Руслан Гахриманов – Несвоевременные эссе. Часть вторая (страница 2)

И тогда ум, этот великий архитектор иллюзий, начинает спешно строить. Он возводит шаткие, но спасительные леса смысла.

Легенда первая: Наказание. «Это мне за грехи. За то, что я был недостаточно хорош».

Здесь боль обретает строгий, почти утешительный порядок. Она становится справедливой. Разум, не в силах вынести абсурд случайного, беспричинного страдания, спешно выстраивает причинно-следственную связь: «Я страдаю, значит, я в чём-то виноват». Это не обязательно осознанное самолюбование – чаще это панический поиск контроля, пусть даже ценою самообвинения. Психика предпочитает чувствовать себя виновной, но значимой фигурой в некоем порядке, чем невинной и ничтожной песчинкой в хаосе. Ты бессознательно выбираешь роль подсудимого на космическом суде – лишь бы избежать куда более страшной роли: статиста в бессмысленной трагедии.

Легенда вторая: Заговор. «Это они. Конкретные люди, система, враги».

Здесь боль обретает адресата. Она превращается в понятную войну. Это даёт цель, оправдывает ненависть, превращает тебя из жертвы в солдата. Но эта война – против призраков, которых ты сам и назначил ответственными, лишь бы не смотреть в пустоту.

Легенда третья: Судьба. «Так было предначертано. Карма, рок, испытание».

Здесь боль лишается личного характера, растворяясь в вечном, безличном Законе. Страдание становится твоей миссией, долей. Это философия пассивного принятия, где твоя воля парализована величием мнимого «плана».

Все эти легенды – обезболивающие для души. Они превращают невыносимый, бессмысленный шум катастрофы в стройную, пусть и трагическую, симфонию. Но у этого лекарства есть страшный побочный эффект: оно навсегда приковывает тебя к катастрофе. Чтобы сохранять этот искусственный смысл, ты вынужден вечно копаться в пепле своего прошлого, лелеять свою боль как доказательство существования замысла. Ты становишься пленником собственной травмы.

Перелом наступает в тот миг, когда дрогнувшей рукой ты откладываешь это лекарство в сторону. Когда решаешь посмотреть в лицо самой чудовищной из возможных правд: твоя трагедия не имела смысла. Никто не хотел тебе зла. Никто тебя не наказывал. Ты просто оказался на пути у слепого, безразличного катка реальности.

Этот миг – не капитуляция. Это – акт предельного мужества. Потому что в нём умирает не смысл вообще. В нём умирает старый, рабский смысл. И на его пепелище рождается нечто новое.

Рождается истинная, ничем не обусловленная сила.

Пока ты верил легендам, вся твоя воля была реакцией. Ответом на удар. Попыткой искупить, отомстить или смиренно принять «судьбу». Ты был силён потому что мир был жесток, и жестокость эта имела причину.

Но если жестокость мира – слепа и бессмысленна, то и твоя сила освобождается от всяких «потому что». Она перестаёт быть ответом. Она становится жестом, возникшим из ниоткуда. Актом чистого, ничем не спровоцированного волеизъявления.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.