Рудольф Кальчик – Тревожная Шумава (страница 5)

Из темноты раздавалось равномерное постукивание. Луч электрического фонарика Кота остановился на полуразрушенной мельнице. Кот выключил фонарь, сделал еще несколько шагов вперед и обернулся к Буришке:

— Останови колесо! — приказал он.

— Зачем? — удивленно откликнулся молодой пограничник. — Ведь оно никому не мешает. Хоть какой-то, да звук в здешней глухомани!

— Именно поэтому.

Буришка с сомнением покачал головой, но выполнил приказ, и через мгновение необычная, удивительная тишина воцарилась вокруг. Буришка возвратился, отер руки о штаны и с наигранной веселостью воскликнул:

— Готово! Приказ выполнен, с сегодняшнего дня не мелем.

— Давно стоило бы догадаться, — отозвался Кот, — что такой шум в кромешной тьме для нарушителя спасение.

Пограничники, вытянувшись цепью, шли прямо к болоту. Беран по-прежнему держался за Котом, следом за Бераном шел Палечек. Неожиданно в тишине, нарушаемой лишь чавканьем болотной жижи, послышался взволнованный голос Берана:

— Вот здесь это и случилось!..

— Что именно? — отозвался Кот.

— Здесь я встретил Килиана. Но это было очень давно. Представьте себе, он пробрался из Баварии через трясину в эти места, да еще с перебитой ногой! Тогда его преследовали жандармы с той стороны. Подождите… это случилось ровно двенадцать лет назад… Ну, что ты скажешь, лесничий?

Палечек подернул в темноте плечами.

— Видишь ли, Йозеф, я здесь не был… Но отец мой как-то рассказывал, что через трясину с той стороны сюда пробрался олень. Кто знает! Контрабандой в этих местах занимаются уже тысячу лет, однако чтобы пробраться через эту трясину?!

Беран упрямо покачал головой:

— Здесь есть проход, поверьте, я вам говорю.

Послышался несколько язвительный голос Кота:

— Пепик, признайся, сколько литров вина ты на этот раз выдул?

Для Берана это было слишком.

— Да нет же, — проговорил он почти жалобно. — По-вашему, я все это выдумал?

Начались поиски. Около часа пограничники прочесывали берегу самого края трясины. Все было напрасно: в этой непроглядной тьме можно было пройти в двух шагах от притаившегося беглеца и все равно не заметить его.

Поисковая группа повернула назад. Земан спросил погруженного в раздумье мрачного Кота:

— А где теперь этот Килиан?

Начальник заставы обернулся к трясине, достал из кармана сигарету и начал было рассеянно прикуривать. Земан поспешил поднести ему огонь. Кот затянулся, помолчал, стряхнул пепел. Воздушный поток подхватил и унес мерцающую искорку.

— Он живет теперь там, напротив, в Баварии.

— Может быть, где-нибудь подальше?

— Нет. Совсем близко.

В машине, на обратном пути в Хамры, Земан заснул мгновенно, сраженный усталостью.

2

Разбудили Земана в половине восьмого. Страшно хотелось спать, но Громадка продолжал трясти его и кричал:

— Готовься! В восемь в канцелярию! Пойдешь со стариком!

В помещении было светло из-за удивительно белого, все еще густого тумана. Земан спустился в подвальное помещение, где находилась примитивно оборудованная кухня. На плите всегда стояла кружка с черным кофе, на кухонном столе лежал каравай хлеба.

Земан безучастно жевал хлеб. Он вспомнил ее, едва открыл глаза. Он должен к ней пойти. Должен ее увидеть. Почему-то вспомнил, что у нее в волосах была лента.

Доев хлеб, Земан тщательно осмотрел оружие. Он был родом из деревни, и в его семье придерживались старой охотничьей традиции: оружие должно содержаться в чистоте. По окончании школы Земан приехал в Прагу и нанялся на работу в слесарную мастерскую; теперь автомат чем-то напомнил ему дни в мастерской.

Кот уже сидел в канцелярии. Возле его ног на полу растянулся черный пес по кличке Блеск. Он настороженно осмотрел нового пограничника.

— Автомат, — приказал Кот.

Он остался доволен осмотром, но ничем не показал этого.

— Возвратимся к вечеру, — на ходу буркнул Кот Громадке, и тот впервые за все время удовлетворенно улыбнулся.

— Могу я забежать за сигаретами? — спросил Земан, когда они вышли на улицу.

— Не задерживайся долго.

Земан, перескакивая через лужицы, вбежал в магазин. Ему повезло: в столь ранний час еще не было покупателей. На этот раз он не забудет заплатить… Она вышла откуда-то из складского помещения и безразлично положила на прилавок около Земана две пачки сигарет. Он не спеша заплатил. Ничего остроумного не приходило ему в голову.

— Как вам спалось? — спросил Земан, лишь бы начать разговор.

Она прислонилась к полке. Через витрину ей был виден Кот, стоявший на противоположной стороне дороги. Все остальное скрывалось в тумане. Ей было холодно. Вот-вот должен подъехать фургон с молоком. Не зная, что делать дальше, она взяла бидон из-под молока и вынесла его из-за прилавка.

— Почему именно мне, а не вам?

Земан засмеялся:

— Мне не очень-то удалось!

— Это и понятно. Всякая свадьба кое-чего стоит.

— Да, вы правы. На такой свадьбе я был впервые.

Она вернулась за прилавок. Здесь она чувствовала себя увереннее. На мгновение ей вспомнилась собственная свадьба, Павел… Та бедная свадьба была в последнем военном году. Она вздохнула:

— Главное, чтобы они были счастливы…

Земану было жаль ее. Вот уже полтора года она сидит тут и ждет мужа. Об этом говорил Кот, а ему можно верить. Земану тоже хотелось иметь такую жену, которая умела бы ждать. Вместе с тем он страстно желал, чтобы женщина, стоявшая напротив, перестала ожидать кого-то. Он сказал:

— Порой жизнь складывается не так, как хотелось бы, не правда ли?

Она поняла, куда он клонит, как поняла и то, что ему уже обо всем рассказали. Взяла какую-то бумажку и начала ее разглаживать. Когда-нибудь она бросит все и убежит отсюда. Туда, где много солнца и где ничто не будет напоминать ей о жизни с Павлом и о смерти того ребенка.

Земан мгновенно угадал ее мысли.

— Знаете ли вы хотя бы, где он и что с ним? — спросил он несколько бестактно. — Он пишет вам?

Земан увидел, как затуманились ее глаза. Губы сжались. Руки перестали расправлять бумагу.

— Вы спрашиваете об этом по долгу службы? По-моему, вам пора уже оставить меня в покое…

— Извините… я не подумал… Не хотел обидеть вас. Просто интересно узнать об этом.

— Уже полтора года ничего не знаю о нем.

«Может, его уже нет в живых, — молнией промелькнула у нее мысль, которая никогда раньше, даже в минуты самого неистового отчаяния, вызываемого напрасным ожиданием, не приходила ей в голову. — Боже, не допусти этого! Не допусти!»

— И вы все еще ждете его?

Она снова посмотрела через витрину на туман — Кот все так же стоял на прежнем месте и смотрел в их сторону.

— А что мне остается делать?

Она и так слишком много сказала этому человеку. Слезы навернулись на ее глаза. Последнее время с ней случается такое все чаще и чаще: слишком долго она была одинокой. Она наклонилась за другими бидонами, чтобы спрятать глаза, вынесла их из-за прилавка, и тут Земан внезапно преградил ей дорогу и проговорил срывающимся от волнения голосом:

— А я бы знал, что делать.

Она так и застыла перед ним, держа бидоны в обеих руках. Не сознавая, что делает, Земан мгновенно обнял ее за плечи и порывисто поцеловал. Она не ожидала ничего подобного. Зажмурила глаза, руки стали какими-то беспомощными, бидоны с грохотом покатились по затоптанному полу холодного помещения. Она вырвалась из его рук и дала ему пощечину. Затем еще одну. Земан только моргал. На улице у дверей прогудела сирена автомашины. Он слышал, как она затормозила у двери магазина. Схватив оба бидона, Земан выбежал с ними на улицу и чуть не сшиб около дверей грузчика, спрыгнувшего с кузова автофургона. Тот с недоумением посмотрел на пограничника и внезапно расхохотался: