Руслан Бирюшев – X-Unit. Безымянные солдаты (страница 45)

- Ага! – Воскликнула Хильда. Но больше ничего не сказала. Куратор вопросительно посмотрел на неё, не дождался продолжения и обратился к Мишель:

- Майор Хенриксен, о деятельности «Коммандос» вы расскажете лучше меня.

- Я… - Снайпер поднесла к груди сжатый кулак. – Я не могу.

- Можете. – Мягко улыбнулся мужчина. – Ваш ментальный блок не распространяется на членов Комитета. Я – член Комитета. Просто обращайтесь ко мне, когда начнёте рассказывать.

- Хорошо. – Женщина разжала кулак, посмотрел на собственные тонкие пальцы, будто впервые их увидела. – Мы все… думали, что работаем на ООН. Нас отбирали не только по боевым навыкам, но и по характерам, убеждениям. Все мы в «Коммандос» были идеалистами. Воображали себя героями, рыцарями на страже человечества. Мы захватывали трофеи, пленных, изучали их, узнавали новое… на благо людей Земли. – Майор горько усмехнулась. – На благо Комитета. Мы узнали, что пришельцы тоже не преодолели скорость света, и корабли прилетают с их древней базы на Марсе. Мы переоборудовали трофейный крейсер и сами прилетели туда. На Марс.

- Вы… Вы были на Марсе?! – Саманте казалось, что после пережитого за последние месяцы её невозможно удивить чем-то настолько простым. Она ошиблась. Осознание того, что вот эта печальная, похожая на альбиноса женщина, сидящая по левую руку от неё, бывала на Марсе, заставило детектива даже привстать со стула.

- Верно. – С грустной улыбкой кивнула Мишель. – Но первым человеком на Марсе не была, врать не стану. По трапу первым сошёл наш тогдашний капитан. Не знаю, где он теперь. Кстати, он тоже был русским. – Добавила майор, глянув на Первого. – Мы взяли штурмом марсианскую базу, спрятанную под плато Сидонии, и поговорили с её… комендантом. Единственным по-настоящему разумным пришельцем, который всем руководил оттуда. Он рассказал нам, что некогда Земля была экспериментальной площадкой его расы. Что эксперимент провалился, и пришельцы ушли искать новые пути у других звёзд, оставив лишь форпост для наблюдения. А потом плоды, казалось бы, неудачного эксперимента, проросли – на тысячи лет позже, чем ожидалось. Эти плоды – мы, человечество. Мы зачем-то нужны… им. Наблюдателю поручили взять планету под контроль. Но за века наблюдения он успел свыкнуться с нами… стал считать людей чем-то вроде своих… детей, наверное. Наблюдатель не мог прямо отказать своим сородичам, и пошёл на хитрость. Он организовал подготовку к вторжению намеренно неуклюже, позволил нам получить технологии для борьбы и прийти на Марс, к нему. Он дал нам уничтожить себя и единственный портал, соединявший Солнечную систему с родными мирами его расы. На этом для нас всё закончилось. «Коммандос Икс» распустили.

- Но проблема вовсе не была решена. – Перехватил слово Куратор. – Мы всё ещё не знали слишком многого. А наши инопланетные недруги не собирались сдаваться. Они пустили в ход запасной план – активировали те самые автоматизированные базы на морском дне, о которых мы узнали ранее. Так началось новое вторжение, которое все мы имеет несчастье наблюдать сейчас. Комитет частично воссоздал «Коммандос Икс», собрав его лучших сотрудников в Специальном Институте ООН. На первых парах всё шло по старой схеме… но потом начались перемены. Человечество оказалось крепким орешком в прямом столкновении. Поняв, что взять Землю под контроль силами нескольких автоматизированных военных баз не выйдет, пришельцы сменили тактику. Мы долго не понимали, чем инопланетяне были заняты в последние годы, но теперь знаем – они готовятся открыть новый портал. Прямо здесь, на Земле. Видимо, порталу нужны две подготовленные площадки – не только в месте входа, но и в точке выхода. Комитет пришёл к такому выводу даже раньше Института. И… поменял планы.

- В каком смысле? – Нахмурился Лидер.

- Комитет не против того, что на Земле откроется портал в родной мир пришельцев. – Просто ответил Куратор. – Я не знаю подробностей, но Комитет рассчитывает каким-то образом получить из этого выгоду. Установить прямую связь с руководством инопланетян, вероятнее всего. Возможно, помочь им на Земле в обмен на доступ к обладанию псионикой, которую нам так и не удалось освоить, возможно - ещё что-то. В любом случае, Комитет не намерен больше бороться. Хотя исследования технологий пришельцев его всё ещё интересуют, поэтому Специальный Институт Совету нужен по-прежнему. Вот только в Специальном Институте решение Совета принять не готовы. А я… - Мужчина с бледной усмешкой развёл руками. - …я, пожалуй, слишком долго работал с этими людьми. И больше разделяю их взгляды, нежели Комитета. Меня подержали некоторые… старшие товарищи. Не то, чтобы Совет раскололся, однако влияние его сделалось не столь абсолютным, как прежде.

- Так что насчёт меня? – Нетерпеливо спросила Хильда.

- Да, насчёт вас…- Куратор развернулся к немке. – Комитет всегда интересовался псионикой больше, чем любыми инопланетными технологиями. Прямой контроль над разумом человека – это страшнее любых боевых лазеров. Но увы – псионические способности пришельцев имеют биологическую природу, а не технологическую. Воспроизвести их сами мы пока не можем. Исходя из этого и полагая способность инопланетян к контролю разума главнейшей опасностью, Комитет начал изобретать контрмеры. Пусть наши возможности в биоинженерии не чета инопланетным, кое на что мы способны. Комитет вознамерился вывести живое оружие против псионики. Первый, тестовый прототип, лишь обладал личной устойчивостью к воздействию на разум. Увы, в силу сути проекта, «тестовый образец» был живым человеком, хоть и рождённым из пробирки. Когда стало ясно, что он обладает нужными свойствами, его просто предоставили своей судьбе, отдав в приёмную семью под минимальным надзором. Личный пси-иммунитет был лишь первым шагом проекта.

- А человек этот – я. – Тихо сказала майор Хенриксен. – Узнала, правда, только от Куратора, несколько лет назад, когда проявились… симптомы.

- Симптомы чего? – Осторожно спросил отец Хэвен. Священник смотрел на снайпера взглядом, в которым мешались сочувствие и гнев. Сэм его понимала – хоть детектив и совсем не знала майора, но ей тоже захотелось придушить коллег Куратора.

- Создавая тестовый образец для проверки одной-единственной технологии, никто не думал о его долговечности. – Мишель произнесла это с едва заметной улыбкой, уставившись в стол. – Мой гарантийный срок выходит. Искусственный организм изнашивается… не так, как обычный. Ещё несколько лет я, наверное, протяну…

Повисла тишина, которую осмелилась нарушить только Хильда. С непонятным выражением лица она потёрла щёку и пробормотала:

- И я, значит…

- Нет, вам такое не грозит. – Мотнул подбородком Куратор. – Вы – полноценный серийный образец антипсионика, без заводских дефектов. Уж извините за такое описание. Кроме своей способности вы физически не отличаетесь от человека, рождённого естественным путём. К прошлому конфликту вы просто не успели вырасти. Нам пришлось временно заткнуть дырку прототипом, устроив майора Хенриксен в «Коммандос». А к началу полноценной войны приоритеты Совета изменились и… было решено, что от проекта, породившего вас, госпожа де Мезьер, вреда больше, чем пользы. Разработки были прекращены, выращивание новых антипсиоников отменено. А вас приказали убрать. Я, как мог, этому помешал. В частности, обеспечив вас надёжным телохранителем.

- Что вы сделали с Сэм? – Набычилась немка.

- Вылечил её. – Куратор опять отряхнул пыль со шляпы. – Только и всего. Среди пришельцев прошлой волны были особи, обладающие даром ускоренной регенерации. Благодаря исследованиям «Коммандос Икс» мы освоили этот дар, и научились воспроизводить его искуственно. С помощью регенеративных технологий мои союзники в Комитете восстановили тело мисс Мэйсон после смертельных ранений. Разум её почти не трогали.

- Почти? – Теперь уже не смолчала сама Сэм

- Да, сущий пустяк… - Куратор взглянул на рыжую американку поверх очков. – Мисс Мэйсон, назовите своё полное имя.

- Саманта Мэйсон.

- Разве не Саманта Аделаида Мэйсон?

- Нет, у меня… - Сэм запнулась. Что-то такое вертелось на грани сознания. Что-то, подсказывающее, что Куратор прав.

- Ты тоже мне говорила, что у тебя второе имя – «Аделаида». – Подтвердила де Мезьер. И детектив вспомнила. Вспомнила, как представлялась Хильде, вспомнила странное ощущение раздвоенности воспоминаний, выбивавшее её из колеи. Но вот причин всего этого вспомнить не могла. В памяти будете зияла дыра. Поему она называла Хильде второе имя? Зачем врала ей? Сэм схватилась за виски:

- Я… помню… но…

- Не напрягайтесь. – Успокоил её Куратор. – У вас на самом деле нет второго имени. Мы внедрили вам воспоминания о нём, используя те зачаточные околопсионические технологии, что нам удалось освоить. Это самое большее, на что способен даже Комитет. Ложные воспоминания должны были продержаться лет пять. Однако они разрушились за пару месяцев, как я вижу. Причина в том, что вы постоянно находились рядом с госпожой де Мезьер. Её влияние стёрло все следы стороннего вмешательства в ваш разум. Это была простая проверка. Теперь мы знаем точно, что способность вашей подруги действует как надо.

- От вашей «простой проверки» я чуть с ума не сошла! – Воскликнула Сэм, ударяя ладонью по столу. У неё возникло острое желание украсить челюсть Куратор синяком с той стороны, которую пощадила Хильда.