реклама
Бургер менюБургер меню

Роза Александрия – Не играй с огнем, девочка. Наследник для врага (страница 10)

18

— Тут труднее… — Мрачнеет Марта и задумчиво смотрит в окно. — Только я, да пару человек в этом доме знают о том, что произошло, да и то обрывками.

— Расскажите мне! — с придыханием наклоняюсь к женщине. Она прищуривается, раздумывая, видимо, с чем связан мой интерес, но потом желание посплетничать берет верх.

— Я точно не знаю кем она была, та самая, которая разбила ему сердце, да только она вроде выбрала другого или что.

— Ну, со всеми бывает. Разве это причина оставаться холостяком? — Пожимаю я плечами.

Меня тоже отвергали, подруг моих. У каждого человека случалась неразделенная любовь, но редко кто убивается из-за этого всю оставшуюся жизнь. Я больше поверю не в эту романтическую чушь, а в то, что Аким просто отбил себе мозги в какой-то драке да и все. Или же вовсе родился без сердца.

— Тут другое. Да, она выбрала другого, но Аким не оставлял надежд. Он отпустил ее, замкнувшись в себе и просто ожидая, что та одумается. Но она не вернулась. Просто не смогла. Ее убили, прежде чем она смогла это сделать.

— О боже… — шепчу я, потирая руки, по котором быстро побежали мурашки.

Теперь понимаю. Любовь, которая не случилась — болеть может всю жизнь. Но любовь, которую забрала смерть… Хуже и не придумаешь!

Марта, увидела мою реакцию, грустно покачала головой.

— Вот так. С тех пор наш хозяин одинок. Возле него всегда крутится много женщин, но ни одна не смогла попасть ему в сердце.

— Мне так жаль… — говорю я вполне искренне и сама удивляюсь. Этот человек, скорее всего убил мою мать, а мне его жаль? Но правда была такова — я вспоминала взгляд сурового мужчины и уже не видела в нем жестокости. Теперь я поняла, что они скрывают — глубокую печаль и тоску.

— Что ж, я, пожалуй, пойду! Работы невпроворот.

— Да-да, извини, что так вышло с ногой… — Смущенно закусываю губу, но Марта отмахивается:

— Перестань! Аким Власович приказал о тебе позаботиться. Да я бы и без его просьбы это сделала. Ты мне нравишься, Рита. Ты прилежная, добрая, простая, именно поэтому я и рассказала тебе все это.

— Ох, спасибо…

— Но я должна предупредить… — настороженно роняет Марта.

— Что-то еще? — нахмуриваюсь я, ожидая какой-то еще страшной тайны.

— Да, будь осторожна. В этом доме полно скелетов. Очень страшных скелетов. Не верь никому, а еще… поаккуратней с Акимом Власовичем. Я уважаю его, безусловно, но я видела ЧТО он делает с людьми. А девочек, вроде тебя, он ест на завтрак. Не попадись.

— Даже так… — шокировано шепчу я. — А где он сейчас? Я могу его увидеть?

— Зачем тебе это? — Настораживается Марта, а я натягиваю на лицо вежливую улыбку:

— Просто хочу поблагодарить за заботу.

— Не стоит, правда! К тому же хозяин уехал на несколько дней. Так что сможешь отдохнуть, прежде чем приступать к работе! Не играй с Акимом, Рита…

Я молчу, не зная что ответить.

Тут Марта снова натягивает дружелюбную маску, словно не она только что предупреждала меня о возможной опасности и смерти.

— Поправляйся! А за Ольгу не переживай! Я приструню ее! В следующий раз она будет руки тебе целовать.

Хихикнув, женщина уносится из комнаты, оставляя меня в полнейшем замешательстве.

Ничего не понимаю… Как один человек может вмещать в себе сколько сторон?

Я должна ненавидеть его! Растоптать его жизнь, как это сделал он, когда то с моей мамой и как следствие со мной. Этот человек зверь, мне так про него все говорят и Марта только что это подтвердила. Он никого не любит и не известно, что с ним произошло после той потери. Может он и вовсе стал убийцей именно из-за этого!

Как бы там ни было, я должна спасти отца и отомстить.

Пытаюсь встать, чтобы умыться, но в ноге снова стреляет. Хоть бы ничего серьезного иначе я не смогу танцевать. Хотя для того, чтобы думать о танцах, я должна элементарно выжить.

Падаю обратно на кровать и вздыхаю.

Что-то странное творится в этом доме. Уверена, Марта мне и сотой доли всего, что знает не рассказала. Ведь ее предупреждение было сказано не просто так.

Глава 8

Проходит три дня, прежде чем я могу полноценно стоять и даже ходить. Ольга приходит каждый день, чтобы сменить повязку и, как обещала Марта, врач ведет себя крайне сдержанно. О ее вспышке гнева напоминает только изредка брошенные злые взгляды.

Когда я могу уже добраться до ванной и привести себя в порядок, решаю все же повидаться с Пашей. Тем более, что он названивал почти каждые полчаса в течение этих дней.

Но мои мысли были далеко от него. Я все вспоминала мужчину, взгляд которого затягивал, пугал, но одновременно манил скрытыми в них тайнами. Аким…

Мужчина не появлялся в особняке и меня это поначалу радует, а потом я начинаю себя накручивать. Где он сейчас? Вдруг он делает что-то противозаконное или же угрожает моему отцу, пока я развалилась в его доме на кровати и ничего не делаю. Нужно поскорее решать вопрос с компроматом и убегать отсюда, куда глаза глядят. Иначе будет поздно. Моя интуиция буквально вопит, что я на грани того, чтобы сдаться. Я уже ищу оправдания Акиму, хоть их нет и не может быть.

Созвонившись с Пашей, я решаю договориться с ним о встрече в кафе и, собравшись на скорую руку, выхожу из дома. На подъездной дорожке встречаю Марту, которая идет в дом с охапкой роз, которые нарезала в саду.

Вот блин, только ее не хватало. Что я ей скажу?

— Рита? А ты куда? Тебе уже лучше? — удивленно вскидывает она брови.

— А, да! Все отлично! Вот, нужно в город за кое-чем…

— Оу, так ты могла сказать мне, мы бы отправили водителя. У нас часто так делают все. За покупками ездит Ваня, он уже привык покупать все, от краски для волос до прокладок!

— Да? — теряюсь я, не зная что сказать, но потом быстро говорю:

— Я просто должна еще заехать в Институт. И встретится с другом, он переживает…

— А, я поняла. Друг значит друг. Так бы и сказала… — хитро подмигивает Марта. — Что ж, хозяина все равно еще нет. Иди, если что я прикрою.

Улыбнувшись, я иду к воротам и сажусь в машину к водителю.

— На Московский проспект, пожалуйста.

Мужчина кивает и молча отвозит меня по указанному адресу. Я специально назвала улицу, немного дальше того места, где договорилась встретиться с Пашей. Пусть лучше я переусердствую с конспирацией, чем облажаюсь на такой мелочи.

— Вас подождать? — выглядывает в окно водитель, когда я уже выскакиваю из салона.

— Нет, спасибо! Я сама доберусь! — вежливо отвечаю я и иду в ближайший магазин. Даже не рассматривая вывеску, я подхожу к стеллажу с какими-то кремами, делаю вид, что рассматриваю продукцию, но сама краем глаза наблюдаю в окно за водителем.

Тот еще пять минут стоит, не уезжая, разговаривая с кем-то по телефону, но уже скоро заводит мотор и трогается с места.

Отлично! Можно выходить!

Я выскакиваю из магазина, оглядываясь по сторонам. Не заметив ничего подозрительного, иду вниз по улице и сворачиваю в проулок, который ведет к кафе, где ждет меня Паша.

Вот тут-то я и начинаю чувствовать что-то странное. Безлюдный темный проулок отдает гулким эхом моих шагов и я отчётливо ощущаю на себе посторонний взгляд. Резко оборачиваюсь, но никого не вижу. Ускоряю шаг, скрестив руки на груди, но больная нога не дает идти быстрее. Да и как назло вокруг нет ни души.

Изрядно напугавшись, я выныриваю на многолюдную улицу и, постоянно оглядываясь, несусь к кафе. Чувство что за мной следят никуда не уходит, но я списываю это на паранойю. Меня просто успели запугать в этом странном доме, полным тайн.

— Рита! Привет! — машет мне с дальнего столика Паша, как только я вхожу в кофейню.

Людей немного, что не может не радовать. Значит у нас получится спокойно поговорить.

— Привет! — сухо отвечаю я, подходя к парню.

— Как ты? Я так переживал! — вполне искренне говорит он, и только сейчас я замечаю, что под глазами у Паши залегли темные круги, будто он не спал несколько ночей. Немного сжалившись, я все же улыбаюсь и присаживаюсь напротив:

— Пока все хорошо!

— Я рад. Рита, я хотел попросить прощения за свои слова…

— Не стоит, Паша. Я сделала для себя выводы. Зла на тебя не держу, но и не могу сказать, что останемся друзьями! — строго отвечаю я.

— Я понимаю, я этого и не прошу.

— Тогда зачем позвал?

Парень оглядывается по сторонам и, убедившись, что никто не подслушивает, наклоняется ко мне.