Роза Ветрова – Царство воров (страница 55)
- Не хочется, - буркнула девушка, съежившись под его тенью.
- Как знаешь, - пожал он плечом и пошел к шкафу. Зашуршала простынь.
Акку уставилась под ноги, разглядывая свои черевички. Хорошо вдовы больше не трогают ее ципао. Не хватало еще перед красноволосым ходить в прозрачной занавеске.
Неспешно умывшись, Владыка ушел по своим делам, и только тогда Акку осмелилась выйти из своего укрытия.
Он не обманул. Не тронул ее. Но ведь он и сам сказал, что это "сегодня". Но вот пришел новый день. А вместе с ним и новые тревоги.
После того, как умылась, девушка просидела у окна почти весь день. Вдовы приносили еду и свежую одежду, но она с отвращением отодвигала от себя капитуловские тряпки.
Ливень почти не умолкал, и она с содроганием подумала о том, каково сейчас ширам. Скорее всего, Аширован почти весь ушел под воду. Северин говорил, что половина царства под водой, умерла. А вторая половина превратилась в болото. Жалкие домишки стоят на сваях, люди пухнут от воды, гниют заживо.
Может, и она, родившись и живя здесь, была бы жестокой и кровожадной. Дралась бы яростно за сухой кусочек земли. Даже зная, что и он скоро уйдет под воду. Оттягивала агонию сколько это возможно.
Следующую ночь она так же просидела в углу, обняв колени. Уставшая, конечно, и сонная. Глаза то и дело закрывались, но Акку не сдавалась.
Все также, не обращая на нее внимания, Владыка лег на кровать и почти сразу уснул. Когда утром девушка проснулась, то в ужасе увидела, что лежит в кровати. Простыни едва уловимо держали его запах, смешанный с тем самым мылом, которым она больше не пользуется.
Выскочив оттуда как ошпаренная, Акку заозиралась, но Владыки не было в комнате. Он давно ушел. Перед этим перенес ее спящую с пола на свое ложе.
Представив, как он прикасается к ней, берет под колени, прислоняет к своему обнаженному телу, она затряслась от злости и страха.
"О, мудрый Веши! Подскажи, как избежать мне отвратительной близости с этим варваром! Прошу, помоги мне!", - многократно читала про себя молитву девушка.
Так она не спала еще две ночи. А потом, когда также уснула сидя в уголке, опять обнаружила себя в его кровати. И опять Владыки не было на месте.
Он вообще редко появлялся в ее клетке, только ночью. Не трогал ее. Как будто не замечал вообще. И она запуталась, не понимая зачем ему. В какой-то момент даже засомневалась, что он вообще рассматривает ее для близости. Но раньше времени радоваться не спешила.
Через еще пару дней она почувствовала себя комнатной собачонкой, вместе с этим к ней пришло облегчение. Ее некрасивое лицо отталкивает Владыку. Татуировка Эзмери сильно ей помогла.
Вскоре круглосуточное нахождение в закрытом пространстве стало совершенно невыносимым, и она вновь осмелилась выйти. Никто не препятствовал, как и в прошлый раз.
В главном зале доносились голоса. Выглянув из-за угла, Акку увидела, группу людей, стоящих в кругу. В центре стоял тощий парх, сильно нервничал. Владыку нашла не сразу, у него было новое лицо. Страшное, на зверское похожее. Она бы и не узнала его, да кулон в виде карты помог.
Какой же он отталкивающий!
Хищные желтые глаза, крупное квадратное лицо с мощным подбородком и орлиным носом. Поросло волосами, борода неаккуратная, густая. Брови такие же, разлом их жесткий, придающий свирепое выражение лица. Ростом мужчина не очень высокий, но коренастый, широкий и явно мускулистый. Руки как лопаты.
Оскалившись, Владыка обнажил ряд кривых и гниловатых зубов. Заговорил на тяжелом и дремучем для Акку языке пархов. Она только уловила обращение "Прабхи". Имя ли это, или статус - не понятно.
Причитающий Прабхи упал на колени, явно умоляя Владыку пощадить, но тот и бровью не повел. Остальные притихли.
Среди других мужчин Акку узнала Вурке, главу девятнадцатого абтана. Хорошо, что вдовы говорили не на одном языке. Ей хотелось уловить хоть что-то, Акку устала чувствовать себя брошенным на произвол судьбы крошечным и слабым котенком.
То собачка, то котенок.
Акку усмехнулась своим сравнениям. Скоро так вообще перестанет быть человеком.
Усмешка ее быстро померкла, потому что в этот момент Владыка, устав слушать причитания, молча выбросил руку, расправив ладонь, и Прабхи подлетел вверх. Его трепыхнуло, как кусок тряпки, и он повис в воздухе, истошно крича.
Лишь слегка повел Владыка вытянутой ладонью, а несчастного парха дернуло резко, руки и ноги его раскидались в стороны, грудь изогнулась. Он был похож на парящую звезду.
Когда его конечности с кошмарным хрустом выгнулись сразу в несколько местах и переломались, а голова развернулась на сто восемьдесят градусов, являя всем присутствующим затылок Прабхи, Акку зажала рот рукой, чтобы не закричать. Крики несчастного мгновенно смолкли. В зале стояла оглушительная тишина.
С бесстрастным лицом Владыка сжал ладонь в кулак и Прабхи превратился в пепел. Осыпался на пол. Ветерок подхватил жалкую горстку и унес в распахнутое окно. Ничего от не осталось от человека. И все за какую-то минуту.
С подкатившей к горлу тошнотой Акку отскочила как можно дальше, и ее вырвало у стены. Перед глазами стояли переломанные руки-ноги Прабхи.
Ее трясло, но она заставляла себя делать шаг за шагом и бежать прочь от зала, от увиденного. Скорее всего, ее услышали, но погони не было.
Мелькнула дерзкая мысль сбежать отсюда прямо сейчас, удрать куда угодно в джунгли, лишь бы подальше от царя воров и его пугающей силы.
Мудрый Веши! Если он примерит перед ней лицо Прабхи, она упадет замертво!
Опять замутило, но Акку поднималась наверх.
Побег вряд ли будет удачным. Здесь куча людей, главы абтанов, судя по всему. Капитул полон невидимых стражников и скользящих тенями вдов. И самое главное, Владыка собственной персоной находился здесь. Ее никто не отпустит.
Страшная кара все стояла перед глазами, когда она влетела в свою клетку и бросилась к умывальнику. Рвать больше было нечем, вся пища вышла. Умывшись и прополоскав рот, Акку устало забилась в свой уголок. Она поняла, что нестерпимо хочет спать. От недосыпа, вечного страха и переживаний она стала похожа на призрак.
Засыпать нельзя, Владыка, наверняка, в ярости что она подслушивала. Но под веки словно песка насыпали. Она и не заметила, как растеклась лужицей на полу, заснув крепким сном.
И, конечно, девушка не увидела, как подходит к ней неспешными шагами красноволосый мужчина. Уже привычным движением смахнул рукой ее татуировку с лица и убрал грязную черноту с половины волос. Залюбовался спящей девушкой, насмехаясь над тем, как поступили Боги.
Через несколько минут вернул тату и краску на свои места, и подхватил девушку под колени. Уложил на свою кровать. А потом лег рядом и сразу заснул.
Киллин не боялся пророчества. Девчонка не сможет убить его. Он сломает Птицу так, что она сама откроет ему ворота в новый мир.
На рассвете Акку проснулась от странного ощущения. Чутье ее не подвело: рядом с ней спал Владыка, веки его были плотно закрыты. Сначала ей хотелось шарахнуться в сторону, забиться в своем любимом уголке, но все же она сдержалась, хоть в первые секунды страх и парализовал ее.
Мужчина спал, и это был подходящий момент, чтобы рассмотреть его.
Точнее, сам он ее не интересовал, хоть и был очень непохож на других. Но не давал покоя девушке его необычный кулон в виде карты. Присмотревшись, увидела, что это пиковый туз.
Странный выбор для амулета.
И странно, что руки чешутся, так хочется взять и прикоснуться. Сердце хаотично стучало, оказывается, с тех пор, как уставилась она на этот кулон.
Длинные вишневые пряди перетекали с шеи и блестели на мускулистой груди широкими кровавыми струйками. Издалека можно было подумать, что Владыка изрезан и истекает кровью.
Кожа даже на лице светлая, почти белая. Владыка редко находится в этом обличье вне Капитула, судя по всему. Потому что даже светлокожая Акку и та немного покрывалась легким загаром в те минуты, когда не было дождя.
Блеснул рядом с кулоном ультрамариновый вытянутый камень, отвлекая ее от ненужных мыслей. И Акку решилась.
Неслышно поднявшись, она склонилась над спящим мужчиной и дотронулась до кулона. Не отдавая себе отчета, сжала его в кулаке. И в тот же миг глаза ее распахнулись широко, а перед глазами замелькали картинки.
Она увидела истекающую в крови девушку. Лицом лежала она, уткнувшись в мягкую траву, спина ее утыкана жалами стрел. Не показывала признаков жизни. Рядом в яростном отчаянии, впав в безумное состояние, махал мечом красноволосый мужчина. Цвет больше на алый огонь похож, нежели на вино или вишню, но сходство между мужчинами угадывалось.
То был Свирепый Ранньяр, силой он превосходил любого. Не сыскать на всем белом свете сильнее его.
Но оказался Ранньяр бессилен перед смертью любимой. Ничего не смог сделать, и оттого впал в первобытное безумство, разрушая все вокруг. Даже когда в живых никого не осталось, не смог остановиться. Крушил и крушил, пока не выдохся и не упал на землю, тяжело дыша и с тоской глядя на звезды.
Кровь мертвой Анхелики уже впиталась в землю. Шустро поползли зеленые побеги по древкам стрел, прорываясь сквозь плоть. Божественная сила, попавшая к Анхелике через карту, не умерла вместе с телом. Она перетекла в ее сердце, застыла точно в стекле. Затаилась на время.