Руслан Ершов – Темная Звезда (страница 66)

— Пролет остался.

Дальнейшее продвижение неимоверно осложнилось. Силы таяли с каждой минутой, и вот наконец, утомление достигло своего предела. Дальше произошло то, чего и следовало бы ожидать в подобной ситуации.

Рука Дениса внезапно соскользнула с перекладины и не успела ухватиться за другую. На этот раз, он испугаться не успел. Его тело, стало быстро отклоняться от вертикали. Он физически ощутил открывающуюся под собой пропасть и не находя опоры, из последних сил, зашарил в пространстве онемевшими руками.

Дальнейшие события, произошли мгновенно.

По инстинктивному, шумному вдоху и необычному шороху одежды, Александр понял, что на верху, что-то пошло не так. И в это же мгновение на него рухнул Денис.

Саша в слепую, ухватил товарища за куртку и попытался сохранить равновесие но, с перекладины соскользнула нога. Запредельная нагрузка легла на больную ногу, и вспышка острой боли лишила его последних сил.

Они испытали легкое головокружение сменившееся ощущением свободного падения. Никаких мыслей, никакого страха, только все поглощающая пустота принимающая размеры бездны. С ускорением свободного падения, они неслись навстречу неминуемой гибели.

Одинокая светящаяся точка в темном, безграничном пространстве, вдруг замедлила свой бег и практически остановилась, обозначив несмелым свечением странные, призрачные конуры геометрической фигуры, неожиданно проступившие из глубин таинственной темноты. Будто само по себе, окружающее пространство, вдруг стало уплотняться и структурироваться, будто капля воды, превращающаяся в прекрасную снежинку но, для одинокой, светящейся точки, красота происходящих перемен была непостижима. Она лишь «видела» призрачную сеть, раскинувшуюся под ней от горизонта до горизонта, предавшую царству пустоты некий смысл и очертание.

(…«…распределение данных… переназначение координат… загрузка системы идентификации…»…)

Движение возобновилось так же внезапно, как и закончилось. Призрачные контуры с немыслимым ускорением сменяли друг друга, превратившись в монолит непрерывной тверди. Сгусток света, сопровождаемый дико усилившимся ревом, начинавшим причинять невыносимую боль, с неимоверной силой достигал апогея гиперскорости. Появилось неприятное ощущение тошноты, и где-то в приграничном состоянии, родилась совсем уж странная и нелепая мысль, — Я самолет….

Он обнаружил себя стоящим посреди слабоосвещенного, просторного помещения, разделенного на несколько комнат, обставленных старой мебелью и таким же устаревшим электронным оборудованием.

Совсем уж ничего не понимая, молодой странник, будто истукан острова Пасхи, неподвижно стоял и тупо смотрел в мерцающий, выпуклый экран старого телевизора, с блестящей в полутьме аббревиатурой — «Электрон».

Почему-то кружилась голова, а к горлу подступил тошнотворный комок. Впрочем,… через пару минут, эти неприятные ощущения отступили сами собой, оставив лишь слабую, ноющую боль во всем теле.

— Где я? И как здесь оказался? — Мысленно прокручивая время в обратном направлении, он попытался вспомнить прошедшие события, но….

Память возвращалась неохотно, будто приходила откуда-то издалека. И сколько-бы не морщил он свой лоб, перед его внутренним взором, из недавних событий проплывала лишь одна единственная картина, в которой он видел яркую вспышку света и испуганное лицо Ольги. — Ольга? Кто это?

Неожиданно сработал ориентировочный рефлекс, автоматически повернув голову странника в нужном направлении, сконцентрировав внимание на источнике нового раздражителя. Как-то с запозданием, и будто бы ни с того — ни с сего, он вдруг понял, что слышит какой-то шорох и малоразличимый шепот, исходящий из соседней комнаты. Лишь только любопытство, проступившее из глубин сознания, заставило его сдвинуться с места, и всматриваясь в полумрак, он сделал несколько осторожных шагов к стеклянному простенку смежной комнаты, за которым и слышался непонятный шум.

Как и все вокруг, соседняя комната была наполнена мистическим светом, собравшимся в пушистые комочки на прямых углах и ребрах металлических шкафов с дверцами из толстого, тонированного оргстекла, в которых хранились массивные, магнитные бобины.

Вновь послышался чей-то стон, и путник сделал еще пару несмелых шагов, но тут же остановился, прислушавшись к неясным бормотаниям неведомого существа. Воображение рисовало ему странные и фантастические картины, а главное, довольно страшные, да такие, что аж мурашки по всему телу, как….

Вдруг что-то гулко ухнуло и дробно рассыпавшись, застучало по полу, разбегаясь в разные стороны. Сквозь толстое стекло простенка, была заметна медленно вырастающая из земли, странная, признанная фигура в коконе тлеющих огней Святого Эльма. Она сдвинулась с места и исчезла из виду. Затем промелькнула меж башенок металлопластиковых шкафов и неожиданно возникла в дверном проеме….

— Саня! Ты что оглох, что ли? Я ему, — Помоги мне! Помоги! — а он бродит вокруг как приведение и улыбается как дурак.

— Я,… я-я. — Перед ним, неожиданно живо развернулись яркие картины пережитого, слившиеся в единый сценарий скоротечно развивающихся событий. Практически сразу же, как только он услышал свое имя, все стало на свои места, обозначились ориентиры, и вся его жизнь, приобрела смысл. Александр широко улыбнулся, и неожиданно радостно спросил, — Мы разбились вдребезги? Правда?

Денис недоуменно взглянул на него, и пожал плечами, — Не думаю.

Окружающее пространство было насыщено, и даже перенасыщено электричеством, а влажный, теплый воздух был наполнен озоном, перебивающим все остальные запахи. Призрачное, синевато-голубое свечение коронарного разряда, возникавшее немыслимыми узорами на поверхностях потрескавшихся стен с облущенной краской и собиравшееся в комочки на углах и выступающих деталях офисной мебели, превращали обширное, темное пространство данного помещения в мистически-таинственный полумрак, придавая общей картине воистину необыкновенные нотки мистических переживаний.

Они сидели на старом, скрипучем диване, устало уставившись на мерцающий экран телевизора.

Первым, молчание нарушил Александр.

— Я ничего не понимаю,… но,… раз уж не довелось разбиться, что теперь нас ждет? Отравление озоном? Или смерть от электрического разряда?

Денис нехотя вздохнул, и устало произнес. — Вентиляция…. Помещение проветривается, это факт. Иначе….

Неожиданно, из таинственного сумрака, выступил еще один силуэт, сформировавшийся в привлекательное, милое создание, — Иначе мы были бы уже мертвы, либо от острого отравления, либо от отека легких, расплавленных озоном. Наше спасение в том, что я с вами. Я знаю где мы находимся, и как отсюда выйти.

— Почему мы? И вообще,… как мы сюда попали?

Ольга подошла еще ближе, и чуть наклонившись, приблизила к ним свое лицо.

— Вы, именно сейчас, хотите услышать ответы, именно на эти вопросы? Времени у нас, практически не осталось. Вы уже очень устали, и чувствуете непомерную слабость. Вдобавок, болит голова, кашель, и блуждающие боли по всему телу….

— Говори что делать?

— Сваливать от сюда, и как можно быстрее!

Где-то вдалеке, совсем неясно забрезжил свет спасения и ребята смогли переломить себя. Денис легонько толкнул товарища в бок. Поддерживая друг друга, они оба встали с дивана, напоследок проскрипевшего им прощальную песню ржавых пружин.

— Мы готовы.

— Тогда не отставайте….

Прошло около часа, как путешественники вышли на свежую струю. Их сильные головные боли пошли на убыль, непомерная усталость отступила и вновь, проснулось чувство голода.

Ольга сморщила носик, и прищурившись, внимательно посмотрела на ребят, — Чувство голода, это хорошо. Это говорит о том, что вы приходите в норму.

Друзья переглянулись.

— Сколько мы уже не ели?

Проводя нехитрые вычисления, Денис закатил вверх глаза и тут же ответил, — Давненько уже.

— Жуть. Я бы сейчас, даже крысу съел бы, или лягушку, на худой конец. Почему в этих катакомбах, нет ни крыс, ни тараканов?

Ольга встревожилась, — Наверно, пока что об этом думать не нужно. — Девушка поднялась на ноги, встав с бетонного тола. — Выход уже совсем близко. Мы почти под самой поверхностью и осталось уже совсем немного. Давайте ребятки, вставайте. Нам пора в путь.

Будто зомби, с медлительными и неточными движениями, ребята устало поднялись с земли. Александр переложил фонарик в правую руку, а левой, ухватился за гирлянду кабелей, тянувшихся вдоль всей выработки.

— Щас сдохну, — Александр громко высморкался.

— Как страшно. Не тратьте попусту слова и силы,… идемте.

В открывшийся дверной проем, Денис пропустил вперед товарища и закрыл за собой дверь шлюзовой камеры. Осмотревшись, ребята определили, что они вышли на небольшую площадку, примыкающую к магистральному туннелю с узкоколейной железнодорожной колеей.

Александр направил луч фонарика сначала в одну сторону, затем в другую.

— Это уклон.

— И практически нет движения воздуха. — Не сводя с товарища глаз, Денис извлек из медсумки самоспасатель, и повесил его себе на шею, положив ладонь на чеку.

— Н-да,… - Саша смотрел на луч света, растворявшийся где-то в глубине темного туннеля, — воздух здесь действительно, очень тяжелый. Судя по всему, нам снова придется карабкаться наверх.

Ольга была не видна, но ее голос прозвучал отчетливо и твердо, — Нет. Нам как раз вниз.