Руслан Михайлов – Без пощады 3 (страница 9)
- НЕ НАДО! – проорал тот, ощущая дурноту и мечтая отключиться или хотя бы закрыть глаза, но они ему больше не повиновались. Нечто внутри него заставляло его не отрывать взгляда от глаз наклонившегося старшего дознавателя Инори Такаши, в чьих глазах бесновались десятки длинных белесых червей.
Черви…
Черви!
- А-а-а-а… - по подбородку Лурье побежала струйка слюны – А-а-а…
Черви жили в подрагивающих глазных яблоках дознавателя. Они кишмя там кишели! Зрачки и радужка едва виднелись за телами шустрых тоненьких червей, уютно устроившихся внутри глаз. По щеке Такаши потекла кровавая слеза, оставляя за собой красную дорожку.
Выпрямившись, он вытер лицо, сложил платок и неспешно водрузил очки обратно на переносицу – к огромной радости ментально агонизирующего Лурье.
- Черви сводят с ума. Приводят к самоубийству. Я выжил лишь благодаря древним ментальным практикам, переходящим в нашему роду из поколения в поколения. Эти практики зародились еще на нашей прародительнице планете Земля и спустя тысячелетия спасли мою жизнь… и мой рассудок. Позднее, в изолированной орбитальной лаборатории, поселившихся в моих глазах паразитов удалось частично обуздать, но не уничтожить. Оказалось, что они добрались не только до глаз, но и до моего мозга, уютно обустроившись в нем и частично слившись с ним в единое целое. Тогда же, борясь с рвущим меня на части животным ужасом, я сумел… договориться с ними, хотя они, конечно, не обладают разумом. И тогда же я обнаружил их невероятно полезные свойства. Сегодня вы испытаете эти свойства на себе, мистер Лурье. Я закапаю вам в глаза по несколько капель моей внутриглазной жидкости, пораженной токсичными отходами паразитов. Эта жидкость вызывает…
- НЕТ! НЕТ! Я и так все расскажу! Клянусь жизнью! Я все расскажу-у-у-у! НЕ НАДО!
- Тихо!
И снова крик Лурье оборвался, а старший дознаватель продолжил:
- Если меня удовлетворят ваши ответы, мистер Лурье… то на этом наше общение закончится, а вас отправят в одиночное заключение до тех пор, пока вы не понадобитесь снова.
- Я пригожусь! Я расскажу!
- Но если мне почудится, что вы скрываете хоть что-то… если мне покажется, что вы просто отвечаете, вместо того чтобы идти навстречу и добровольно раскрывать как можно больше всех мельчайших подробностей…
- Я раскрою!
- Тогда я подсажу в ваши глаза всего по одному паразиту, мистер Лурье – дознаватель снова снял очки и взглянул на заключенного своими страшными глазами, наводненными кишащими и жадно рвущимися наружу белесыми тонкими червями-паразитами – Вы ощутите то, что ощущаю я.
- Господи… я… - по его ногам потекла вонючая желтая жидкость, но он этого даже не заметил, продолжая молить бесстрастного жуткого дознавателя – Я и так расскажу все! Я расскажу!
- В вашем организме черви умрут – добавил Такаши – Им сумели частично изменить генетическую структуру и теперь не только я до конца жизни заключен с ними, но и они со мной. Моя голова – их тюрьма. Так что в ваших глазах они проживут недолго, мистер Лурье. Но до своей смерти они успеют сотворить с вашей психикой многое… сначала вы расскажете то, что хотели утаить, а затем превратитесь в живущего в вечном ужасе слюнявого идиота…
- Прошу вас… спрашивайте уже! Спрашивайте! Я буду отвечать! – проскулил некогда властный и крутой Ник Лурье, капитан Жирного Клоуна – Спрашивайте же!
- Хорошо…
- Но очки… наденьте очки… пожалуйста…
- Хорошо – повторил дознаватель Инори Такаши, утирая очередную кровавую слезу – Хорошо…
13.
Глава 3
13.
Заложив руки за спину, вернувший себе обычную холодную невозмутимость, старший дознаватель Такаши внимательно наблюдал за абсолютно рутинными для его подразделения и столь же абсолютно незаконными процедурами, происходящими за прозрачным стеклом медицинского блока. Он мог бы наблюдать за тем же самым с помощью любого из экранов в любом другом более удобном и теплом месте, но Такаши всегда предпочитал максимально близкое присутствие и полную вовлеченность в важные процессы. Так ему лучше думалось и так сильнее ощущался скачущий пульс дела. А здесь пульс действительно скакал с той же силой и непредсказуемостью как у реанимируемого любой ценой безнадежного пациента…
Прямо сейчас этот фантомный и существующий лишь в голове дознавателя пульс стучал с бешеной скоростью, призывая действовать незамедлительно. Но дознаватель сознательно медлил, наблюдая, как бесстрастные манипуляторы меддока разбирают застывшего в коме Ника Лурье на куски, отнимая у него почти все. Когда последняя изъятая «запчасть» улеглась в свой бокс, выпотрошенный и заново набитый имплантами торс с выбритой налысо головой в защитном шлеме, погрузили в специализированный контейнер и он начал заполняться особым крайне тягучим раствором. Не дожидаясь полного заполнения, прозрачная крышка закрылась, а через пару секунд на ней появились сначала красные, затем сменившись желтыми и наконец перекрасившись в зеленый ряды успокаивающих огоньков. На самом деле дознавателя интересовал цвет лишь двух первых индикаторов – показывающих состояние головного мозга Ника Лурье. Все было хорошо, насколько показывали многочисленные датчики в черепе. Драгоценная и даже уникальная посылка запакована и готова к отправке…
- Отправить немедленно – приказал старший дознаватель и покинул помещение, спеша в командный центр.
Через полчаса из открытого шлюза выскочил большой федеральный зонд, за считанные секунды проскочив открытое космическое пространство между городом и висящим над ним федеральным крейсером, скрывшись за створками быстро закрывшегося люка. Невозмутимая громада вооруженного металла после этого не шевельнулась, продолжая давить ментальной кувалдой на разумы многих особых обитателей Астероид-Сити и наводя нервную зевоту на дежурный персонал диспетчерской. Но несмотря на нервоз, они все же не могли не заметить выползшего из открывшего в броне крейсера носа небольшого катера с характерными обводами. Вспышка… и сверхскоростной курьер отбыл, яркой искрой понесшись через систему по направлению к внутренней границе этого сектора. С каждым мигом его скорость нарастала. Через пару минут от него отстыковался отработавший свое бустер, на остатках топлива начавший путь назад к крейсеру, а несущийся курьер стремительно уходил из системы, унося на борту неизвестный, но явно очень важный груз.
Осторожно и даже смущенно кашлянув, старший из диспетчеров покосился влево. Там, за небольшим откидным столиком, открыв пластиковый контейнер с салатной нарезкой, сидела коротко стриженная девушка в идеально сидящей черной с серебром униформе дознавателей. Девушка с большим аппетитом насыщалась, не замечая пятнышко салатной заправке в уголке рта. Диспетчер повторил свой робкий кашель. Девушка вопросительно приподняла бровь.
- Мы обязаны доложить – тихо произнес диспетчер.
Девушка искренне удивилась:
- Разве? – пластиковая вилка с хрустом вонзилась в салатные листья.
- Обязаны – подтвердил диспетчер – О любой активности в системе… штатный протокол.
- Тогда докладывайте, конечно – улыбнулась девушка и, вытерев пятнышко с уголка рта, облизала палец – Докладывайте…
- Да… мэм… - снова кашлянула диспетчер и подтянул к себе старомодный микрофон – Спасибо, мэм…
Она молча улыбнулась и вернулась к салату, одновременно что-то читая на прислоненном к резервной консоли управления планшете. Вызывая дежурного в службе безопасности, диспетчер опустил голову пониже, скрывая предательски побагровевшие щеки и лоб и стиснув поплотнее ляжки, чтобы скрыть еще и происходящее в его внезапно пробудившихся чреслах. Проклятье… в последнее время уже и таблетки не помогали, а тут без всякой химии и так сильно… так мощно… прямо как в далекой молодости…
Через полчаса из ангаров крейсера буднично вышли еще два катера схожей модели и рванули в том же направлении. Электроника диспетчерской не сумели опознать модели катеров – как и предыдущую – да и не имела на это право, учитывая принадлежность кораблей.
Старшему диспетчеру снова пришлось вступать в разговор с молчаливой девушкой в черно-серебряной форме и во время короткой беседы он старательно думал о плывущем в космосе обжигающе холодном ледяном астероиде… но это не помогло. Боль в слишком тугих штанах только усилилась… Еще секунда… диспетчер вздрогнул, задрожал, вцепившись в микрофон и… затих, часто дыша и не осмеливаясь поднять лица. Боль в штанах медленно исчезала…
14.
Глава службы Безопасности был в приподнятом настроении впервые за очень долгое время. Усевшись в высокое кожаное кресло с полированными деревянными подлокотниками, он неспешно затянулся дорогой сигарой, лениво поигрывая зажатым в пальцах другой руки бокалом с отменным коньяком.
- Хорошо – выдохнул он, чуть затуманенным взором глядя в панорамное окно, открывающее вид на небольшой живой парк, стилизованный под дикий лес – Дела, похоже, налаживаются…
Парк находился там, где и положено ему было быть – аккурат под окном личного кабинета Томаса Виккерсона, губернатора корпорационного города Астероид-Сити. Вот только сейчас в его кресле с удобством расположился Виттори Сальвати, бесцеремонно закурив чужую сигару и налив себе чужого коньяка. Но находящийся здесь же губернатор прекрасно понимал расклад, равно как и то, кто настоящий хозяин купольного города. Поэтому он, что не выглядеть совсем уж ничтожеством, тоже налил себе двойную порцию алкоголя, закурил сигарету с золотым фильтром и уселся в гостевой зоне, почти утонув в мягких подушках широкого дивана. Для рабочих встреч неудобен, но если вспомнить что он тут творил с многочисленными стажерками…