Рукавишников Артём – Свет в тумане (страница 1)
Рукавишников Артём
Свет в тумане
Егор брел по узкой тропинке, петляющей между высокими соснами лесополосы. Хмурое осеннее небо давило на плечи не хуже родительского гнева, который неминуемо ждал его дома. Двойка по алгебре красовалась в дневнике как клеймо, и каждый шаг к дому был шагом к неизбежной расплате.
Егор – высокий и худощавый молодой человек с светлыми, чуть волнистыми волосами, которые мягко падают на лоб. Его голубые глаза искрятся живостью и иногда тревогой, особенно когда он думает о своем отце. Телосложение у него легкое, изящное, он часто движется с осторожностью, словно боясь нарушить чей-то покой. Он часто чувствует страх перед своим отцом-военным, потому что знает: за каждую провинность он рискует получить строгое наказание. В его воображении отец – это не просто строгий человек, а нечто большее – сравнение с Кощеем кажется ему вполне уместным: такой же злой, холодный и неприступный. Отец всегда сидит на своем троне – в кресле перед телевизором, словно правит своей маленькой империей, а его строгий взгляд и суровая манера держаться внушают Егору трепет и уважение.
Однажды Егор решил прокатиться на велосипеде. Он был так увлечен, что не заметил, как цепь на велосипеде порвалась. Он попытался починить ее сам, но безуспешно. Вечером, когда отец узнал о случившемся, его лицо стало еще более суровым.
– Егор, что ты натворил? – строго спросил отец, входя в комнату.
– Я порвал цепь, папа… – тихо ответил Егор, опустив глаза.
– Ты что, не умеешь обращаться с велосипедом? – его голос стал холоднее. – Ты что, думаешь, что все можно делать безответственно? Егор молчал, чувствуя, как его сердце колотится.
– На две недели ты сидишь дома, – сказал отец, его голос был твердым. – Ни на улицу, ни на улицу, ни к друзьям. Пусть это будет уроком.
Прошло две недели. Егор сидел дома, скучая и размышляя. Он часто спорил с матерью, пытаясь оправдать свою неосторожность.
– Мам, я же старался, я не хотел порвать цепь! – говорил он. – Егор,
Егор, твой отец просто хочет, чтобы ты был более ответственным, – отвечала мать, стараясь смягчить ситуацию. – Он любит тебя, просто показывает это по-своему.
Но Егор не понимал. Любовь отца казалась ему такой же холодной и далекой, как звезды в ночном небе. Он чувствовал себя одиноким и непонятым в собственном доме. Единственным утешением были книги, которые он читал запоем, уносясь в миры, где не было места строгости и наказаниям.
“Отец меня убьет,” – пробормотал семнадцатилетний парень, пиная ногой опавшие листья.
Деревня Кленовка, где он жил всю свою жизнь, находилась за лесополосой. Обычно Егор преодолевал этот путь за пятнадцать минут, но сегодня он специально выбрал самую длинную дорогу и брел нарочито медленно, оттягивая момент встречи с родителями.
Холодный ветер пронизывал насквозь его потрепанную куртку. Последние лучи солнца пробивались сквозь ветви деревьев, создавая на земле причудливые тени. Егор поправил лямку рюкзака и вздохнул. Еще никогда ему так не хотелось оказаться где-нибудь подальше от дома.
И тут краем глаза он заметил странное мерцание среди деревьев – голубоватый свет, пульсирующий в глубине леса. Егор остановился, вглядываясь в чащу. Свет то появлялся, то исчезал, словно манил к себе.
– Что за чертовщина? – Егор сощурился, пытаясь разглядеть источник света.
Здравый смысл подсказывал продолжить путь домой, но перспектива родительского гнева делала любое другое приключение более привлекательным. К тому же, любопытство всегда было его слабостью.
– Да к черту всё, – пробормотал Егор и свернул с тропинки в лес.
По мере приближения к странному свечению, он заметил, что воздух становится плотнее, а между деревьями клубится туман – не обычный, а какой-то слишком белый, почти молочный. Туман обволакивал ноги, поднимаясь выше колен, создавая ощущение, что Егор идет по облакам.
Свет становился ярче, пульсировал в такт с каким-то странным гулом, заполнившим пространство. Егор почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом от нарастающего напряжения. Что-то подсказывало ему развернуться и бежать без оглядки, но он продолжал идти вперед, словно во сне.
Туман сгустился настолько, что стало трудно различать очертания деревьев. Егор сделал еще несколько шагов и внезапно вышел на небольшую поляну. Туман расступился, открывая невероятное зрелище.
Посреди поляны возвышалось существо, которое никак не могло существовать в реальном мире. Огромное, покрытое темно-зелёной чешуёй тело на четырех мощных лапах с когтями размером с кинжалы. Но самым невероятным были три змеиные головы на длинных гибких шеях, увенчанные острыми рогами. Из ноздрей каждой головы вырывались клубы голубоватого пара, создавая то самое свечение, которое привлекло Егора.
– Мать твою… – прошептал парень, не веря своим глазам. – Это же…
Инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Тело среагировало раньше, чем мозг успел отдать команду. Егор резко развернулся и бросился прочь, ломая кусты и ветки, не разбирая дороги. Сзади раздался оглушительный рёв, от которого задрожала земля. Треск ломающихся деревьев известил, что чудовище бросилось в погоню.
Сердце колотилось как бешеное, лёгкие горели от недостатка кислорода, но страх гнал вперёд. Егор бежал, петляя между деревьями, перепрыгивая через поваленные стволы, не оглядываясь на преследователя. Туман становился гуще, превращаясь в непроницаемую молочную пелену.
– Помогите, кто-нибудь, помогите! – закричал Егор, хотя понимал, что в этом странном месте вряд ли его кто-то услышит.
Внезапно земля под ногами исчезла. Егор кубарем покатился вниз по крутому склону, больно ударяясь о камни и корни. Когда падение прекратилось, он с трудом поднялся на ноги, морщась от боли. Колено саднило, рукав куртки был разорван, а по щеке текла тёплая струйка крови.
Он огляделся. Туман здесь был не такой плотный, и Егор с удивлением обнаружил, что стоит на берегу моря. Не озера, не реки, а именно моря – бескрайнего, с тёмно-синими волнами, разбивающимися о каменистый берег. Такого моря рядом с Кленовкой точно не было.
– Дьявол… куда я попал? – пробормотал он, озираясь по сторонам.
Рёв дракона теперь доносился откуда-то сверху, со склона, но звучал приглушённо, будто существо потеряло след.
Внезапно поверхность моря вспенилась. Егор отступил, ожидая появления нового чудовища. Но вместо морского змея или другой твари из глубин над волнами поднялись фигуры в сверкающих доспехах. Один за другим из моря выходили воины, вода стекала с их кольчуг и шлемов, но не успевала намочить одежду, словно стекая с невидимого щита.
Егор потряс головой, думая, что бредит. Перед ним на берег выходили тридцать три богатыря – могучие воины, словно сошедшие со страниц пушкинской сказки, которую он слушал в детстве от бабушки. Их статные фигуры выделялись мощью и грациозностью: широкие плечи, хорошо развитые мышцы, уверенная осанка. Каждый из них был вооружён длинными мечами и острыми копьями, сверкающими на солнце. Они выстроились полукругом, создавая ощущение защиты и готовности к бою, их взгляды были сосредоточены и полны решимости, а движения – слаженными и уверенными, словно часть единого живого механизма.
За их спинами, словно из самой морской глади, появился седобородый старец. Он был невысокого роста, чуть ниже многих из богатырей, и с виду мог показаться простым стариком, но в его облике скрывалась невероятная сила и мудрость. Его длинные серебристые волосы и борода мягко колыхались на ветру, а в руке он держал длинный посох, украшенный извилистыми узорами и рунами, словно древними заклятиями. Несмотря на его скромный рост, от него исходила мощная аура власти – будто сама природа признаёт его вождём, а его присутствие внушает уважение и трепет.
Взгляд старца был проницательным и спокойным, в нём чувствовалась внутренняя сила и знание веков. Его глаза, словно две глубокие бездны, отражали мудрость и решимость. Вся его фигура излучала уверенность, которая могла вдохновить даже самых смелых воинов, а его присутствие на берегу казалось символом древней силы, объединяющей всех присутствующих – защитников и хранителей этого места.
Обстановка наполнялась ощущением торжества и ожидания, словно перед ними разворачивалась легенда, в которой судьба и история переплелись в единое целое.
– Ч…Черномор…? – прошептал Егор, узнавая ещё одного сказочного персонажа.
Едва богатыри ступили на берег, как сверху донёсся яростный рёв дракона. Чудовище появилось на вершине склона, расправило огромные крылья и стало спускаться, выпуская из пастей струи голубого пламени.
– К бою! – раздался громовой голос Черномора.
Богатыри тут же выстроились в боевой порядок, закрыв Егора своими широкими спинами. Дракон приземлился на берег, сотрясая землю, и все три головы зашипели, как гигантские змеи.
– Назад, тварь проклятая! – крикнул один из богатырей и метнул копьё.
Древко вонзилось в чешую левой шеи, вызвав яростный рёв боли. Другие богатыри также бросились в атаку, обступая чудовище со всех сторон. Егор наблюдал за битвой, застыв от ужаса и восхищения. Богатыри двигались с невероятной слаженностью, словно единый организм. Одни отвлекали дракона, другие атаковали с флангов, нанося удары по уязвимым местам.