Руслан Ковтун – Красная угроза: Командир ONLINE! Том II (страница 12)

Но учитывая, что кальмар сильнее в воде, командир радовался, как ребёнок, понимая, что он стал на шаг ближе к своей цели – захвату этой планеты!

Закрыв меню, Руслан перевёл взгляд на свою копию и приказал ему изменить внешность, а также по возможности одеться во что-нибудь подходящее.

Кракен, немного подумав, принял внешность Анны, отчего у командира невольно открылась челюсть, так как его боец и её скопировал абсолютно голой.

Резко отвернувшись, он встретился с ехидной улыбкой настоящей эльфийки и её сузившимися изумрудными глазами.

Девушка наконец увидела смущение этого мужчины и, недолго думая, начала дразнить его.

– Вам мало одной, командир? – обиженно спросила она, поглаживая свой плоский живот, а затем, поднимаясь руками всё выше, добавила: – И грудь у меня такая маленькая. Никто не полюбит такую страшную Анну, как я. Что я буду делать, если вы себе нашли похожую на меня?

Руслан, рявкнув Кракену, чтобы тот что-нибудь сделал с одеждой, пошёл в сторону своих солдат, которые растаскивали тела убитых и уводили пленных.

Образ эльфийки, созданный кальмаром, никак не выходил у него из головы, а сама Анна, заливаясь смехом, шла следом, подначивая его, среди луж крови на песке и груд убитых бандитов, совершенно их не замечая.

Глава 68. Министерство торговли

В Массионе Линген, занявший кабинет во дворце, стоял у окна, слушая отчёт Кристиана, полученный из столицы, в котором говорилось о ликвидации всей группировки Рюты, а также захвате сорока единиц техники, которую уже отправили на переработку на военный завод.

Улыбка на лице генерала ясно давала понять, что он очень рад этим новостям.

Заложив руки за спину, Амори наблюдал за площадью, уложенной гранитными плитами, где военные сортировали освобождённых рабов и помогали забраться в грузовики для отправки в Лоран.

Когда офицер закончил зачитывать текст, генерал, обернувшись, вернулся за стол и начал отдавать приказы.

– Отъявленных злодеев, которые мучили рабов, отправить вместе с пострадавшими, пусть с ними там разбираются. Также… – он хотел продолжить, но, подняв голову, заметил сомнения на лице своего адъютанта и, выровнявшись в кресле, обратился к нему: – В чём дело? Тебя что-то смущает?

Офицер, встав смирно, тут же ответил.

– Разрешите говорить неформально? – Кристиан всегда следовал уставу, даже наедине со своим начальником, и сейчас не собирался делать исключения, хотя их уже давно можно было назвать друзьями. Получив разрешение, он продолжил: – Товарищ генерал, вам не кажется, что командир чересчур суров, учитывая происходящее в мире?

Все присоединившиеся к СССР солдаты, а также системные юниты выполняли приказы безоговорочно, но это не значило, что они принимают решения командира также.

Что-то им нравилось, а что-то нет, и расправы, устраиваемые Русланом, входили в число последнего.

То, что ему казалось неправильным, в этом мире давно являлось нормой, и, например, рабство, пусть и своих граждан, можно было приравнять к мелкому хулиганству, а плохое обращение с людьми, попавшими в рабство, вообще никак не каралось, ведь это собственность человека.

Учитывая происходящее в мире, некоторые солдаты и вовсе считали, что это естественный ход событий, поэтому не видели ничего плохого в том, чтобы сильные встали над слабыми.

Амори придерживался такого же мнения и поэтому отправлял всех преступников, по мнению Руслана, в Лоран, чтобы с ними разбирались там.

Однако генерал, в отличие от своих солдат, ни на секунду не сомневался в действиях командира, потому что уже решил следовать за ним, чтобы ни пришлось сделать для этого.

Возможно, на него так повлияла собственная эволюция, сильно изменившая характер Лингена и его отношение к людям, а возможно, он всегда был таким и лишь старался быть правильным и принципиальным.

Амори выпрямился в кресле и спокойно ответил своему адъютанту.

– Мы строим новую страну. На этом пути будет много жертв, ошибок, крови и смертей. Если командование начнёт сомневаться в своих поступках, эта затея обречена на провал. Если командир будет действовать решительно, даже ошибаясь, рано или поздно он получит результат. Тебе может нравиться или не нравиться то, что он делает, но пока мы идём вперёд, не думай об этом, просто действуй!

Линген мыслил, как военный на поле боя.

Если необходимо совершить разведку боем, при этом потеряв нескольких бойцов, то это нужно сделать! Но если начать колебаться и не попытаться, боясь потерять солдат, то в результате может погибнуть ещё больше людей.

В данный момент он смотрел на Руслана, как на ищущего путь, на котором все действия расцениваются как разведка боем, и, по правде говоря, это давало только хорошие результаты, словно тот заранее знал результаты своих поступков.

Кристиан, стоя по стойке смирно, ответил коротко и громко.

– Так точно!

Адъютант мало что понимал в политике, но всегда верил генералу и не собирался оспаривать его слова сейчас.

***

Тем временем через южные ворота въехали три внедорожника с гербами СССР на передних дверях, и, не останавливаясь, они промчались по двухполосной улице мимо двухэтажных домиков прямиком в сторону бывшего рынка рабов.

На задних пассажирских сиденьях удобно расположился Маркус справа и Лилит слева.

Мужчина, как всегда одетый в помпезный костюм салатового цвета в широкополой шляпе, сидел со скучающим лицом, наблюдая за происходящим за окном.

Он мог видеть, как военные грузят людей в дорогих одеждах со связанными за спинами руками и испуганными лицами.

Несложно было догадаться, что это бывшие работорговцы, но министру были безразличны их судьбы.

Продолжая смотреть в окно, он обратился к Лилит, которая смотрела в другую сторону.

– Вот такая судьба у людей: одна ошибка или неверно выбранная сторона, и ты окажешься со связанными руками, едущая в сторону своей гибели.

Девушка не придавала особого значения таким высказываниям своего наставника. У неё есть цель встать рядом с Русланом и подняться выше остальных людей, чтобы больше никого не бояться в этом мире.

Лилит вёл страх, и она даже не осознавала, что на этом пути уже мало чего боялась, но ей казалось, что любой может продолжать издеваться над ней или продать, если оступится.

На самом деле, девушка уже стояла настолько выше прочих людей на континенте, что мало кто даже осмелился бы подумать о таком, но ей этого было недостаточно.

Открыв свой аккуратный ротик, демонстрируя белоснежные зубки, она, не глядя на Маркуса, ответила.

– Я стану женой командира, и никто не сможет связать мне руки или увезти куда-либо, – жёстко заявила Лилит.

Министр не стал отвечать, хотя у него было что сказать, но это было бесполезно, ведь каждый должен пройти свой путь и убедиться, что абсолютной безопасности не существует ни за одной спиной, и важна только личная сила.

Следующие десять минут они ехали в тишине, пока автомобили петляли по оживлённым улицам города, время от времени сигналя нерасторопным пешеходам, пока не подъехали к окружённому военными рынку.

Метрах в двадцати от него внедорожники вырулили к шестиэтажному тёмно-синему стеклянному зданию, которое сильно выделялось на фоне оранжевых кирпичных домов и больше напоминало торговый центр, правда, без реклам и обветшалой неоновой вывеской над входом с надписью «Биржа».

Перед зданием стояла охрана из двух солдат, а также несколько десятков торговцев, которых было несложно распознать из-за их цветастой одежды и бегающим глазам.

Как только автомобили остановились, солдаты на охране, подбежав к ним, открыли двери, помогая пассажирам выйти, а из машины позади через открытые окна выпрыгнули две овчарки и, быстро подбежав к Лилит, встали слева и справа от неё.

Эти два пса всё время находились рядом с ней и, по сути, являлись источником её храбрости.

Погладив их по головам, девушка посмотрела на торговцев, которые со льстивыми улыбками чуть ли не кланялись им.

Маркус, шедший уверенной походкой, постукивая тростью в правой руке, отнёсся к такому нормально, а вот Лилит явно была обрадована этой маленькой властью, которую давало её положение в республике.

Когда министр двинулся вперёд, девушка, выйдя из ступора, последовала за ним, в душе наслаждаясь этим отношением, и вскоре они вошли в здание, преследуемые толпой торговцев, которые, толкаясь между собой, желали оказаться поближе к двум прибывшим гостям.

По их непроверенной информации, эти двое являлись именно теми, с кем чомам придётся работать в дальнейшем, и именно они установят новые правила торговли, а стало быть, и всей жизни торговцев.

Акем также находился в толпе, но, в отличие от остальных, его надежды были связаны с услугой, что он оказал СССР, и за которую ему обещали очень прибыльное место.

Хотя прямо сейчас, видя, как Маркус игнорирует его, сердце чома было не на месте, ведь в это время обмануть мог каждый, а тем более тот, у кого так много власти.

Министр вместе со своей помощницей прошли просторный холл, где лежал грязный ковёр, и, поднявшись по небольшим ступенькам, вошёл в широкие резные двустворчатые двери.

Здесь находилось помещение с половину футбольного поля и до конца света использовалось торговцами акций, а после его переоборудовали и, построив подиум на дальней стороне комнаты, вокруг установили театральные кресла, которые взяли из местного кинотеатра.