метнулся обратно к машине.
В один прыжок оказавшись рядом, вцепился в крышу, замер…
Странный и беззвучный толчок повторился. Земля под ногами будто вздохнула. Затем пришел долгий скрежещущий хруст…
Что за дерьмо?
Похоже на удар о землю опоры тяжелого шагохода.
- Лид?! Не могу понять…
- Жопу в экз! – рявкнул я, рывком открывая дверь машины.
- Сеньор! – этот крик издал бегущий ко мне Гонсалес – Сеньор! Это провал! Провал! Надо уходить!
- Провал? – рыкнул я, озираясь – Хорхе! Живей!
Успевший сложить и убрать солнечные панели Хорхе ящерицей впихнулся за руль и замер в ожидании. А я все никак не мог понять…
- Какой сука провал?