Роза Султанова – Активное здоровьесбережение в человекосообразном позиционировании (страница 3)

Здоровьесбережение, таким образом, является одним из ведущих ценностных ориентиров социального сотрудничества. Вместе с тем общая здоровьесберегающая направленность образования, адресного сопровождения, инклюзии – должна быть обеспечена в системном динамичном взаимодействии с категориальным, семейным, групповым соответствием всех мероприятий на основе этапной, текущей, выборочной, проблемной, ресурсной диагностики состояния и потребностей здоровья всех участников социально-образовательного процесса, с опорой на рефлексию взрослых и детей, с обобщением опыта, анализом и научной интеграцией.

В Свердловском (Свердловск ныне – Екатеринбург) Риноцентре, где наблюдались дети не просто с ринолалией, но в первую очередь получали помощь отказные воспитанники-пациенты, с отягощённым и особо тяжёлым состоянием, врачи находили время для немедицинского, непринуждённого общения с детьми в игровой деятельности, обсуждали с педагогами частные, казалось бы, вопросы организации детской деятельности в непростой дидактической ситуации – так, и для формирования здоровой осанки у детей раннего, младшего дошкольного возраста, и для моторной разгрузки, и для предупреждения утомления, и для эмоционального вовлечения детей использовались огромные мягкие игрушки, дети на них усаживались, получая возможность варьировать различные позы, держались за них, иногда прислонялись при утомлении, испытывая эмоциональный комфорт – и, между прочим, такими «стульями» было трудно шуметь! А когда курсовки в подведомственные учреждения здесь получали детей из семей – комплексное медицинское сопровождение получали все члены семьи.

Как известно, обучающиеся с интеллектуальной недостаточностью, как правило, проявляют пониженную компетентность и заинтересованность в занятиях оздоровительного плана. Конечно, выполнение необходимых правил здоровьесбережения требует от обучающихся и воспитанников дополнительных интеллектуальных, значительных волевых усилий, что затрудняет ребенка с нарушенным интеллектом, имеющего, как правило, расстройства эмоционально-волевой сферы. Поэтому в образовательном сопровождении таких обучающихся применимо правило русского режиссера К. С. Станиславского: трудное надо сделать привычным, а привычное – легким и приятным. Сравните: «Посеешь привычку – пожнёшь характер. Посеешь характер – пожнёшь судьбу»

Профессор В. В.Коркунов отмечал, исходя из многолетних катамнестических исследований (то есть наблюдения, анализа, осмысления, позиционирования и прогнозирования дальнейшего развития целевых групп изучения, производимых впоследствии, после организации и обеспечения системного адресного сопровождения детей и подростков с интеллектуальной недостаточностью), что при благоприятных условиях и успешной социализации выпускников специализированных школ бывает трудно отличить от их более одарённых в интеллектуальном развитии сверстников: они не только внешне, по поведению не отличаются, но и следят за своим здоровьем, активны, уравновешенны, доброжелательны. Конечно, есть объективные трудности, не позволяющие достичь такого относительного благополучия всем бывшим ученикам образовательных организаций специального компенсирующего обучения – но убедительные наблюдения подтверждаются и в ходе наших исследований, подчас даже не все достижения могут быть соотнесены с определёнными условиями обеспечения.

РОЛЬ И МЕСТО ЗДОРОВЬЕСБЕРЕГАЮЩИХ ТЕХНОЛОГИЙ В ОБРАЗОВАТЕЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ

Дискуссионность ведущих понятий здоровьесбережения неслучайна в настоящее время, так как данная область развивается и динамично, и, в некоторой степени, диалектически парадоксально, – тем более в условиях решительного преобразования собственно образовательного пространства. В современной социально-образовательной парадигме понятие «здоровьесберегающие технологии» занимает всё более важное место, всё более сложно позиционируемый концепт: если классические представления сочетали санитарно-гигиенические основы здоровьебережения с общей философией развития, образования, социализации и соответствующих условий обеспечения таковых, то в настоящее время социально-личностные, субъектно-коммуникативные, деятельностные компоненты развития, обучения и коррекционного сопровождения системно растут сообразно развитию и запросам социума, отягощению сопутствующей проблематики, новым вызовам современности, переосмыслению статуса личности в обществе.

Дополнительно усложняют данную картину и её прогностически значимые аспекты: нозологические, структурные, проблемно-ресурсные преобразования в специально-образовательном пространстве, оказывающие значительное воздействие также и на ситуацию в области сопровождения относительно нормативно развивающихся социально-образовательных групп.

Между тем сохраняют, конечно, самодостаточную ценность традиции классического здоровьесбережения в системе общего и специального образовательного процесса. Его разработка и мониторинг являются сущностным функционалом образовательных организаций и ведомств, а осуществление и анализ относятся к качественной характеристике любой образовательной технологии, показывающей насколько решается задача целенаправленного, перспективно значимого сохранения здоровья взрослых и детей.

Общие понятия о здоровье представляют собой отдельную понятийно-предметную область позиционирования здоровьесбережения.

Мы, конечно, поддерживаем классическую точку зрения о том, что здоровье среди жизненных ценностей человека и человеческого сообщества представляет важную составляющую благополучия, счастья.

В настоящее время существует целый ряд определений здоровья человека, важные также для детского сознания, которые, как правило, содержат пять неотменимых основных критериев:

– отсутствие болезни;

– нормативное функционирование организма в парадигме «человек – окружающая среда»;

– полное физическое, духовное, умственное и социальное благополучие;

– компетенции в области приспосабления к постоянно меняющимся условиям существования в окружающей среде;

– способность к полноценному выполнению основных социальных функций.

В Уставе Всемирной организации здравоохранения определено, что здоровье – это «состояние полного физического, душевного, духовного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов».

Отечественная передовая научная позиция, в том числе нашей авторской группе, предполагает дополнить это, ставшее классическим, определение, контекстным и интерсубъектным компонентами понятия здоровья: то есть рассматривать, во-первых, здоровье как принадлежность индивида – группы – семьи – категории – сообщества, то есть своего рода синтагмальную сущность; во-вторых – раскрываемый нами здесь принцип человекосообразности здоровьесбережения задаёт необходимость социально-личностной и деятельностной включённости субъекта, группы субъектов в формате всех мероприятий здоровьесбережения сообразно текущим и перспективным способностям, что отвечает современным социальным запросам и динамике научных процессов. Конечно, в известной мере в качестве целевого ориентира позиция социального благополучия в определении ВОЗ задаёт и эти направления, но орудийных, организационных, структурирующих аспектов проблемы, на наш взгляд, ещё не определяет. Что, собственно, ещё раз показывает, что динамично развиваемая область науки и практики обнаруживает, продуцирует – и преодолевает противоречия различного уровня и степени сложности.

В формате достаточно стабильного общества и состояния экологии здоровье, конечно, можно было бы определить, как возможность и умение человека приспосабливаться к окружающей среде и своим собственным возможностям, противостоять внешним и внутренним отрицательным факторам, болезням и повреждениям, сохранить себя, расширить свои возможности для полноценной жизнедеятельности, то есть обеспечивать, поддерживать свое благополучие. Смысл слова благополучие в «Словаре русского языка» С. И. Ожегова определяется как «спокойное и счастливое состояние», а счастье – как «чувство и со стояние полного высшего удовлетворения».

Таким образом, здоровье человека не отделимо от его жизнедеятельности и составляет непременное условие эффективной деятельности, через которую достигается благополучие и счастье.

Однако сущность человека, активно преобразующего общество и природу, определённая ещё в античной философии, расширяет данный понятийный регистр. Получается динамичная, антиэнтропийно заданная структура, где субъект – сообщество – социум и приспосабливаются к изменяющимся жизненным условиям, и активно, а то и целенаправленно (и, быть может, где-то и целесообразно!) способствуют изменению внешней среды. В формате наших исследовательских интересов мы изучали, в частности, коррелирующий характер изменения информационной среды и занятости человека с особенностями неврологического состояния значительных групп детей с ограниченными возможностями здоровья, – причём не только проблемного характера, но и определённо ресурсного. То есть цифровизация общества, вызывающая интенсификацию и как будто перегруженность оперативной коммуникации, сопутствуется и выраженной потребностью значительной доли подрастающих поколений именно в таком формате занятости, дети с ОВЗ зачастую испытывают выраженное беспокойство в традиционных условиях информационного потока и удовлетворяется при его уплотнении, ускорении и известной дискретности, дробности. Конечно, данная ситуация опять-таки неоднородна и неоднозначна, не следует игнорировать известную коммерчески обусловленную заданность детской и подростковой занятости, мотивированности в цифровом пространстве, в том числе темпоритмической и содержательной организации, но современные тренды развития человековедения, здоровьесбережения ориентируют нас на целостное позиционирование и обеспечение концепций, моделей, институций. Что, между тем, вполне человекосообразно.