Руслан Бирюшев – Рыцарь, дракон и некромаг (страница 39)

— Друг. — Удача улыбнулась на четвёртом ключе. Замок щёлкнул, дверь открылась внутрь. — Меня зовут Роза, я пришла за вами.

Бородач вышел из камеры, хмуро огляделся. Роза тоже смогла лучше рассмотреть его в свете потолочных ламп. Юрьев был не просто крупным, а по-настоящему огромным мужчиной — свою спасительницу он мог бы поднять за шиворот одной рукой, как котёнка. Кроме старого шрама лицо боярина украшали свежие порезы и синяки, на пальцах у него не хватало пары ногтей — но держался великан уверенно.

— Это не похоже на ловушку, — констатировал, наконец, Юрьев. — Слишком… странно. Что с вашим товарищем?

Он указала на покойника, продолжавшего шагать в стену.

— Ничего, он… вообще, он уже умер, — отмахнула Роза. — Забудьте. Вы тут один?

— Нет, со мной ещё двое. — Боярин указал на соседние камеры. — Там господин Ирутава Хидеки, сын канцлера, и госпожа Торутава, маг.

Освобождение спутников Юрьева заняло секунды — волшебница обнаружила, что на ключах выбиты цифры, соответствующие номерам камер. Сын канцлера оказался бледным юношей лет двадцати, госпожа Торутава — немолодой полноватой женщиной. Оба выглядели намного лучше Юрьева, хотя мага держали в железных кандалах и с кляпом во рту.

Пока Роза отпирала решётки, бородач обыскал стражника и вооружился его мечом. Лежавшую на столе дубинку он передал Ирутаве-младшему.

— Этой штукой они по решёткам стучали, чтоб нам спать не давать, — объяснил Розе боярин. — Думали, от бессонницы мы сговорчивей станем.

— Поэтому вы пели? — студентка уже не сомневалась, что слышала именно голос Юрьева.

— Ага. — Бородач осклабился, демонстрируя выбитый передний зуб. — Контратаковал. — Юрьев пнул труп солдата. — Зайти и кляп мне воткнуть он в одиночку боялся. Что дальше?

— Дальше… — Роза взмахнула рукой, снимая управляющие чары с конструкта, и принялась рассказывать. Она уложилась в минуту, позволив себе не выбирать выражения.

— Ясно, — констатировал бородач, пробуя ногтем лезвие меча. — Что ж, подраться я не прочь.

— Возьмите это. — Девушка протянула ему флягу с бодрящим настоем. — Придаст сил. Пейте всё, я обойдусь.

Медлить дальше смысла не было — чем ближе рассвет, тем больше риск кого-то встретить в коридорах. Роза обогнала товарищей, первой выглянула в главный проход. Убедившись, что он пуст, подозвала остальных. К цели группа направилась почти бегом. Юрьев на ходу разъяснял девушке план:

— Я сразу беру на себя охранника, господин Ирутава блокирует выход в коридор, чтоб никто не сбежал. Вы отпирайте дверь наружу, ни о чём больше не думайте. Томое, вы как?

— Никак, Гендзи, — устало отозвалась женщина-маг. От кляпа её освободили, но снять кандалы не получилось — на них не было замка, оковы склепали намертво в кузнице. — Пока не высплюсь, не поем, не сниму железо — помощи не ждите.

— Тогда просто держитесь сзади. — До конца коридора оставалось шагов двадцать, и Юрьев перешёл на бег. Роза закинула арбалет за спину, обнажила кинжал, припустила следом.

В зал с повозками они ворвались ураганом. Работавшие там люди не ждали нападения, и караульный не успел даже взяться за оружие — Юрьев врезался в него с разбегу, впечатал плечом в повозку, добил рубящим ударом. Роза пробежала мимо, отмахнулась кинжалом от подвернувшегося рабочего, обогнула заслоняющую ворота стальную «карету», выкрашенную зелёными и чёрными пятнами. Выругалась. Эта ночь определённо испытывала её самоконтроль и веру в Единого. Как и рассчитывала ученица некромага, дверь возле ворот была заперта изнутри на металлическую щеколду. А сама щеколда была заперта навесным замком, вроде амбарного. Перебирая вслух дертские и иолийские проклятья, студентка сорвала с ремня бронзовую флягу, выдернула пробку, полила дужку замка растворителем. Сзади звенела сталь, кто-то вопил от боли, а Роза про себя считала секунды. Растворитель она брала, чтобы испортить им механизм дверного запора или ослабить цепочку ручных кандалов — не более. Но теперь на тонкую работу не осталось времени. Выждав полминуты, девушка вогнала лезвие кинжала под дужку, навалилась на рукоять, действуя оружием как рычагом. Без толку. Вдруг из-за «кареты» появился Юрьев с окровавленным мечом в руке. Увидев покрасневшую от натуги Розу, он с кривой усмешкой отстранил девушку и стукнул рукоятью меча по замку. Ещё раз, и ещё. На третьем ударе замок поддался.

— Вас там ждут, так что вы первая, леди. — Боярин сдвинул щеколду, толкнул створку. — Не хочу схлопотать стрелу на пороге свободы.

Роза кивнула ему и проскользнула в полуоткрытую дверь. Её и правда ждали — чёрный силуэт возник рядом мгновенье спустя.

— В порядке? — спросила Жанна, хватая подругу за плечи.

— Да. — Девушка убрала кинжал в ножны. В груди у неё что-то разжалось. Жанна рядом, а значит, всё будет хорошо. — Пленники со мной. Уводим их в лагерь.

— Вы… сами их… — Жанна глубоко вздохнула. — Ладно, идём.

Появившаяся из темноты Литэль протянула волшебнице её перевязь с амулетами и колчаном, показала согнутый мизинец — эльфийский жест одобрения. Роза позвала эрдосцев, и вместе они двинулись прочь от базы. Литэль вела группу, Жанна и Роза замыкали. Удалиться спокойно вышло шагов на сорок — а потом в ночи разнёсся металлический рёв. Три белых звезды вспыхнули ослепительным светом на макушке холма. От них потянулись узкие лучи света, зашарили по земле.

— Бежим! — рявкнула Жанна, толкая в спину госпожу Торутаву. Сама она обернулась, упала на колено, выстрелили из арбалета в сторону холма. Роза проделала то же самое, метя в источник света. Если они и попали, то вреда фонарям не нанесли — ни одна лампа не погасла. Зато в ответ засвистели стрелы, загремели выстрелы аркебуз. Стражники били с гребня холма по любому движению. Роза выстрелила ещё раз, вскочила, чтобы бежать за группой… но её правая нога вдруг подломилась. Студентка неуклюже рухнула в траву, и только после этого ощутила острую боль. Перекатившись на спину, она приподнялась на локтях и увидела, что из её бедра торчит наконечник арбалетной стрелы.

— Что за ночь… — выдавила девушка, глядя на расползающееся по штанине тёмное пятно. В ту же секунду белый свет ударил ей по глазам. Роза отчётливо представила, как солдаты Огюста, столпившиеся вокруг фонарей, видят её, выхваченную из мрака белесым лучом, вскидывают оружие…

— Госпожа! — чёрная фигура заслонила Розу от света.

— Вж-жух! Вж-жух! Цзяньк! — Несколько стрел впилось в землю вокруг девушки, одна ударилось о что-то металлическое.

— Вставайте! — Жанна рывком вздёрнула волшебницу на ноги.

— Да… идём. — Роза практически повисла на шее гвардейца, и ощутила под рукой что-то тёплое, липкое. Но думать было некогда — вдвоём они заковыляли к горам. На залп стражников ответил единственный хлопок арбалетной тетивы — фонарь, подсветивший Розу, вдруг мотнулся в сторону, устремил луч в небо. Должно быть, Литэль ранила управлявшего им солдата.

— Делайте это своё… фокус ваш любимый, — приказным тоном велела Жанна.

— Что? — сквозь стиснутые зубы прошипела студентка.

— Боль. Боль передавайте. Свою — мне.

— Но…

— Будете идти медленно — умрём обе.

Роза повиновалась. Простреленная нога всё равно слушалась плохо, но без всплесков боли от каждого шага бежать было в разы легче. Фонари всё ещё прощупывали округу лучами, стражники беспорядочно стреляли с холма, не рискуя спускаться в темноту, но их везение закончилось. Четверть часа спустя беглецы ввалились в лагерь за пригорком, где сходил с ума от беспокойства дон Марий. Жабка, чувствуя его тревогу, тоже не спала.

— Живы, слава Творцу! — воскликнул юноша, увидев напарниц и эрдосцев.

— Знакомства потом, за нами будет погоня, — отрезала Литэль, шедшая первой. — Дон, больше трёх пассажиров взять не сможете?

— Нет. — Взгляд рыцаря остановился на Жанне и Розе. — Синьора… Роза, что с тобой?!

— Потом, — оборвала его эльфийка. — Берите двух раненых и одного эрдосца. Двух других я поведу пешком. Со мной не пропадут, не волнуйтесь.

— Двух раненых? — не поняла Роза. Жанна усадила её возле погашенного костра, достала магический фонарик из кисета, и девушка увидела, что левая щека гвардейца залита кровью. Мочка левого уха Жанны исчезла, на скуле красовался глубокий длинный порез. — Жанна!

— Пустяк. Я не ношу серьги. — Воительница похлопала Розу по плечу. Достав из поясной сумки жгут, принялась перетягивать девушке пробитое стрелой бедро.

— Кто из вас троих главный? — повернулась к спасённым республиканцам Литэль.

— Я, — отозвался молодой господин Ирутава. — И как глава посольства я приказываю боярину Юрьеву лететь вперёд вместе с ранеными.

— Слушаюсь, господин, — проворчал явно недовольный бородач.

Роза прекратила отдавать боль Жанне, и в результате чуть не потеряла сознание, пока карабкалась на Жабку. Зато очутившись в привычном седле за спиной Мария, она сразу почувствовала себя уверенней.

— Летите на перевал, — напутствовала рыцаря леди-капитан. — Оставьте там раненых, вернитесь за нами к месту, где впервые нас высадили. Возле лесной дороги, помните? На перевале снова разделимся — вы везите раненых сразу в Трёхрогое, мы доберёмся своим ходом, или подождём караван снабжениях на одной из троп.

— Берегите себя, леди. — Марий хлопнул свою питомицу по шее. Жабка сорвалась с места, забила крыльями. Короткая пробежка — и драконица взмыла ввысь, навстречу бледнеющим звёздам. Над восточным краем горизонта занимался рассвет…