Рус Агишев – Скитание некроманта (СИ) (страница 3)

Не дождавшись от Килиана отклика, Керн негромко свистнул и сразу же в комнату юркнул неприметный человек в сером плаще.

— Передай детям Единого мое слово, — как-то по особому внушительно бросил Керн. — Сейчас Единый явит нам свою милость, исцелив убого. Приведи Зарию.

Не сказав ни слова вошедший исчез за дверью. Через какое-то время на улице начал раздаваться странный гул, чем-то напоминавший отголосок бушующего океана. Он то нарастал, то спадал. Вдруг, Килиан понял, что это.

— Керн, Керн, Керн, — одновременно скандировали несколько сотен человек, приближаясь к избушке. — Керн, Керн, Керн.

Скрипнула дверь и в комнате появилась невысокая девушка. Неимоверно худая с длинными волосами, словно еще одно платье опоясывавшими ее.

— Покажи мне свое лицо, — Керн медленно подошел ней. — Не бойся дитя мое.

Узкие ладошки выскользнули откуда-то из платья и поправили закрывшие лицо волосы.

— О, Митра! — не смог сдержать восклицания Килиан, увидев ужасные отметины. — Это же Черная смерть!

Лицо девушки напоминало только что вспаханное поле. Глубокие рваные борозды были на лбу и щеках, уродовали нос и подбородок. Килиан понял, что она лишь чудом выжила после лихорадки.

— Ты веришь мне, дитя мое? — мягко спросил Керн, осторожно касаясь ее головы. — Веришь ли ты искренне и всей душой?! Не надо не плачь. Единый милостив! Он все знает и видит! Он ни кого из нас не оставит без своей милости…

Его руки медленно пробежали по ее волосам. Потом погрузились в них и также неторопливо прошлись по лицу. По щеке Керна скатилась капелька пота. Во время всего этого Килиан едва дышал. "Не может быть! — мелькало в его голове. — О, Митра! Он лечит тех, кого отметили Черная смерть! Как же может быть такое? Он же некромант?". Скрюченные в напряжении пальцы, словно что-то тащили из девушки. Тяжелое, страшное, оно сопротивлялось и не хотело покидать молодое тело.

— Все! — выдохнул Керн, едва успевая подхватить падающую девушку. — Все, дитя мое, все… Иди домой, к матушке. Порадуй ее.

Вновь появившийся без звука помощник быстро вывел ее наружу.

— Ты был прав…, учитель, — прошептал Килиан, низко склоняя голову и признавая тем самым своего нового наставника.

Глава третья

Из подслушанного в магической лавке одним чрезвычайно любопытным субъектом.

— Здравствуйте, достопочтенный магистр Итаро Найрот. Пусть Благословенный Митра будет всегда сопутствовать в ваших делах.

— Спасибо за добрые слова, уважаемый Загиб. Что привело вас в мою лавку.

Вошедший, грузный и богато одетый, купец прервался на мгновение, словно запутался в своей цветастой речи. Потом, слегка запинаясь продолжил.

— Горе пришло в мой дом, достопочтенный магистр, — с мольбой посмотрел он на мага. — Моя дочь… Мое сокровище, моя дочурка едва не умерла. Черная смерть накинулась на нее как зверь. Три дня и три ночи она металась по постели.

Магистр в миг поскучнел. Казалось, из него вышло все его дружелюбии и радушие.

— Вы же знаете, правила Королевской академии. Черная смерть — это табу.

— Но она же страшно изуродована! — с горечью пробормотал купец. — Это же настоящая смерть. Что теперь с ней будет? Всю жизнь провести в доме, спрятавшись от белого света? Не познать ни счастье супружества и материнства?

— Я ничем не могу вам помочь. Уходите! Вы мешаете торговле!

Купец побагровел в лице и, сдернув рубаху, заорал:

— Все вы можете, каиново отродье! Золота хочешь?! Камней?! На! Держи! Все забирай!

На широкий стол полетели полновесные золотые кругляши. Мелодично звякая, они катились по столу и падали на пол.

— Это твой первый урок, — Керн, вновь одетый в свои лохмотья подтолкнул Килиана вперед. — Запомни, не позная боль, ты не узнаешь истины. В этих трущобах, ты найдешь все, что тебе нужно — грязь, боль, страдания и, конечно же, ненависть. Испытай все это полной мерой! Пусть грязь войдет в тебя и станет одной из твоих сторон! Пусть боль и страдания грызут тебя изнутри, не давая ни минуты покоя! Прочувствуй, каково это, жить как навозный червяк, умирая в одиночестве и темноте. Иди, неделя тебе сроку. Посмотрим, какой толк из тебя будет…

Килиан с дрожью посмотрел перед собой. Они забрели в самый дальний от ратуши городской район, где раньше располагался старый королевский дворец. Сейчас во всеми покинутых развалинах обосновались все те, кому все отказали в помощи — отмеченные Черной смертью.

Оставив ученика, Керн в сопровождении молчаливых серых балахонов двинулся в совершенно другом направлении. Его путь лежал в богатый район, к одному неприметному особняку.

— Открывай, пес, к твоему хозяину пришли, — со всей дури забарабанил проповедник в массивные бронзовые ворота. — Да, пошевеливайся!

Через некоторое время за воротами раздалось какое-то копошение и одна створка приоткрылась ровно на столько, чтобы в образовавшуюся щель можно было просунуть голову.

— Что вам угодно? — задала вопрос лохматая башка с заспанными глазами, высунувшись из щели. — Господин никого не принимает!

— Ха-ха-ха-ха-ха, — добродушно рассмеялся Керн, резко хватая привратника за уши-лопухи. — Меня господин примет, обязательно примет. Я Керн, и все мы дети Единого.

Приготовившаяся было заорать, башка мгновенно украсилась самой широкой из своего арсенала улыбкой. Щербатые губы раздвинулись, явив миру обломанные желтоватые зубы.

— Все хорошо, сударь, все хорошо, — сразу же забормотал привратник. — Господин вас уже давно ждет.

Керна, действительно, ждали… В роскошно обставленных покоях в нетерпении прохаживался статный мужчина, в котором любой из придворных сразу же бы узнал лорда-канцлера — Беату Марите.

— Я смотрю, вы не очень-то спешили, — недовольно бросил хозяин вошедшему гостю. — Вы меня сильно огорчаете, преподобный Керн!

— Чай не красна девица, чтобы огорчаться, — в ответ окрысился Керн, без всякого спроса развалившись на мягком топчане. — Потерпишь.

Любой другой, кто хотя бы только подумал говорить с Марите в таком тоне, в мгновение ока оказался бы на плахе. Любой другой, но не преподобный Керн!

— Хорошо, хорошо, преподобный, — почему-то пошел на попятную лорд-канцлер, с достоинством усаживаясь напротив гостя. — Зачем нам с вами ссориться?! Мы же союзники… Общие интересы слишком крепко нас связывают.

Все это время Керн вел себя так, словно это он хозяин в особняке. Вальяжно валяясь, он медленно цедил красное вино. Его лицо излучало просто космическую скуку.

— Вы очень правильно заметили, уважаемый Марите, — протянул Керн, наклоняясь вперед. — У нас с вами общие интересы, но разве вы ведете себя, как настоящий союзник? — увидев недоуменное лицо собеседника, он продолжил. — Получается, всю грязную работу должны выполнять я и мои сторонники, а вы, уважаемый лорд-канцлер, получите все самое сладкое! Так не поступают союзники и смею надеяться, друзья… Или я ошибаюсь?!

Теперь настала очередь лорда-канцлера излучать добродушие и готовность сотрудничать.

— Ну, какая к каину грязная работа? — с искренней обидой в голосе удивился он. — Это будет просто невинная прогулка влюбленных по аллее! Королевский трон прогнил насквозь. Мореот Второй уже давно не занимается ничем кроме ублажения свой утробы! Вашим, я извиняюсь, оборванцам, будет достаточно появиться у дворца и все — власть упадет в наши руки, как перезревший плод!

Однако, Керн тоже был далеко не таким простаком и восторженным фанатиком, каким рисовался с первого взгляда. Все замаскированные потуги лорда-канцлера казались настолько ясными и прозрачными, что вызывали смех.

— Нет, нет, мой друг, — не менее добродушно и понимающе проговорил Керн. — Я все прекрасно понимаю. Вы говорите совершенно правильные и логичные вещи. Однако вы кое-что не предусмотрели… Или предусмотрели, но не сказали? А, что, например, будет делать гвардия? Куда будет смотреть наш славный магистрат? Пусть стражников и крохи, но и эти две когорты могут наделать просто огромных проблем. Наконец, почему-то я совершенно ничего не услышал о Верховном Кокнлите, — взгляд, брошенный на Марите, был, несомненно, искренен и доверчив. — Что маги будут делать в тот момент, когда дети Единого начнут громить дворец? Хотелось бы услышать ответы на эти вопросы…

Слегка раздосадованный хозяин дома оторвался от вина, бокал которого, похоже, помогал скрашивать общество Керна.

— А вы полны сюрпризов, мой друг, — пробурчал Беату Марите, уже с несомненным интересом рассматривая собеседника. — Какая речь, какие манеры… Вы определенно не так просты, как хотите показаться. Кто вы такой, а? — задав этот, по-видимому, риторический вопрос, лорд-канцлер продолжил. — Значит, хотите получить ответы?! Хорошо! Я с вами абсолютно честен и мне совершенно невыгодно вас в чем-то обманывать. Во-первых, гвардия… Она останется в казармах и поддержит любого, на кого я укажу пальцем. Во-вторых, магистрат также не дернется. Там мои люди! Ни один из стражников не появиться на площади в нужный день. Скорее даже они нам помогут проникнуть во дворец. Наконец, остались маги. Здесь ситуация гораздо хуже!

Чувствовалось, вопрос далеко не так прост, как хотел его представить лорд-канцлер. "Определенно, с магами намечались крупные проблемы, — неприятный холодок зашевелился в душе Керна. — Как известно, с магами шутить не надо! Каинова отрыжка! Если маги встанут на стороне короля, то весь переворот очень быстро затопчут".