Розанна Батиджелли – Убежище ледяной страсти (страница 3)

По крайней мере, подумала она, он, должно быть, холостяк, потому что не было никаких упоминаний о жене или подруге…

Ронни украдкой взглянула на Реда. Он скинул капюшон, открыв копну волос цвета полированной меди, с завитками на концах. Его скулы и подбородок покрывала густая рыжая щетина, по крайней мере недельной давности.

И все же она не могла отрицать, что он довольно мил и хорош собой. Хотя определение «милый» не совсем подходящее слово для этого… этого викинга.

Он перехватил ее взгляд, и Ронни смутилась, не зная, что сказать.

Ее щеки зарделись, и ей захотелось открыть окно, чтобы остудить горящую кожу.

– Как далеко ваш дом? – выпалила она.

– Не терпится полакомиться пиццей, да? – подначил он, улыбаясь и демонстрируя безупречные зубы.

Внезапно грузовик резко вильнул влево, Ронни вскрикнула и зажмурилась, привалившись к плечу Реда. А когда снова открыла глаза, то увидела, что они движутся по довольно узкой и пустынной однополосной дороге, слабо освещенной фонарями. Никаких домов не было видно. Ронни села ровно и вглядывалась в темноту сквозь мельтешение дворников. Интересно, куда он ее везет?

Сердце Ронни билось в такт с барабанящими по лобовому стеклу каплями ледяного дождя. И тут она заметила возникшие прямо перед ними ворота, богато украшенные в викторианском стиле, по бокам от которых стояли крепкие фонарные столбы. Ее взгляд метнулся к Реду, который притормозил и нацелил пульт на ворота.

– Сезам, откройся, – драматично приказал он, и глаза Ронни расширились, когда двойные ворота распахнулись, а затем закрылись, как только они оказались внутри.

Мгновение спустя в ее поле зрения возник величественный трехэтажный викторианский особняк с фронтонами и арками. Эркерные окна светились в темноте, как яркие глаза. A гирлянда огней, висевшая над крыльцом, огибающим дом, мерцала, двигаясь вместе с ветром и ледяным дождем. Ред остановился на круглой подъездной дорожке, примыкающей к парадному крыльцу.

– Добро пожаловать в мою «лачугу», – сказал он, ухмыляясь. – Я открою вашу дверь.

Он надвинул капюшон и выпрыгнул из кабины, обежал ее и открыл пассажирскую дверь, помогая Ронни выйти. Ступенька уже обледенела.

– Позвольте проводить вас в дом, Вероника или Ронни, а потом я вернусь за пиццей.

Он галантно поддерживал ее под локоть, пока они поднимались по ступеням парадного крыльца.

– Не хочу, чтобы вы, не дай бог, поскользнулись и разбились, не то ваш кузен уничтожит меня. – Он отворил входную дверь с витражным стеклом и посторонился, давая ей войти.

Ронни так и застыла на пороге, пораженная роскошным интерьером фойе: пол из сердолика и черной плитки, стулья с высокими спинками, обтянутые кремовой кожей, антикварные шкафы – все это напомнило Ронни ее любимую детскую книжку Клайва Льюиса «Лев, ведьма и гардероб».

– Позвольте помочь вам снять куртку, Ронни.

Протяжный голос Реда вывел ее из состояния задумчивости, вернув в действительность. Она сняла парку, и он повесил ее в шкаф. Пока она витала в облаках, он уже успел снять и свою куртку, и Ронни не могла не отметить, как ему идет серо-голубой свитер ручной вязки под цвет его глаз и синие джинсы. Высокий и широкоплечий, он напоминал ей футболиста. А его медно-рыжие волосы явно свидетельствовали об ирландских корнях.

– Пойду принесу пиццу, а вы устраивайтесь поудобнее в салоне, – улыбнулся он. – Наверное, зря я снял парку…

Она последовала за Редом в просторный салон с богато украшенным камином, по бокам которого высились встроенные книжные полки с классикой и современными произведениями литературы. Напротив камина стояли два кожаных кресла, а в алькове она увидела элегантный антикварный столик красного дерева и такой же стул возле огромного окна. Ронни казалось, что она очутилась в другой эпохе. Она перевела взгляд на резную дубовую лестницу, ведущую на второй этаж, а затем еще выше, на арочный потолок с рельефом из роз. Она представляла, как выглядит второй этаж.

«И вот в таком великолепии ты, возможно, будешь ночевать», – нашептывал ей внутренний голос.

– Ну, и как вам моя берлога?

Ронни вздрогнула от неожиданности. Она так увлеклась разглядыванием интерьеров, что не слышала, как Ред вернулся.

– Хм, похоже на берлогу из сказки, – сухо ответила она. – Я бы не удивилась, если бы увидела спускающуюся по лестнице Красавицу в шикарном наряде и чудовище, которое за ней следует.

Ред ухмыльнулся:

– Смею вас заверить, что никаких чудовищ в доме не водится, но я могу в него превратиться, если немедленно не съем кусок пиццы. Давайте вместе ее съедим, а потом я покажу вам покои Красавицы.

Она прошла за ним в просторную кухню, оборудованную по последнему слову техники. Ред поймал ее взгляд и заметил:

– Вы, вероятно, удивлены, почему я купил пиццу, имея такую кухню. Просто мне порой нужна передышка. Я не могу готовить блюда высокой кухни каждый день.

Ронни цинично улыбнулась. А этот викинг, видно, парень не промах. Знает, как произвести впечатление на противоположный пол…

Она наблюдала, как он вымыл руки и быстро накрыл на стол, не забыв про бутылку вина.

– Вы позволите? – спросил он, беря ее бокал.

Ронни покачала головой:

– Мне воды, пожалуйста.

Она села за стол. Ред налил ей воды, а себе вина.

– За удачное прибытие домой, – провозгласил Ред, поднимая бокал.

– К вам домой, – поправила она. – Я буду праздновать, когда доберусь до своего дома.

– Вы ведь живете в «Зимней гавани?» – уточнил он.

Ронни отпила глоток воды.

– С недавнего времени, – коротко ответила она, давая понять, что не расположена распространяться о своей личной жизни, и взяла кусок пиццы. На самом деле ее терзало любопытство, и ей не терпелось задать ему кучу вопросов. Например, чем он занимается по жизни? Как он свел дружбу с Кассоном? Из каких мест он родом? Есть ли у него подруга? Что он делает в этом викторианском замке?

– Я позвонил Кассону, – заметил он, принимаясь за пиццу. – Он был рад услышать, что вы в безопасности.

Ронни кивнула и бросила взгляд в окно. Ледяной дождь барабанил по стеклу. Врагу не пожелаешь оказаться в такую погоду на дороге.

– А я буду рад, когда получу прощение от вас, – сказал он, отправляя в рот добрый кусок пиццы.

Ронни перестала жевать и удивленно посмотрела на Реда.

– Простить вас? За что? – А потом добавила: – Кажется, я поняла. За вашу роль в том, что меня занесло и я съехала в кювет. Пожалуй, вы более-менее прощены.

– Ничего себе! – воскликнул он. – А вы, однако, безжалостны, мадам! Я спас вас из снежного плена и привез в приличное и безопасное место, а вы… – Не закончив фразу он воздел руки к небесам.

Ронни в недоумении тряхнула головой. Что он за человек? Может, актер из местного театра? Эта его склонность к драме…

И тут Ронни заметила, как дрогнули уголки его губ.

– Пожалуй, вы заслужили мое окончательное прощение, – произнесла она и уткнулась в свою тарелку с едой.

– Уфф, слава богу, – откликнулся он. – Теперь я смогу спать спокойно. Не стесняйтесь, Вероника или Ронни, угощайтесь, – предложил он, кивнув на блюдо с пиццей.

Ронни надула губы.

– Вы можете выбрать одно мое имя, – сказала она. – я предпочитаю Ронни.

– Хорошо, пусть будет Ронни, – согласился он, подавив улыбку.

Ред чувствовал, что девушка напряжена. И немудрено. Она еще легко отделалась.

– Вы отказались от вина, а не хотите ли травяного чая? – предложил Ред.

– Благодарю вас, но я, пожалуй, допью воду, а потом, если вы не возражаете, проводите меня в комнату для гостей, и желательно без привидений.

Ред ухмыльнулся:

– Духи обитают только в моем кабинете, вон там. – Он махнул рукой в сторону коридора.

Он наблюдал, как она задумчиво скрестила руки на груди. Она выглядела очень молодо: на лице ни грамма косметики, волосы собраны в конский хвост, фланелевая рубашка в сине-красную клетку и джинсы. На вид ей лет двадцать семь – двадцать восемь.

Она пристально на него посмотрела:

– Вы в этом уверены? У такого особняка непременно должна быть своя история. Ему наверняка лет сто или больше.

– Сто пять, если быть точным, – сказал Ред. – И особняк всегда был под хорошим присмотром. Он своего рода цитадель искусства. – Ред почувствовал, что Ронни хочет подробностей и об особняке, и, возможно, о его хозяине.

– Завтра утром я покажу вам дом, если захотите. А сейчас пора уложить вас в постель.

Ее брови изумленно взметнулись вверх, и он мысленно укорил себя за двусмысленно прозвучавшую фразу. Ему совсем не хотелось смущать девушку. Ей и без того сегодня досталось.

– Простите меня за бестактность, – извинился он. – Можем немного посидеть у камина.