Роза Ветрова – Песок в руке (страница 3)

Каждое утро я прохаживаюсь по этому маленькому рынку, покупая себе завтрак и заодно обед. Я выбираю свежий творог, мягкую теплую булочку, иногда зелень. Мне нравится трогать мягкие персики, выбрать один (к разочарованию продавщицы) и отправиться к следующему лотку. Я шатаюсь по рынку не из чувства голода или безделья. Мне действительно нравится эта атмосфера, даже в жарком июле. Яркие сочные зеленые яблоки, бархатные киви, бордовые помидоры – каждый день я выбирала себе фрукт или овощ, который с удовольствием  съедала к концу рабочего дня.

 Но сегодня я блуждала между прилавков с творогом в руке, ничего не выбирая и даже не рассматривая из овощей и фруктов. Мысли мои были далеко. Я пыталась выбросить Сероглазого из головы, но он не желал уходить. Продавщицы облегченно выдыхали, когда я шла мимо, в такое шумное утро с длинными очередями им не улыбалось взвешивать одно яблоко.

 Вдруг я почувствовала чью-то руку на своем плече и мое сердце забилось. Какое будет чудо, если это окажется он!

 Но чуда не произошло. Повернувшись, я увидела ухмыляющуюся Киру, за ее спиной маячила секретарша из рекламного отдела.

- Чего это ты, Колоколова, такая довольная? – ехидно поинтересовалась Кира. Ее яркие накрашенные губы расползлись в хитрой улыбке. – Кажется ты главный претендент на вылет.

 Она выдержала эффектную паузу и продолжила:

- Но, возможно, тебе удастся получить место в столовке, не зря же ты каждое утро на рынке околачиваешься вокруг прилавков. Будешь бегать нам за продуктами на обед. Или ты думаешь, тебе помогут любовные письма, которых ты настрочила им пачку?

Она оглянулась на секретаршу, довольная своей шуткой. Та не заставила себя долго ждать и захихикала.

Любовные письма? Им? Кому? Вот дрянь, пустила очередную сплетню. Мне внезапно захотелось оттаскать Киру за ее крашеные волосы, только из-за того, что она оказалась далеко не Сероглазым. Я сжала кулаки, вдохнула воздух и приказала себе успокоиться. Не хотелось тратить время и нервы на эту высокомерную пигалицу. Я двинулась прочь, пока не услышала за спиной:

- Ниночка, я совсем забыла тебе сказать – Колоколова у нас в «особых» отношениях с начальством. Теперь вот письма им пишет по несколько штук на дню.

 Она мерзко засмеялась. Я медленно развернулась и сделала шаг в ее сторону.

- Что ты имеешь ввиду под «особыми отношениями»? Какие еще письма? - Во мне закипал гнев. Секретарша из рекламного юркнула за Кирину спину.

- Ой, да ладно брось, дорогуша. Все и так знают, что ты надеешься удержаться на месте через койку,  – протянула Кира. Я застыла, непонимающе глядя на нее, – я правда не знаю, с кем ты спишь – со Стасом или Матвеем, возможно с обоими, кто его знает. Обеспечиваешь тыл, так сказать.

Меня словно ошпарили кипятком, я внезапно посмотрела на ее холодное лицо и поняла, что она совсем безнадежный случай. Или нет?

- Ну-ка повтори, что ты сказала. – Я яростно глядела ей в глаза. Та снова улыбнулась противной улыбочкой и медленно произнесла:

- Ты. Спишь. С начальниками. – Кира победно посмотрела на меня, похлопав по плечу. – Жалкая неудачница. Длинным наманикюренным ногтем она поправила челку, тяжко вздохнула и собралась сделать шаг.

 Тут меня словно прорвало. Я резко сняла крышку с контейнера с творогом и стряхнула смесь ей на голову. Кира завизжала и отпрыгнула в сторону, но было поздно – творог медленно стекал по ее лицу и волосам. Выглядело это совсем не аппетитно. Все на рынке уставились на нас.

- Ты коза драная! Больная! Черт, тебя в дурилку упечь мало! – вопила разъяренная Кира. Она пыталась снять массу с головы руками, но лишь размазала по затылку белой лепешкой. – Ну-ка иди сюда!

 Попытавшись схватить меня за руку, она поймала лишь пустоту, так как я резко развернулась и невежливо сбежала, зная, что в драке я совсем не годный боец. Мне в след летели самые грязные слова и фразы, которые только можно себе представить, а я словно летела на крыльях, осознав, как мне давно хотелось это сделать, черт побери! Я улыбнулась и швырнула пустой контейнер в урну. Приятного аппетита, Кира!

 Поднимаясь по лестнице, я поморщилась, представив на минуту, какие сплетни успела наплести обо мне Кира и как мне теперь сидеть в офисе, ощущая спиной неприятные взгляды. Ладно, впервые что ли. Главное, чтобы эта чушь не просочилась в кабинет начальства, вот тут мне будет очень неловко. Пока же это все ерунда.

 Все оказалось далеко не ерундой, в начале июля сплетни обо мне гуляли по всем отделам, просачиваясь в каждый кабинет рядового офисного сотрудника, удивительным образом не попадая в главный кабинет, как в самых добротных бразильских сериалах. Все пялились мне след, когда  я шла по коридору. Кто-то смотрел с неприязнью и даже отвращением, кто-то с сочувствием, как будто уже был выпущен приказ о моем увольнении. Меня уже это все дико раздражало, я была готова сорваться на каждого, кто смотрел в мою сторону. Хотелось швырнуть стопки документов в эти наглые рожи, но я упорно глядела в пол и пролетала по коридорам с такой скоростью, что позавидовал бы любой автогонщик.

 Добегая до своего стола, я раскладывала папки на столе, втыкала наушники в уши и целиком отдавалась работе, неминуемо ожидая скандала.

 Самое ужасное, что я стала испытывать чувство вины, когда видела Стаса или Матвея. Я глядела в пол, по сторонам, рассматривала побелку на потолке, но перестала смотреть им в глаза. Я ощущала стыд и неловкость, мне все время хотелось смыть с себя этот позор, которым меня осчастливила Кира. Те же в свою очередь, вели себя как обычно, то ли ни о чем не догадываясь, то ли игнорируя этот слух. Ожидание начало меня выматывать, но я старалась не думать об этом, работая в своей музыкальной атмосфере.

 Приятная мелодия как раз играла в наушниках, когда к моему столу подошел Матвей. Я торопливо вытащила наушники, бросила их в верхний ящик стола и покраснела. На мой стол приземлился листок, я не шевелилась, боясь поднять глаза на своего начальника. Сердце замерло. Неужели это… Мое увольнение?

- Что ты сказала?  - спросил Матвей. Я наконец-то подняла на него глаза и поняла, что последнюю фразу произнесла вслух. Опустив глаза, я вдруг увидела, что на листке какая-то таблица.

- Эмм.. Я говорю явление, – мысли в моей голове носились с бешеной скоростью, Матвей смотрел на меня голубыми глазами, нахмурившись, – на улице чудесное явление.

 Пфф, что за чушь.

- Чудесное?

- Ммм, ну как… Солнышко же, птички, рай просто… - я несла какую-то абсолютную ахинею.

 Матвей подошел к окну, отодвинул жалюзи и взглянул сквозь стекло. Под полуденным солнцем кипел асфальт, прямо напротив нашего здания образовалась огромная пробка. Водители старых развалюх открывали окна и обмахивались газетками, водители иномарок наоборот плотно закрывали окна, наслаждаясь кондиционерами. Казалось, даже воздух плавился.

Мой босс посмотрел на меня как на полную идиотку и отошел от окна.

- Так, ладно. Я коротко и по делу. Мы со Стасом посовещались и решили доверить тебе подготовку к тендеру на площади для дальнейших газовых работ. Здесь список городских структур, которые могли бы тебе помочь, а в таблице указаны все те площади, которые нам нужны. Можешь начинать прямо сейчас, это достаточно срочный вопрос. Начни вот с этого человека, он будет твоим главным помощником. – Матвей ткнул пальцем в первую строчку документа. Мне еще не верилось, что меня не уволили, и я пока туго соображала.

- Тебе все понятно?

- Да-да, – я торопливо схватила листок в руки, чуть не разорвав его при этом надвое. Он с сомнением посмотрел на меня, вздохнул и ушел.

 Может это какая-то проверка? Я боязливо посмотрела на документ. В любом случае, это серьезное задание, выиграть тендеры на все площади будет непросто, мне придется очень сильно постараться. И я сделаю все возможное, чтобы доказать, что увольнять следует не меня.

Я сидела в наушниках до позднего вечера, подготавливая документы для тендера, просматривая бесконечные таблицы. Завтра срочно начну делать таблицу, решила я, отметила пункт в своем списке дел на завтра и открыла новый документ для работы. В офисе уже никого не было, только парочка сотрудников, которые судорожно доделывали свои дела, постоянно поглядывая на часы.

 Его присутствие я почувствовала сразу же, по спине пробежал знакомый холодок, я застыла, боясь обернуться. Медленно я вытащила наушники из ушей, продолжая упрямо гипнотизировать монитор. Затем, все-таки не выдержала и обернулась.

 Сероглазый стоял у двери, облокотившись о дверной косяк. Его рабочий день видимо уже закончился. Рукава белоснежной рубашки были закатаны до локтей, обнажая крепкие руки, черный пиджак висел на руке.

 Он задумчиво смотрел прямо мне в глаза, нагло оглядев перед этим с ног до головы. Я молча смотрела в ответ, не решаясь первой завести разговор. Светлые волосы были взъершены, на лице читалась усталость. У нас в здании я его никогда не видела, возможно, он работал где-то неподалеку.

 Припозднившиеся менеджеры встали, словно сговорившись, выключили компьютеры и отправились на выход, даже не сказав мне «пока». Мы остались с Сероглазым вдвоем. Где-то за окном горели вечерние огни, раздавались гудки машин, а мы безмолвно застыли, глядя друг на друга. Затем, он подошел к моему столу и присел на краешек. На смену холоду пришло знакомое тепло от его присутствия. Он обладал невероятным магнетизмом.