Руслан Агишев – Дуб тоже может обидеться. Книга 2. (страница 2)

— Ну вот и хорошо! — удовлетворенно проговорил он. — С прибытием вас, молодой человек, в ЗАТО №3. Меня зовут Макаров Амбросий Викентьевич. Это все мое хозяйство, по которому я вас сейчас и проведу... Да, помню, помню, Егор! — вдруг недовольно бросил он в сторону что-то негромко сказавшего бойца. — Вот что Степан, надеюсь можно вас так называть. Не смотря на то что у нас тут глубокий тыл, но порядок и дисциплина тем не менее военная. Поэтому попрошу вас внимательно выслушать и запомнить все, что я сейчас вам передам... Вон посмотрите туда! — его рука махнула в сторону едва различимых в декабрьской вьюге домов. — Это наш с вами дом — Караавел по казахски или Черное село по русски. В селе есть особые зоны, в которые без специального пропуска проходить запрещено. Имейте ввиду охрана имеет приказ открывать огонь на поражение... Ибо, ибо был прецеденты, — последнее он сказал гораздо тише, чем остальную речь. — Вы, Степан, в настоящее время имеете право находиться в жилой зоне — это непосредственно само село и в сельскохозяйственной — это МТС и животноводческий комплекс. Вон он там на холме... Вы меня понимаете?!

— Амбросий … э-э-э Викентьевич, — несколько нерешительно начал лейтенант. — В общем-то понятно... Пропуска, особый режим. С этим все ясно! Вы лучше мне вот что скажите, а я то вам зачем понадобился? Я же в сельском хозяйстве же ни смыслю ничего! А свиней вообще видел только на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке. Я же разведчик, понимаете, ... разведчик. Амбросий Викентьевич, может похлопочите? — он действительно ничего не понимал во всей этой истории и всей душой стремился обратно. — Там я нужнее! Я же фашистов бить хочу...

— Вы мне это бросьте, Степан! — внезапно остановился тот и строго посмотрел на него. — В сюда направлены по рекомендации комитета комсомола как инициативный и ответственный товарищ. В вашей ненависти к врагу никто и не сомневайтесь! — он крепко сжал его за рукав и потянул за собой в сторону села. — Вы сюда отнюдь не отдых приехали! Здесь тоже фронт! Настоящий фронт, где мы тоже сражаемся с врагом. И вы поверьте мне, он не менее страшный, а может даже и более страшный, чем фашизм. Это голод!

Он едва поспевал за буквально летевшим по натоптанной тропинке Макаровым. За несколько минут они преодолели с десяток метров, которые их отделяли от первого дома. Возле него Степан сразу же наткнулся на странное здесь сооружение — невысокий массивный сруб с узкими окнами, больше напоминавшими бойницу. «Не уж-то дот?! — ахнул он, замечая шевеление черного ствола в одной из бойниц. — Вот тебе и деревенька!».

— Вы, Степан, городской ведь?! — продолжал хозяин, не обращая внимание на замешкавшегося гостя. — Знаете что такое голод?! Не знаете? — он на какое-то мгновение остановился и встретился с глазами лейтенанта. — Точно! Взгляд у вас другой... У человека, который по настоящему голодал, взгляд меняется. Голод это страшный противник! Он может поставить на колени даже сильного духом человека, а о слабом, уж и говорить нечего... Что хмыкаете? Когда забываешь вкус хлеба, а из еды на столе только лебеда, кора, почки и вода, и твои дети уже перестают ходить и говорить... И так день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем!

Они подошли к длиной избе, в окна которой горел свет.

— Товарищи, привел вам нового члена наше команды! — в длинной, метров на десять, комнате располагались человек пятнадцать, что-то шумно обсуждавшие за столом до их прихода. — Это Степан Викторович Серебряков. Он будет работать в паре с тобой, Алексей! Ладно, знакомьтесь, присматривайтесь.

Через пару часов, когда у него вызнали все последние новости и поделились некоторыми своими, Степан подсел к тому самому Алексею, о котором он слышал.

— Садись, — коренастый, черноволосый парень оторвался от тетради, в которую что-то записывал. — Знаю, что ты хочешь спросить. У тебя вон на лице все написано! Чем мы тут занимаемся, так ведь?! — он рассмеялся, увидев как удивился лейтенант. — Ничего, все мы через это прошли... Завтра тебя введут в курс дела, но, пару слов, думаю, рассказать тебе можно... Наша главная задача здесь, это внедрение в сельское хозяйство передовых методов работы. Не хмурься, заранее... Я говорю не про трактора и сеялки! Тут Степа, совсем другой масштаб! — парень прислонился спиной к бревенчатой спине и серьезно посмотрел на своего будущего напарника. — Как говорит Гром... э-э-э наш директор — Амбросий Викентьевич … космический масштаб!

Эти слова, странные, волнующие, обещающие что-то чудесное и сказочное, в тот миг и в то время воспринимались совершенно по-особому. Тогдашние девчонки и мальчишки, парни и девушки жили в атмосфере подвига, свершения, преодоления Природы, себя и всего мира. Каждый (многие — примечание автора) чувствовал свою сопричастность к гигантским и подчас немыслимым ранее проектам — огромные электростанции, циклопические оросительные каналы, возникающие из ниоткуда махин заводов и дорог... Словом это была эпоха, в которой наука и техника была новым богом, давшим в руки человеку настоящую преобразовательную Силу.

Степан слушал и напряженно вспоминал где-то на периферии своего сознания что-то похожее на то, что говорил сидевший напротив него парень.

— Мы уже провели некоторые опыты... И, Степан, это немыслимо! — тот не мог сдержать восторженного восклицания (он тоже прибыл в ЗАТО №3 не так давно и приобщение к некоторым новым сельскохозяйственным технология у него до сих пор вызывали восторг). — Ты, только представь себе... Пшеница ростом с хорошего коня — под два с чем-то метра! (еще каких-то семь — восемь столетий назад такая высота колосьев пшеницы ни у кого из крестьян, населявших эти земли, не вызывала ни какого удивления. В одной из древнерусских летописей описывается один удивительный случай. Два соперничавших друг с другом русских князя с конными дружинами въехали с разных сторон в пшеничное поле и мирно разъехались, так как не смогли встретиться)...

Глаза лейтенанта на какое-то мгновение ушли в сторону от собеседника и сразу же застыли. Недалеко от огромной печки, пышущей теплом, стояла мощная кадушка с деревцем. «О, черт! — выдохнул Степан, уже совершенно не слушая, что ему рассказывают. — Это... что? Яблоки?!». Он рывком встал лавки и словно во сне пошел через все помещение в сторону печки. «Точно, яблоки! — с каждым сделанным шагом он начинал все более ясно видеть то, чего в принципе в это время года быть не может. — Растущие яблоки! — невысокое стройное дерево, верхушка которого попирала низкий потолок, было усыпано небольшими, с кулачок ребенка, красноватыми яблоками».

— Ну, вот и сам увидел, чем мы тут занимаемся, — усмехнувшись, проговорил Алексей, который все это время шел рядом с ним. — Это обыкновенная позднеосенняя жигулевская яблоня, выведенная профессором С. П. Кедриным на Самарской опытной станции по садоводству. Ее яблоки отличаются прекрасным вкусом и отменно хранятся...

Степан подошел практически вплотную к дереву. Небольшие листочки практически касались его лица, а аромат висевших в нескольких сантиметрах яблок сводил с ума и будил воспоминания из детства. Он вытянул руку вперед, не замечая, что его узловатые пальцы чуть подрагивали от волнения. Они осторожно, едва ощутимо, коснулись блестящей поверхности плода и только тогда, лейтенант понял, что его никто не разыгрывал!

102

Отступление 41. Реальная история.

Телефонограмма от 4 января 1942 г. направленная в особые отделы фронтов.

«Принять меры к поиску и задержанию Завалова Карла Генриховича. По профессии врач. Этнический русский. Приметы: рост выше среднего (от 180 до 190 см.), лицо крупное продолговатое, нос большой прямой, носит очки... С собой постоянно носит кожаный портфель темного цвета документами, обладающими особой государственной ценностью.

При задержании запрещается применение особых мер. С задержанным запрещается разговаривать...».

Отступление 42. Возможное будущее.

Инструкция по применению объединенной специальной аптечки ОСА-62.

«Объединенная специальная аптечка (ОСА-62) разработана как штатное средство медицинской помощи для специальных воинских подразделений СССР. Принята на снабжение закрытым Постановлением Президиума ЦИК СССР №182 от 16.08.62 г.

Комплектация объединенной специальной аптечки ОСА-62:

— Противобактериальное средство № 1 — 1 продолговатый пенал прозрачного цвета в составе 10 таблеток;

— Противобактериальное средство № 2 — 2 пенала без окраски с квадратными корпусами на 5 таблеток каждый;

— Противорвотное средство — 1 пенал голубого цвета на 6 таблеток;

— Радиозащитное средство № 1 — 2 пенала малинового цвета на 6 таблеток каждый;

— Радиозащитное средство № 2 — 1 пенал белого цвета на 10 таблеток; ...

— Специальный препарат №1 — 2 ампулы с красной маркировкой;

— Специальный препарат №2 — 10 ампул с синей маркировкой...

Самостоятельно при наличии показаний применяют следующие лекарственные средства: средство при отравлении фосфорными отравляющими веществами — при первых признаках поражения; противоболевое средство — при травмах и ожогах, сопровождающихся сильными болями; противобактериальное средство — при ранениях и ожогах; противорвотное средство — при появлении тошноты, вызванной воздействием ионизирующих излучений, а также контузиями и другими факторами.