Руслан Мельников – Дикий Феникс (страница 10)
– Уверяю тебя, все уляжется не скоро, – перебила она его.
Было в ее голосе что-то такое, что заставило Дмитрия поверить девушке на слово.
* * *
Кристина обошла машину. Взялась за торчавшие из джипа ноги мертвеца.
– Ну-ка, Димочка, помоги мне это вытащить.
– Зачем? – Дмитрий с брезгливостью покосился на труп. Прикасаться к «этому» не хотелось. В ранах еще что-то пенилось и тихонько шипело. Где-то там, внутри, под вздувшейся кожей шли какие-то непонятные процессы. И воняло чем дальше, тем сильнее. – Зачем «это» вытаскивать?
– Просто помоги и все, – раздраженно отозвалась девушка.
Она дернула тело за ноги. Труп зацепился за бронированный выступ. Застрял.
Дмитрий, опершись на здоровую ногу и стараясь не смотреть на то, что осталось от лица сдохшего зомби, попытался приподнять мертвеца за плечи. Но, ощутив под пальцами вместо твердой плоти что-то мягкое, податливое, хлипкое, расплывающееся и омерзительное на ощупь, непроизвольно убрал руки.
Кристина дернула тело еще раз – сильнее.
Раздался влажный хруст и тошнотворный чавкающий звук. Мертвец переломился в поясе. Нижняя половина оторвалась от верхней. Из машины Кристина вытянула лишь ноги и тазовую часть. Все, что было выше пупка, осталось в джипе. Из разорванного живота хлынула белая пена с какими-то темными сгустками и вывалилась связка кишок, уже почти превратившихся в желе.
Вонь стала просто невыносимой.
Кристина выругалась так, как не пристало ругаться даже девушке с пистолетом-пулеметом.
Дмитрий едва успел отшатнуться к другой дверце и склониться над подножкой. Его вырвало.
Странно, но после этого немного полегчало.
Когда Дмитрий снова повернулся к трупу, вернее, к той его половине, что еще лежала в салоне, Кристина аккуратно, стараясь не испачкаться, зачем-то влезала на заднее сиденье.
– Такую машину загадила, – попенял Дмитрий. – Не жалко?
– Забудь о машине. – Девушка на него даже не взглянула. – Считай, что ее у нас больше нет.
Ну да, конечно. Бронированная тачка ведь уже «засвечена», как выразилась Кристина.
Придерживаясь за спинку переднего сиденья, девушка склонилась над верхней половиной трупа. С гримасой отвращения протянула руку.
Ищет что-то? Оружие? Паспорт или удостоверение личности?
Да, в машине обшаривать покойников было не очень удобно. Но не вытаскивать же ради этого расползающиеся и разлагающиеся буквально на глазах останки?
Впрочем, как вскоре выяснилось, ни документы, ни стволы Кристину не интересовали. Девушка расстегнула рубашку на груди мертвеца и, отодвинув ворот, обнажила его левую ключицу – одно из немногих мест, не затронутых пулями.
– Ты чего делаешь? – нахмурился Дмитрий.
В голову полезли совсем уж нехорошие мысли.
На этот раз ему не ответили. Из кармана своей черной мешковатой куртки Кристина вытащила маленький – с авторучку – фонарик. Луч синего, с явственным фиолетовым оттенком (ультрафиолет, что ли?) света скользнул по ключице.
На бледной коже, вернее, даже не на, а, как показалось Дмитрию? – под ней, проступил отчетливый рисунок. Серп с короткой рукоятью и вогнутым месяцевидным лезвием.
Что это? Скрытая татуировка? Клеймо?
Дмитрий вопросительно глянул на Кристину.
– «Серпы», – пробормотала она. – Я так и знала.
– Что ты знала? – спросил Дмитрий.
– Нужно уходить. «Серпы» – шустрые ребята.
– Кто такие «серпы»?
– Потом, – отмахнулась она.
Дмитрий настаивать не стал.
– Сам из машины вылезешь? – спросила Кристина.
– Наверное, – ответил Дмитрий.
Боли в ноге не чувствовалось.
– Тогда вылезай.
– А ты?
Она его словно не слышала. Спрятав фонарик, девушка извлекла из аптечки-чемоданчика шприц. На этот раз – пустой.
* * *
Короткая, но необычайно толстая игла вошла в ключицу мертвеца. Кожа лопнула. Заструилась белая пузырящаяся жидкость.
«Изнутри плечо проела, что ли…» – подумал Дмитрий.
Кристина досадливо сплюнула и, пятясь задом, выбралась из джипа.
Дмитрий вышел с другой стороны. Придерживаясь руками за машину и стараясь не наступать лишний раз на простреленную ногу, обошел бронированный внедорожник. Раненая нога не болела совсем. Видимо, впрыснутое туда обезболивающее было из разряда мощных препаратов. Думать о том, какой ценой это достигнуто и каким будет отходняк, не хотелось.
Прихрамывая – пожалуй, больше для виду и самоуспокоения, чем по необходимости? – Дмитрий направился к Кристине. Та как раз меняла иглу на шприце.
Для чего, интересно?
Перемазанная пеной иголка полетела на землю. В лунном свете блеснула новенькая, чистая.
Девушка склонилась над оторванной нижней частью трупа, которая была не так сильно повреждена пулями. Правая нога вообще оказалась целой. Вот в нее-то Кристина и вогнала шприц. Куда-то под колено.
Белая пена из-под кожи на этот раз не потекла. Вместо нее Кристина начала втягивать в шприц густую темную слизь. Слишком густую и слишком темную, чтобы быть обычной человеческой кровью.
– А это тебе зачем? – удивился Дмитрий.
– Я же сказала: все объяснения – потом. Слишком долго и слишком много придется рассказывать. А времени – в обрез.
– Ну-ну.
Подождем…
Кристина сняла и выбросила иглу. Закрыла шприц пластиковым колпачком. Что-то шепнула. Если опять заговор, то теперь-то уж вряд ли – целебный.
Девушка сунула добычу в карман. Взяла из джипа пистолет-пулемет (это действительно был «Каштан») и пару неиспользованных магазинов. Затем требовательно мотнула головой:
– Все. Уходим.
– Далеко? – поинтересовался Дмитрий.
– Нет, тут рядом. Помочь? – Она подставила ему плечо.
Дмитрий отмахнулся. Если рядом, то он как-нибудь доковыляет и сам, без живой подпорки. Рана-то не беспокоит.
Где-то вдали истошно выла сирена.
Верхний свет в просторном кабинете был выключен. Горела только старомодная настольная лампа, освещавшая не столько лицо человека, сидевшего за столом, сколько его руки. Сухие ладони лежали на пухлом цветном издании. Длинные пальцы поглаживали и словно бы прощупывали разворот «Метрополии».
«Мертвое Братство», – кричал с газетных страниц заголовок, набранный крупным броским шрифтом.
Возле стола навытяжку стоял посетитель. Хозяин кабинета так и не предложил ему сесть.