Розалина Будаковская – Буду ждать тебя здесь (страница 16)

– Габриэль! – устало вздохнула я. – Эстер ещё жива и находится в Кардиффе, понимаешь?

– Нет. – мотнул головой мужчина и забросил ноги на краешек стола Хольта. – Чего ты от меня хочешь?

– Мы могли бы узнать… – начала я.

– Нет, нет и нет! – тут же оборвал меня призрак. – Связываться с сумасшедшими, ещё чего не хватало!

– Почему с сумасшедшими? Не могут люди из разных регионов вдруг сойти с ума и думать, что к ним являются существа с ангельскими именами.

– С чего ты вообще взяла, что это ангельские имена? – Габриэль разом осушил небольшую бутылочку лимонада. – И заметь, Ноэль собирает истории именно на эту тему, вряд ли бы в его проекте упоминались бы другие «отклонения от нормы».

– А разве нет? – я припасла второй лимонад для себя, а то призрак на одной порции не остановится. – Ты встречал когда-нибудь человека по имени Разиэль или Уриэль? Сариэль, может быть?

– Ладно. – сдался Холи, демонстративно подняв ладони перед собой. – И что из этого мы имеем? Первым, о ком узнал твой Ноэль – Рафаэль – исцеляющий ангел, который присматривает за людьми, наказывает демонов и падших. Последнее, кстати, не совсем так. – между делом упомянул он. – Затем Михаэль – один из главных архангелов, помогает избавиться от злобы и обиды; Уриэль – помогает заблудившимся; Сариэль – талантливым и детям; Разиэль, как я сказал ранее, помогает со «смыслом жизни».

– Рафаэль. Что не совсем так? – уточнила я.

– Ох, эта людская жажда найти своим злодеяниям достойное, желательно абсолютно непобедимое, оправдание! Или, говоря попросту, виновника. – призрак всплеснул руками над головой. – Скажи мне, знаешь ли ты такого? Кто был бы виноват во всех твоих скверных мыслях, твоей лжи и прочем?

Я недопонимающе помотала головой.

– Причём здесь Рафаэль?

– За демонами и падшими приходит только один, и это не Рафаэль, Адерин. – Габриэль улыбнулся, но в его глазах отражалась некая грусть. – Он приходит забрать их домой, где им и место.

– А этот «он» действительно зло во плоти? – всегда любила побольше узнать своей вере и, может быть, религии. Хотя к последней я мало себя отношу.

– Ты думаешь, он несчастен? – Габриэль взял мои руки в свои и присел передо мной на корточки.

– Нет. – задумалась я. – Наверное, нет. Почему он должен быть несчастным?

– Зло творят только те, кто глубоко несчастен, Адерин. Это всех касается, не только людей, понимаешь? – он прижался щекой к моим рукам.

– Значит, Люцифер не злой?

– Есть неверное действие, намерение – есть наказание. Вот и всё. – ответил бестелесный. – И ничего страшного. Справедливость не всегда кажется нам по-настоящему справедливой, верно?

Может, призракам на самом деле всё на свете известно? Иначе откуда он это знает? Конечно, могло быть и так, что при жизни Габриэль был глубоко верующим человеком, но что-то мне в последнее мало верится. Мы сидели так, не шевелясь, до конца обеденного перерыва. Большая часть отдела приходит не раньше, чем через полчаса после положенного, мы как раз успели убрать со стола мусор.

Мне всё же удалось уговорить Габриэля сходить со мной к Эстер Найтон. Он сдался после, наверное, сотого «пожалуйста» и буркнул что-то типа «несносная девчонка», забираясь обратно на излюбленное место рядом с электрическим чайником. Правда, и там он остался недолго.

Оставшееся рабочее время я постоянно посматриваю на часы. Мне обязательно нужно успеть поговорить с Эстер Найтон, пока у неё ещё есть время на это.

Повалил снег. Мелкий, но сплошной завесой. Из окна практически не видно близстоящего здания. Тротуары, пешеходов также скрыл снег. В этом году его как-то непривычно много выпало. Я невольно засмотрелась на летящие вниз снежинки. Габриэль намеренно задевает рождественские колокольчики, развешанные по всему этажу. Сотрудники недоуменно поднимают головы на звук и силятся понять, почему же украшения вдруг зазвенели.

Призрак снова сел на стол. Он что-то шепчет. От этого невыносимо клонит в сон, а Холи, кажется, понимает это и специально продолжает. Всё бормочет и бормочет. Едва удерживаюсь, чтобы не уснуть, уже не могу держать голову.

– Пора спать, Адерин. – различила я.

«Спать.» – словно в ответ пронеслось как эхо в моей голове.

Я проснулась от боли. Кое-кто всё же любезно усыпил меня, и я ударилась головой о стол.

– Ай… – прошипела я. – Ты специально?

– Ты что-то сказала? – из-за перегородки высунулся Ноэль.

– Хочешь прогуляться с ним. – вмешался призрак.

– Что?! – возмутилась я, невольно посмотрев в сторону Холи.

– Извини, не расслышал. – пояснил репортёр.

– Ну же! – подначивал бестелесный, толкнув меня в плечо. – Пригласишь его домой?

– Нет! – испуганно воскликнула я и вскочила с места, с опаской оглядываясь на Габриэля и стряхивая с джинсов невидимые крошки.

– Нет? – Ноэль вышел из своего «укрытия». –Ты в порядке? – он обнял меня, но вдруг опомнившись, убрал руку за спину.

– Может… – даже думать страшно о том, как это сказать.

– Буду донимать его всю ночь. – заговорщицки прошептал Холи и бережно провёл пальцами по волосам журналиста, Хольт дёрнулся и смахнул невидимое «нечто» с головы. – Уроню парочку чашек, сделаю салют из бумаги и дождь из белья… – вдохновлённо проговорил мужчина, вырисовывая странные символы в воздухе. – Прибежит к тебе или сойдёт с ума. – мечтательно улыбнулся бестелесный. – Что выбираешь?

– Что «может»? – пауза затянулась, Ноэль занервничал.

– В «Доме» подают отличные сырные палочки. Я знаю, как ты их любишь. – тут же вставил призрак.

– Ты любишь сыр? В «Доме» отличные сырные палочки. – быстро проговорила я, чтобы скорее отделаться и не краснеть. Но стеснение всё равно сковывает.

– Ты просто мои мысли прочитала! – облегчённо выдохнул мужчина и коротко рассмеялся, аккуратно приобняв меня за плечи. – После работы, да?

– Ага. – кивнула я.

Но даже на этом Габриэль не остановился. По его мнению, теперь мне нужно подправить макияж: тушь немного осыпалась на нижних ресницах. «И это всё потому, что ты даже за своей косметикой следить не удосуживаешься!» – негодовал призрак.

Оставшиеся сорок минут практически пролетели, я едва успела закончить очередную статью от Девенпорта. Вычленять его многочисленную ненормативную лексику из общего текста – та ещё забота. Он недавно придумал кое-что посложнее, чем просто вписывать лишние слова в статью: с пятницы Генри стал выделять заглавными некоторые буквы в разных словах одной строки, чтобы из больших букв можно было прочитать ругательство. Может, у него на самом деле слишком много свободного времени, раз занимается такой ерундой?

Я определённо хотела сделать что-то после работы. Никак не могу вспомнить.

Сегодня народу в «Доме на Утёсе» ничуть не меньше, чем в прошлый понедельник. Но в настоящее время не составляет труда найти свободный стол – большая часть гостей зависает у стойки. Мы прошли в самую глубь зала. Тот стол, за которым мы сидели в прошлый раз, как раз не занят. В этом уголке довольно уютно: никто не ходит за твоей спиной, бармены не прошмыгивают в подсобку и «соседей» здесь тоже немного. Разве что компания слева не самая тихая из всех. Четверо парней и девушка что-то громко обсуждают, размахивая при этом руками. Будто это поможет их доводам стать весомее.

Спустя несколько минут после заказа, абсолютно рыжая официантка принесла тарелку горячих сырных палочек и два стакана газировки. Каждая палочка с необыкновенно хрустящей корочкой и нежным тянущимся сыром внутри. Кажется, мы оба были настолько голодными, что умяли их все за считанные минуты, не взирая на то, что палочки обжигали язык. Габриэль даже сумел обойтись всего одной палочкой, а потом ушёл на кухню «Дома». «Оттуда же так вкусно пахнет курицей, мясом, выпечкой» и аромат какого-то салата он сумел разобрать. А ещё говорит, что я много ем…

– Я всё хотела спросить, Ноэль, с чего вдруг ты стал заниматься «Отражением»? – чтобы не выдать с потрохами своё волнение, снова часто пью оставшуюся газировку.

– Из-за своей соседки, я же говорил. – он невольно пожал плечами. Что-то здесь не так. Нервы?

– Разумеется, но случилось и случилось. – я тоже пожала плечами, говорят, если во время разговора повторять движения собеседника, то появится больше шансов к тому, чтобы вам доверяли. – Мало ли. – неловко усмехнулась я. – Но ты не забыл об этом. Даже стал искать других людей с похожими историями. Ты записываешь их и делаешь это так подробно, что дух захватывает. Почему?

– Интересно стало, сколько людей сходят с ума также. – мужчина цедил газировку, а затем стал хрустеть пальцами и часто оглядываться по сторонам. Его лицо снова плыло, словно нарисовано акварелью. Ноэль то похож на себя, то превращается в совершенно незнакомого мне человека. – Хочу рассказать об этом. Я же скандальный журналист, потому и известный, помнишь? – он натянуто улыбнулся.

– Да, точно. – я снова вспомнила тот день и сдержанно улыбнулась. Главное не подавать виду, что что-то не так. – Ладно. – газировка закончилась, а пить всё ещё хочется. – Может, по чашечке кофе, что думаешь? – или лучше пойдёт пара порций успокоительного?

– С радостью бы выпил его у тебя. – с наглой улыбкой ответил Хольт.

– Хорошо. – незамедлительно сказала я. – Идём?

– Хорошо? – немного удивился репортёр, но встал, не глядя, сняв куртку со спинки стула.