Рудольф Баландин – 100 великих парадоксов (страница 56)

Вдруг – новость: прибор трижды проверила комиссия из Академии наук, и каждый раз на входе количество тепла было меньше, чем на выходе из прибора. Мою статью отложили до лучших времён. Долго ждать не пришлось. Появилась в газете «Правда» статья трёх академиков, клеймивших лженауку и погоню за сенсациями. Фактов они не предоставили, но достаточно было их авторитета, и победила вера в то, что чудес не бывает.

Мою статью срочно поставили в номер. Но у меня возникли сомнения: неужели проблема решается так просто, как я написал? Если прибор берёт дополнительное тепло из воздуха (ведь его температура значительно выше абсолютного нуля), то почему не делать такие обогреватели? Велика ли беда, что на улицу выбрасывается более холодный воздух? А экономический эффект очевиден.

Позже я пришёл к выводу, что дело не только в замерах на входе и выходе прибора количества тепла. Прибор потреблял электрическую энергию высокого качества, переводя её в примитивную тепловую. Считая общие потери энергии, следовало бы учесть всю цепь её превращений, начиная от угольных пластов, шахт, ТЭЦ и т. д. В результате потери в миллионы раз превысят полученное полезное тепло…

Моя первая статья вышла под заглавием «Чудо, которого не было».

Однако с тепловой смертью Вселенной, с рассеянием энергии в мировом пространстве (ростом энтропии) не так просто (в книге немецкого физика Феликса Ауэрбаха энергия названа царицей мира, а энтропия – её мрачной тенью). В Интернете встретилось высказывание неизвестного мне А.В. Галанина: «Назревает очередная революция в физике. Кто-то гениальный создаст новую теорию, в которой энергия может не только рассеиваться во Вселенной, но и собираться. А может, в чёрных дырах она и собирается? Ведь если есть механизм рассеяния вещества и энергии, то обязательно должен быть и противоположный ему процесс концентрирования материи. Мир зиждется на единстве и борьбе противоположностей».

Новую теорию я не создам, но могу предложить нетривиальную и вполне научную гипотезу. Не требуется присутствие «демона Максвелла». Достаточно вспомнить о существовании вакуум-эфира.

Из этого «океана энергии», как уже говорилось, в определённых условиях возникают элементарные частицы, например, электрон и позитрон. Это похоже на то, как водяной пар конденсируется в капли. Есть и обратный процесс: капли испаряются, переходя в водяной пар. Подобно этому, элементарные частицы аннигилируют, растворяясь в океане энергии вакуум-эфира.

Не требуется чуда, чтобы избавиться от призрака тепловой смерти Вселенной. Но в таком случае придётся обосновать и превратить в теорию другую идею: подлинными элементарными частицами являются электрон и позитрон, носители отрицательного и положительного электрических зарядов. Прочие частицы не элементарны, а состоят из этих двух, способных находиться в виде корпускул и плёнок (так вода бывает жидкостью, газом и твёрдым телом).

Есть и другие сложности с обоснованием «новой физики». Но она, надеюсь, будет создана. Чтобы это произошло, самое трудное – преодолеть инерцию мышления физиков-теоретиков, верующих в такие феномены, как волна-частица и теория относительности с её чудесами.

Казус парадокса близнецов

Парадокс близнецов считается одной из недоступных уму заумностей теории относительности Эйнштейна. Напомню: если запустить в космос на несколько лет с околосветовой скоростью одного из близнецов, скиталец вернётся менее постаревшим, чем его брат.

Да, это уму непостижимо. Даже не парадокс, а нечто невероятное. Брат-астронавт отбыл от Земли и скитался в космосе в одной и той же ракете. При ускорениях движения он испытывал перегрузки. А вернувшись на родную планету, оказался моложе своего близнеца. Почему?!

Для объяснения в книге профессора А.Д. Чернина «Физика времени» (1989) и в других работах приведён мысленный эксперимент. Наблюдатель стоит на платформе, а пассажир в поезде, проносящемся мимо, стоит в вагоне, где фонарь посылает свет вниз, на зеркало, которое отражает луч.

Для пассажира путь света от фонаря A к полу B и обратно будет равен удвоенной высоте вагона 2L.

Иное увидит неподвижный наблюдатель. Пока двигался луч, поезд проделал путь V/t = S. Наблюдатель увидит, что луч шёл наклонно от А к точке В', удалённой от В на расстояние S, и отсюда также по наклонной отправился вверх к точке А', удалённой от А на 2S.

По часам наблюдателя за время t свет проделал путь больше, чем 2L. Для пассажира свет прошёл два катета, а для наблюдателя – две гипотенузы. Но если скорость света неизменна, то с позиции наблюдателя время в поезде идёт медленнее, чем на платформе.

А.Д. Чернин сделал вывод: «Время между двумя событиями, измененное из разных систем отсчёта, оказывается, таким образом, различным. В той системе, где сами эти события произошли, время между событиями меньше, чем в другой системе, которая движется относительно неё и из которой наблюдают те же события».

Увы, мнимое явление выдано за реальность.

Итак, наблюдатель отметил: путь луча в вагоне длинней, чем видит пассажир. Почему так получилось? Подумав, он поймёт: на видимую траекторию луча влияет движение поезда. Не может время в вагоне растягиваться, это не резина! Наблюдателю кажется, что свет проделал более длинный путь с увеличенной скоростью.

Наблюдатель не отличает кажущиеся события от объективных. Его не интересует реальность, отвлекающая от математических манипуляций.

Полет в Космос сделал одного из близнецов моложе своего брата

Повторим опыт с изменёнными условиями. Пассажир стоит спиной к движению; свет от фонаря направлен не вертикально, а под углом против движения поезда. Луч ударяется в зеркало, отстоящее от вертикали (точка В1) на расстояние S к точке В'', где лежит зеркало, и отражается под тем же углом в точку А'' на потолке.

Поезд проносится мимо наблюдателя. Пассажир включает свет, который идёт наклонно (по двум гипотенузам). Пока двигался луч, поезд проделал путь V/t = 2S. Наблюдатель на платформе увидит, что луч ударился и отразился точно по вертикали (по длинному катету).

С позиции наблюдателя свет в вагоне затратил меньше времени, чем с позиции пассажира. Получилось, будто время в вагоне шло быстрей, чем на платформе! Пассажир будет стареть быстрей, чем стоящий на земле.

Опыты проводились лишь с некоторыми изменениями условий эксперимента, а результаты получились прямо противоположными. В первом случае время в вагоне было замедленным, а во втором – ускоренным. Вывод ясен: и то и другое не более чем иллюзия.

Эти два опыта доказывают: время в вагоне и на платформе одно и то же, измеряемое в принятых условных единицах.

«Замедленное» или «ускоренное» время в вагоне – иллюзия наблюдателя, который находится в определённом положении по отношению к движущемуся поезду.

Ещё один вариант опыта. На платформе установлен прибор такой же, как в поезде. Теперь наблюдателем стал пассажир поезда, а опыт со светом проделывает человек на платформе. В таком случае, как пишет А.Д. Чернин, мы получим «в точности те же сообщения, только теперь они поменяются ролями», ибо «“полевая” лаборатория покоится только относительно поля, но движется относительно поезда».

Это уже парадокс парадокса! Где это видано, чтобы поле, на котором стоит платформа с лабораторией и по которому проложены рельсы, находилось в движении, тогда как поезд оставался неподвижным?!

Для придуманной схемы нет разницы, движется ли поезд мимо платформы, или платформа, стоя на земле, движется мимо поезда. Такая безумная аналогия призвана доказать теорию относительности!

Однако движется именно поезд, на что тратится энергия. Человек, спрыгнув с платформы перед идущим поездом, погибнет. Пассажиру, вздумавшему на ходу выйти из вагона на платформу, не поздоровится, но шансов остаться в живых у него больше. Попасть под поезд, это не то что сойти с него.

Глядя с платформы на окна проносящегося мимо вагона, мы видим лица пассажиров как бы растянутыми по ходу движения. Наблюдатель-теоретик может утверждать, что пространство поезда растянуто по отношению к неподвижному пространству платформы. Не обременённый излишком знаний человек на платформе сообразит, что так ему показалось. Он даже и соображать не будет: это сделает за него подсознание, откорректировав восприятие движения.

Итак, мысленный опыт с поездом доказывает: астронавт в ракете не станет моложе, ибо замедление времени в ракете мнимое. Он живёт, старея, в том же реальном времени, что и на Земле.

Согласно общей теории относительности, при огромных ускорениях (при огромной силе гравитации) часы замедляют ход. Из этого делается вывод, что близнец в ракете, испытывая такие перегрузки, должен стареть медленней, чем его брат на Земле.

Увы, такие перегрузки способны сократить жизнь астронавта или любого живого организма до минимума.

…В теории относительности время обретает способность «растягиваться», в зависимости от того, где находится наблюдатель и с какой скоростью движется наблюдаемая им система с таким «растяжимым временем». Кажущийся, наблюдаемый в мысленном эксперименте «эффект» предлагается считать реальным.

Когда мы следим за летящим на большой высоте самолётом, он видится нам крохотным, а его скорость кажется меньше, чем у пролетающей над нами вороны. Разве от этого изменилось пространство и время для пассажиров самолёта?