Розанна Батиджелли – Повторившаяся любовь (страница 17)

Он наблюдал, как ее легкий румянец усилился, ее ресницы затрепетали, вызвав у него волну возбуждения.

Увидев, что Бьянка закончила есть мороженое, Дэвид оплатил счет и попрощался с Агостино, тихо добавив, что скоро свяжется с ним.

Они сели в машину, и он проверил, что Бьянка надежно пристегнута. Потом он взглянул на Нэв. Она держала рисунок Бьянки и задумчиво смотрела на него. А потом оглянулась и поймала его взгляд. Он думал, что она тут же отвернется, но она не отводила глаз… пять секунд… десять…

— Дядя Дэвид, я устала. Мы возвращаемся?

Дэвид вздрогнул и оглянулся на Бьянку:

— Да, прямо сейчас, милая. Закрывай глазки, скоро будем дома.

Через несколько минут Бьянка уснула. Дэвид, маневрируя на выезде из города, чувствовал напряжение в шее и плечах. Когда вернется домой — обязательно расслабится в джакузи. Он испытывал эмоциональное истощение, ему нужно осмыслить все то, что произошло между ним и Нэв.

Ему хотелось задать ей множество вопросов. И он был уверен, что ей тоже есть что спросить. Ему показалось, что у Нэв с матерью напряженные отношения. Лоис Уайлдер контролировала дочь и манипулировала ею. Большинство матерей хотят хорошей партии для своих дочерей. Но она нашла способ, чтобы предотвратить их встречу. Интересно, как она поступала с другими парнями Нэв?

Дэвид похолодел, вспомнив содержание записки. О том, что ему необходимо знать свое место. Конечно! Он не подходил под образ хорошего парня, созданный в воображении Лоис. Он был в грязной одежде, работал на ферме… Она пришла в ужас, что его дочь могла связаться с простым трудягой.

Его охватили гнев и отвращение. Он терпеть не мог снобизм. И он почувствовал укол раскаяния за все те годы, в течение которых думал, что Нэв была снобкой. Восемь потраченных впустую лет. Годы горечи, сожалений и унижений. Хотя они не прошли для него даром. Презрительные слова, написанные Лоис, фактически подтолкнули Дэвида к достижению целей. Это подстегнуло его к написанию романа, имевшего такой успех, о котором он даже не мечтал. В этом смысле восемь лет не прошли впустую, но, с другой стороны, почти десятилетие его жизнь и жизнь Нэв были в руках ее матери, а они об этом даже не подозревали.

Дэвид не знал, как будут развиваться события дальше, но одно он понял наверняка: чувство, которое поселилось в его сердце с того самого момента, как он впервые увидел Нэв, никуда не исчезло. Возможно, оно немного ослабло, как пламя спички в ветреный день, но теперь, когда правда открылась, постепенно превращалось в бушующий огонь.

Когда он увидел боль в ее глазах после прочтения записки, весь негатив рассеялся. Ее обманула собственная мать, которой она полностью доверяла.

Когда машина уже взбиралась на гору к замку, Дэвид вдруг вспомнил о романе, работу над которым он приостановил после трагедии. Несчастный случай забрал у него время, эмоции, энергию. Он проводил с Бьянкой все время, пытаясь адаптировать ее к новой жизни и адаптироваться самому.

Он нанял сначала одну няню, потом другую, третью, но ни одна не оправдала ожиданий. Первая была недостаточно квалифицированной, вторая что‑то вынюхивала, третья пыталась соблазнить его.

Из‑за всех этих событий Дэвид не чувствовал желания возвращаться к писательству. Поэтому он решил заняться сбором материала. Действие романа будет происходить в пятидесятые годы, во время последней большой волны итальянской иммиграции. Чтение и обобщение фактов и деталей той эпохи позволяли ему двигаться вперед, даже если творческая часть пока отставала.

К счастью, оглушительный успех его первого роман дал ему необходимое время для горя и скорби, ему не приходилось беспокоиться о деньгах. И даже если издатель с редактором с нетерпением ожидали следующего литературного произведения, Дэвид не хотел ничего вымучивать из себя. Он знал, что желание писать вернется, рано или поздно.

И оно вернулось. Это случилось после того, как он увидел выражение глаз Нэв. Полное опустошение с осколками боли. Такое выражение могло быть на лице героини его нового романа после того, как она узнала о неверности мужа после переезда в чужую страну.

Дэвид подъехал к замку, чувствуя приподнятость и волнение. Сегодня он снова будет писать.

Глава 18

Бьянка слишком устала, чтобы принимать ванну и слушать сказку на ночь. Дэвид внес ее в замок на руках и поднялся по винтовой лестнице. Нэв смотрела на них, и от нежности у нее потеплело на душе. Его широкая спина, сильные руки… она покраснела, ее пульс учащенно забился. Хорошо, что он шел впереди и не видел ее лица.

Дэвид поцеловал Бьянку на ночь, Нэв помогла ей переодеться и уложила в кровать. Дэвид предложил Нэв выпить ромашкового чая или прохладного напитка, и она на мгновение замешкалась с ответом. Приведет ли это к дальнейшему обсуждению прошлого и роли ее матери в их судьбе? Или их ждет что‑то более интимное? Волна усталости захлестнула ее, и, хотя ей хотелось с ним пообщаться, она заставила себя отказаться от его предложения.

— Спасибо, но я лучше пойду спать. Сегодня был трудный день.

Он шагнул к ней и взял ее руки в свои. Его прикосновения были как электрические импульсы. Она чуть не застонала от возбуждения. Он поднес ее руки к губам и поцеловал.

— Мне нужно кое‑что сделать, но мы увидимся утром. Хорошо?

— Хорошо. — Ей удалось произнести это спокойным голосом.

Нэв смотрела ему вслед, как он вошел в свой кабинет, и почти пожалела, что не приняла его предложения.

И все‑таки, чуть позже нежась в ванне с душистой пеной, она осознала, что приняла правильное решение. По крайней мере, сегодня.

Она устала и была напряжена сильнее, чем ей казалось. Сделав дыхательные упражнения, минут через двадцать она вышла из ванной, чувствуя себя гораздо лучше. Завернувшись в полотенце, она легла на кровать.

Из окна тянуло легким теплым ветерком, и она чувствовала себя принцессой в роскошном замке. Прежде чем уснуть, она сняла с себя полотенце и бросила на пол. У нее была мысль достать из шкафа ночнушку, но… не было на это сил.

Ощущение прохладного атласа на обнаженной коже вывело Нэв из состояния летаргии. Она почувствовала медленное, чувственное покалывание вдоль ее нервных окончаний, которое лишь усилилось от мысли, что Дэвид находился в соседней комнате. Она представила, как он открывает дверь и подходит к ней…

Но он был ее боссом! Не важно, что восемь лет назад между ними промелькнула искра. Нельзя было даже помышлять о связи с ним. Да, это будет сладкой пыткой — жить с ним под одной крышей и выстраивать эмоциональный барьер, чтобы помешать ему приблизиться. Но другого выхода не было, пока она здесь работала.

И у нее не хватит духу сделать это из‑за Бьянки. Ребенку и так достаточно болезненных изменений в ее жизни, и она не хотела стать четвертой уволенной няней. Бедной девочке нужна была стабильность, и Нэв намеревалась выполнить свою работу, а также подготовить Бьянку к школе.

Измученная размышлениями, Нэв закрыла глаза, свернулась калачиком и уснула.

Дэвид уставился на только что напечатанный на ноутбуке абзац. Нахмурившись, изменил несколько слов, прочитал снова и улыбнулся. Он был на верном пути!

Потерев глаза, он взглянул на часы. Четвертый час ночи. Сцена была написана, и он чувствовал себя изнеможенным и довольным одновременно.

Он откинулся на спинку кожаного кресла, чтобы расслабиться. Опустив голову, стал поворачивать ее из стороны в сторону, растягивая шею. Звук шагов в коридоре заставил его оглянуться. Его первой мыслью было, что это Бьянка, но через несколько секунд в дверном проеме появилась Нэв в хлопковом халате, свободно завязанном на талии.

Ее волосы были взъерошены, она удивленно моргала, как будто изумленная тем, что увидела его здесь.

— Я… я проснулась, и мне показалось, что я что‑то слышала, — произнесла она хриплым голосом. — Открыла свою дверь и увидела свет в твоем кабинете. Подумала, что ты забыл его выключить…

Дэвид не смог сдержать улыбку.

— Спасибо, что беспокоишься о моих счетах за свет, Нэв.

Она бросила взгляд на его ноутбук:

— Ну, не буду тебе мешать…

— Нет, не уходи пока… входи.

Он закрыл ноутбук и встал перед ней.

— Я кое‑что хочу дать тебе. Небольшой подарок, чтобы выразить свою благодарность за отличную работу с Бьянкой. — Он протянул ей свою книгу. — Английский перевод еще не вышел.

Дэвид ощутил водоворот удовольствия, когда увидел расширившиеся глаза Нэв, ее улыбку. Она взяла книгу так осторожно, как будто это бесценное сокровище. Рассмотрела обложку, потом открыла книгу и прочитала посвящение: «Нэв, с восхищением и благодарностью».

Когда она подняла на него глаза, они были туманно‑голубыми.

— Спасибо, Дэвид, — сказала она, не в силах сдержать слезы.

Тихо застонав, он взял книгу из ее рук и положил на стол. Затем притянул ее к себе, одной рукой погладив по спине, другой прижав ее голову к своей груди. Вдыхая аромат ее волос, он наслаждался близостью, о которой так долго мечтал.

Его нестерпимо к ней тянуло, и он жадно приник своими губами к ее. Когда ее губы открылись ему навстречу, его охватило сильное возбуждение, как будто он попробовал плод, в котором ему было отказано почти десятилетие. Боже мой, подумал он. Его дыхание сбилось. Его поцелуи стали спускаться ниже, и он нетерпеливо развязал пояс ее халата, пока тот не упал на пол.