Розамунда Пилчер – В канун Рождества (страница 9)
– У тебя хорошая машина.
Снаружи у коттеджа зажегся свет, – видимо, Серена услышала шуршание гравия. Фонарь осветил открытую площадку с высокой гранитной стеной.
– Остановимся здесь, – скомандовал Джеффри.
Тут откуда-то выскочили две овчарки и с оглушительным лаем запрыгали вокруг машины.
– Не пугайся, – сказал Джеффри, – это Тарбой и Финдус. Они не кусаются.
– И Горацио не тронут?
– И его.
Они вышли из машины и выпустили Горацио. Собаки обнюхали его, и он с умиротворенным видом вскинул лапу под ближайшим развесистым кустом.
На Джеффри такая непринужденность произвела впечатление.
– Какой он породы?
– Неизвестно. Но хороший пес, спокойный и чистоплотный. Он может спать со мной в комнате. Я привезла его корзинку.
Джеффри открыл багажник «фиесты», вынул оттуда потертый чемодан и большой бумажный пакет.
– Приехала с собственным довольствием?
– Это еда для Горацио и его миска.
С заднего сиденья Элфрида достала корзинку Горацио и еще один объемистый бумажный пакет. Дверцы машины захлопнулись. Джеффри пошел по вымощенной плитами дорожке и повернул за угол дома, Элфрида последовала за ним. И сразу же на них налетел ветер с моря. Джеффри поставил чемодан Элфриды, отворил дверь, и она вошла в кухню.
Двое ребятишек, сидящие за столом, уставились на нее. Серена, раскрыв объятия, шагнула навстречу.
– Джеффри, ты и правда нашел Элфриду! Вот умница, отправился отвезти мусор, а возвратился с вами. Как точно рассчитал! Тяжелая была поездка, да? Хотите чая и что-нибудь перекусить? Ах, вы же еще не познакомились с ребятами. Это Бен, а это Эми. А это Элфрида, птички мои.
– А мы знаем, – сказал мальчик. – Вы ведь только о ней и говорили. – Он был темноволосый, а его младшая сестричка – светленькая.
Бен встал из-за стола и подошел пожать руку Элфриде, с интересом косясь на ее багаж в ожидании подарка. Он был смуглый, с темными отцовскими глазами и копной густых черных волос. Придет время, и этот парнишка разобьет не одно нежное сердечко, подумала Элфрида.
Джеффри оставил чемодан у лестницы и тоже вошел в кухню.
– Привет, папа.
– Привет, Бен. Сделал домашнее задание?
– Да.
– Молодчина. А ты, Эми?
– Давным-давно, – гордо ответила девочка и застеснялась. Она подошла к отцу и, обхватив его ногу, тесно прижалась к нему лицом. Элфрида решила, что дети необыкновенно похожи на Джеффри и очень красивы. Но ведь Серена тоже очень красива. Ее светлые, как у дочки, волосы скручены в узел и скреплены черепаховой заколкой, глаза ярко-голубые, на нежном лице россыпь веснушек. Она была в узких джинсах, которые делали ее длинные ноги еще длиннее, в синем пуловере и шелковом шарфике на шее.
– Какова программа? – спросил у нее Джеффри.
– Для Элфриды я сейчас приготовлю чай, если, конечно, она хочет. Или посидите у камина? А могу проводить вас в вашу комнату, Элфрида, если вы хотите распаковать чемодан или принять ванну.
– Когда ужин?
– Часов в восемь. Сначала я покормлю Бена и Эми.
Эми оторвалась от отцовской ноги и сказала:
– Сосиски.
– Прости, не поняла. – Элфрида шутливо нахмурила брови.
– У нас на ужин будут сосиски. И картофельное пюре. И запеченная фасоль.
– Как вкусно!
– А у вас кое-что другое. Мамочка приготовила.
– Не говори! Пусть это будет сюрприз.
– Курица с грибами!
– Эми! – завопил брат. – Тебе ведь сказали: не говори!
Элфрида засмеялась:
– Не сердись на нее. Я уверена, что это будет просто объедение.
– Ну так как же? – спросила Серена. – Выпьете чая?
– Пожалуй, я лучше пойду наверх, разложу вещи и приму ванну, ладно?
– Отлично. Правда, у нас только одна ванна, но дети могут помыться после вас. Горячей воды сколько угодно.
– Тогда я так и поступлю.
– А Горацио? – спросил Джеффри. – Надо его покормить?
– Да, конечно. Дай ему два совка галет и полбанки мяса. И немного теплой воды.
– Горацио – это собака? А где он? – спросил Бен.
– Возле дома. Знакомится с вашими собаками.
– Я хочу на него посмотреть…
– И я тоже!
– Погодите!
Но ребята уже выскочили в сад, не слыша протестов матери. В открытую дверь потянуло холодом. Джеффри закрыл ее и поднял чемодан Элфриды.
– Идем, – скомандовал он и зашагал по скрипучим деревянным ступеням.
Он показал ей комнату и ушел, притворив за собой дверь.
Элфрида села на кровать и только тогда почувствовала, что очень устала. Она зевнула во весь рот и оглядела комнату. Небольшая, но миленькая и очень уютная. Похожа на Серену. Белые стены, белые занавески, тростниковые коврики на полу. На комоде из соснового дерева белая полотняная салфетка с кружевной оборкой. Деревянные крючочки и набор разноцветных вешалок вместо гардероба. Поверх пухового одеяла синее бумажное покрывало, на столике возле кровати – книги, свежие журналы и розовая гортензия в синей керамической кружке.
Элфрида снова зевнула. Ну вот она и приехала. Не сбилась с пути, не попала в аварию. Машина не сломалась. И Джеффри встречал ее в конце проулка. Выскочил с обочины, словно разбойник, и замахал руками. Его так легко было узнать – высокого, худощавого, подвижного, несмотря на возраст. По всей видимости, он ни в чем не уступает своей молодой жене. И дети у них прелестные. А самое главное, выглядит вполне довольным. Он правильно сделал. Его прежняя жизнь исчерпала себя и закончилась, чего Элфрида всегда ему и желала.
Она посидела еще немного, потом встала, открыла чемодан и разложила на комоде свои вещички. Комнатка сразу стала своей. Элфрида разделась, накинула халат и отправилась в маленькую ванную комнату, где понежилась немного в горячей ванне. Усталость как рукой сняло, и она радовалась предстоящему вечеру. Элфрида надела вельветовые брюки и шелковую блузу, собрала в саквояж подарки и пошла вниз, точно моряк, спускающийся на нижнюю палубу. На кухне дети ели сосиски, а Серена взбивала миксером белки. Увидев Элфриду, она улыбнулась.
– Джеффри ждет вас в гостиной, – сказала она. – Он затопил камин.
– Я могу чем-то помочь? Правда, готовить я не умею, но на чистке кастрюль собаку съела.
Серена засмеялась:
– Нет у меня грязных кастрюль.
– Я сегодня еще увижу Бена и Эми?
– Непременно. Они примут ванну и придут сказать спокойной ночи.
– Вода была чудесная. Я просто возродилась.
Бен спросил: