Роже Гароди – Мифы израильской пропаганды. Земля обетованная или земля завоёванная? (страница 37)
Нападение на «Флотилию свободы» показывает, насколько серьёзно Израиль воспринимает солидарные международные усилия по снятию блокады Газы. Израильский истеблишмент был готов столкнуться с ещё одним международным протестом против насилия ради того, чтобы показать пример остальным. Вот как пишет об этом в своем блоге «Informed Comment» эксперт по Ближнему Востоку Хуан Коул:
«Возможно, смерти и ранения были откровенным и жестоким предупреждением тем активистам, которые в будущем пожелают оказать помощь Газе: предупреждением о том, что, создавая новые флотилии для помощи палестинцам, они рискуют жизнью. Израильские крайние правые, возможно, почувствовали, что в противном случае возникнет опасность того, что через несколько месяцев соберется ещё более крупная флотилия и что в конечном итоге блокада Газы будет нарушена».
Если именно это и было, по сути, целью Израиля, то как минимум в одном его действия возымели обратный эффект. Во вторник египетское правительство под давлением растущего недовольства по поводу израильской агрессии объявило, что открывает границу с сектором Газа «на неограниченное время». Ранее Египет закрыл свою границу с Рафахом, что сыграло решающую роль в поддержании блокады Газы и сделало Египет младшим партнером США и Израиля.
Тем не менее израильские лидеры могут надеяться на то, что ситуация будет складываться в их пользу до тех пор, пока на их стороне будет поддержка правительства США.
Это решающий фактор во всех их расчетах. Израиль нуждается в поддержке со стороны правительства США — не только в политической поддержке, нейтрализующей международную оппозицию в Организации Объединенных Наций и в других местах, но, что еще более важно, в 3 миллиардах долларов, ежегодно предоставляемых Вашингтоном своему сторожевому псу на Ближнем Востоке.
«Похоже, израильтяне принимают решения, исходя из предположения, будто им сойдет с рук всё что угодно», — пишет комментатор «Атлантик» Эндрю Салливан в конце длинного поста в блоге, посвященного израильскому вторжению. То, что даже такой далекий от радикализма человек, как Салливан, выразил столько гнева в адрес Израиля, является признаком того, что мнения в США изменились даже в среде политически умеренных деятелей.
Но в конечном итоге Израилю может сойти с рук практически что угодно — до тех пор, пока он вправе рассчитывать на поддержку правительства США. Вот почему именно американские противники войны Израиля с Палестиной должны восстать против того курса, которого придерживается Вашингтон, оказывая Израилю политическую и финансовую поддержку.
Мы можем начать с противостояния лжи израильской пропаганды с помощью правды — и обеспечить верное изложение всех фактов, связанных с рейдом спецподразделений на «Флотилию свободы» и беспощадной блокадой, в которую попали полтора миллиона палестинцев Газы. Мы можем и дальше развивать движение за бойкот Израиля, изъятие его капиталовложений и введения санкций в его отношении — и создавать организацию для прорыва блокады сектора Газа.
История и «мораль» этнической чистки
Я приехала в Израиль 40 лет назад, и прошло немало лет, пока я поняла, что в основе существования страны, какой мы видим ее сегодня, лежит непрекращающаяся этническая чистка палестинцев. Началась она давно, и порождена главной ошибкой сионистского движения, задавшегося целью создать национальное еврейское государство в месте, уже населенном другим народом. В такой ситуации нравственно оправданно было бы стремиться, в крайнем случае, к созданию двунациональной страны, потому что строительство национального государства предполагает, по определению, этническую чистку прежних жителей.
Суть этого заблуждения давно понял Альберт Эйнштейн. Вскоре после Первой мировой войны он «сетовал, что сионисты не делают достаточно для того, чтобы прийти к соглашению с палестинскими арабами». Он высказывался в пользу двунационального решения в Палестине и предупреждал Хаима Вейцмана о возможности возникновения национализма «в прусском духе».
Сионистское движение не вняло этим предупреждениям. И вот сейчас, почти век спустя, возникло еврейское национальное государство, где у власти стоят воинствующие националисты, упорно продолжающее колонизацию и «евреизацию» территорий под израильским контролем с обеих сторон «Зеленой линии» (границы 1967 года). Этот процесс упорно продолжали все израильские правительства — в последнее время под маркой ни к чему не ведущих «переговоров» с президентом Аббасом. В нем участвует большинство израильских институтов. Поколения молодых израильтян, одно за другим, идут в армию, поддерживая этот процесс военной силой. У молодежи промыты мозги, и она искренне считает, что армия ведет «борьбу за существование Израиля». Но автору статьи, как и многим другим, очевидно, что для выживания еврейской общины в этой стране необходимо создать действенные механизмы сосуществования с палестинцами. Без этого Израиль под лозунгом «борьбы за существование» готовит, по сути, свое самоубийство.
Давно сложившееся мировоззрение правящих кругов Израиля подытожил в своей недавней книге “Palestine Inside Out” (Палестина наизнанку) американский ученый Сари Макдиси (Saree Makdisi). Он пишет, что «оккупация — лишь одна из сторон постоянно проводимой Израилем политики постепенного вытеснения коренного палестинского населения с их земель. Осуществлять ее начали еще до создания государства, и все разнообразные приемы оккупантов: строительство незаконных поселений, конфискация земли, разрушение домов и тому подобное служат достижению этой цели».
Если вы сомневаетесь в такой оценке, вспомните высказывания самого Бен-Гуриона, сделанные им еще до создания государства (до 1948 года Бен-Гурион был лидером сионистского движения, а затем — первым премьер-министром Израиля).
«Принудительный трансфер [палестинских] арабов с территории, на которой должно возникнуть еврейское государство даст нам то, чего у нас никогда не было, даже когда в дни Первого и Второго Храма здесь находились только мы! Нам дана возможность, которая превзошла наши самые буйные фантазии. Это больше, чем государство, правительство или суверенитет — это возможность нашего национального единения в родном и свободном доме».
«Осуществив принудительный трансфер, мы приобретем обширную территорию [для поселений]. Я за принудительный трансфер, и не вижу в нем ничего безнравственного».
В ходе войны 1948 года примерно две трети палестинцев были фактически изгнаны из своих домов только что созданной израильской армией, а одна треть стала беженцами, спасаясь от опасностей войны. Всем им — от 750 тысяч до миллиона человек — не было позволено вернуться в Израиль после соглашения о перемирии, а их дома и имущество были уничтожены или присвоены израильским государством.
Среди распространенных заклинаний, которыми хотят оправдать это в глазах израильтян, есть и такое: «Израиль согласился с предложенным ООН планом раздела, но арабы не захотели его принять, так что вина за случившееся впоследствии лежит на них». При этом предпочитают умалчивать о том, что палестинские арабы составляли (по данным ООН) от трети до половины жителей территории, которая была предназначена евреям для создания своего очага. Почему эти люди, чьи предки жили здесь многие поколения, должны были согласиться с тем, что окажутся на территории «национального очага», предназначенного другому народу? Вообразите, например, реакцию французских бельгийцев, если бы ООН решила сделать их страну «национальным очагом фламандцев».
Главные аксиомы, которые вдалбливают израильтянам с детского сада, это, что вопрос в 1948 году стоял: «Либо — мы, либо — они», что «Если бы мы не создали государство с еврейским большинством и сильной армией, арабы сбросили бы нас в море» и т. п. У меня на этот счет есть сомнения, но допустим, что так оно и было. И вот пришел 1967 год, а с ним — Шестидневная война: еще одна глава израильской «борьбы за существование» с неуемными арабами, которые не оставляют попыток сбросить нас в море. Я, как и огромная часть моих соотечественников, много лет верила, что в 1967 году действительно возникла угроза самому существованию Израиля, пока не наткнулась на несколько красноречивых цитат наших собственных лидеров:
· «Нью-Йорк таймс» привела слова премьер-министра Менахема Бегина (1977—83), сказанные им в августе 1982 года: «В июне 1967 года у нас был выбор. Сосредоточение египетской армии на подступах к Синаю не доказывало, что президент Гамаль Абдель Насер (1956–1970) действительно собирался на нас напасть. Мы должны быть честны сами с собой: это мы решили напасть на них».
· Ицхак Рабин, дважды занимавший пост премьер-министра Израиля (в 1974—77 и в 1992—95 году) в феврале 1968 года высказался во французской газете «Монд»: «Я не думаю, что Насер хотел войны. Двух дивизий, которые он направил на Синай 14 мая, было недостаточно, чтобы начать наступление на Израиль. Он это знал, и мы тоже это знали».
· Командующий израильскими военно-воздушными силами во время Шестидневной войны, генерал Мордехай Ход, в 1978 году сказал: «В первые восемьдесят минут было осуществлено то, что планировалось шестнадцать лет. Этому плану мы посвятили всю нашу жизнь. Мы засыпали и просыпались с ним. Он был нашей пищей. Мы постоянно его совершенствовали».