Роза Адамс – Командировка. Путь к сердцу босса (страница 14)

Ян обернулся. На его губах появилась легкая, едва заметная улыбка.

— Я знаю, Женя. И я вернусь.

Он взял со стола небольшой, но надежный нож. Проверил, что в кармане лежит телефон.

Он не был бойцом, но он был готов защищаться.

Затем, не сказав больше ни слова, он вышел из номера, оставив Женю наедине с её страхами и тишиной, которая теперь казалась еще более зловещей.

Глава 17

Разумовский ушёл, а Женя не могла найти себе места. В её голове проносились самые разные сценарии, от банальной встречи с хакерами-малолетками, до чего-то гораздо более зловещего Она знала, что он идет на риск, и не могла позволить ему делать это в одиночку.

Не в силах больше находиться в номере, Женя приняла решение. Она не могла позволить Яну идти в неизвестность одному. Она вновь накинула легкую куртку, вышла из номера, на ходу, строя маршрут пути на телефоне.

Новигатор показал, что можно дойти пешком.

Старый порт встретил её прохладным морским бризом и запахом соли и рыбы. Фонари, тускло освещающие причалы, создавали призрачную атмосферу. Где-то вдалеке слышался скрип корабельных снастей и плеск воды. Женя шла по пустынным докам, её шаги отдавались эхом в тишине. Она чувствовала себя героиней какого-то шпионского фильма, но реальность была куда более напряженной. Тишина давила на уши.

Вдруг она увидела Яна. Он стоял у старого, полуразрушенного склада, спиной к ней, вглядываясь в темноту. Женя замедлила шаг, стараясь оставаться незамеченной.

Внезапно из-за ржавых контейнеров выскочили трое мужчин. Их лица скрывали темные маски, а в руках блестели ножи.

— Господин Разумовский, а вы вовремя! - прорычал один из мужчин.

Ян понял, что это не информатор. Это засада.

Он попытался отбиться, но нападавших было слишком много. Один из них замахнулся ножом, и Ян инстинктивно закрылся руками.

В этот момент из темноты выскочила Женя. Она не была бойцом, но сообразительности ей было не занимать. Схватив с земли кусок ржавой трубы, она со всей силы ударила ближайшего нападавшего по ноге. Тот взвыл от боли и рухнул на землю.

Двое оставшихся нападавших переключили свое внимание на Женю. Ян, воспользовавшись моментом, оттолкнул одного из них в воду. Тот с плеском исчез в темной пучине.

Второй нападавший бросился на Женю. Ян попытался её защитить, но получил удар в плечо. Боль пронзила его тело.

Женя, не растерявшись, схватила с земли горсть песка и бросила его в лицо нападавшему. Тот зажмурился, и Женя, воспользовавшись его замешательством, пнула его в пах. Нападавший согнулся пополам, и Ян, собрав последние силы, ударил его ногой в голову. Тот рухнул без сознания.

— Бежим! - крикнула Женя, хватая Яна за руку.

Они бежали, спотыкаясь и падая, по темным закоулочкам порта, преследуемые криками и топотом. Ветер, казалось, подгонял их, а шум волн заглушал тяжелое дыхание. Ян, несмотря на боль в плече, чувствовал прилив адреналина и благодарности к Жене. Она спасла ему жизнь.

Они бежали по узким проходам между контейнерами, их шаги отдавались эхом в ночной тишине. Женя, несмотря на страх, чувствовала странное возбуждение. Она никогда не думала, что окажется в подобной ситуации, но её инстинкты работали на пределе. Она оглядывалась, пытаясь оценить расстояние до преследователей, и искала пути к отступлению.

— Сюда! - прошептала она, заметив узкий проход между двумя штабелями ящиков. Они протиснулись туда, и на мгновение оказались вне поля зрения преследователей.

— Вы в порядке? - спросила Женя, тяжело дыша.

— Да кажется, - ответил Ян, прислонившись к холодной металлической стене. — Спасибо, Женя. Ты спасла мне жизнь.

— Мы еще не выбрались, - напомнила она, прислушиваясь к звукам снаружи, её слух был обострен до предела. Она прислушивалась к каждому шороху, к каждому звуку, пытаясь понять, насколько опасна их ситуация.

Ян снова попытался опереться на ящик, но его рука соскользнула.

— Кажется ты ранен, - прошептала она, его взгляд упал на руку, по которой кровь медленно стекала по пальцам.

—Да нет, царапина, - отмахнулся он, пытаясь скрыть боль. Он не хотел, чтобы Женя волновалась еще больше.

В её голове крутилась мысль: «Нужно было взять с собой аптечку! Почему я такая беспечная?»

Но сейчас было не время для самобичевания. Сейчас нужно было помочь Яну.

Ее взгляд остановился на сумке. Она быстро открыла её, перебирая содержимое. Ключи, телефон, кошелек, блокнот, ручка и, наконец, то, что искала.

— Нужно перевязать, - решительно сказала она, доставая из сумки пачку бумажных салфеток. Они были тонкими и, скорее всего, не очень эффективными, но это было единственное, что у нее было. — У меня только бумажная салфетка.

Она аккуратно взяла его руку, стараясь не причинить ему лишней боли, но движения были быстрыми и уверенными. Затем, с предельной осторожностью, начала прикладывать салфетки к ране, пытаясь остановить кровотечение.

— Держитесь, — прошептала она, ее пальцы слегка дрожали, но взгляд был сосредоточен. Она чувствовала тепло его кожи под своими пальцами, и это придавало ей сил.

Ян смотрел на нее, на ее решительное лицо, на заботливые руки. В этот момент он видел не просто свою секретаршу, а человека, который рисковал своей жизнью ради него. Он чувствовал себя слабым и уязвимым, но в то же время в нем зарождалась новая надежда.

— Ты настоящая героиня, Женя, - сказал он, его голос стал немного крепче.

Внезапно Ян, словно повинуясь импульсу, поцеловал Женю в руку, ту самую, что прижимала салфетки к его ране. Это был легкий, почти невесомый поцелуй, но он прожег девушку насквозь.

Она замерла, забыв о кровотечении, о нападении, о всём на свете. В этот момент вдалеке послышался вой сирены. Женя вздрогнула и вернулась в реальность. Она снова сосредоточилась на ране, прижимая салфетки сильнее. Поцелуй Яна оставил на её коже невидимый след, и она знала, что этот момент останется с ней навсегда, независимо от того, что произойдет дальше.

Когда всё утихло, под покровом ночи, они вернулись в отель. По пути зашли в аптеку. Женя, с привычной для нее деловитостью, стараясь не встречаться взглядом с Яном, купила бинт, вату и антисептик. Он же, казалось, наблюдал за ней с какой-то новой, непривычной для неё теплотой.

В номере отеля царила тишина, нарушаемая лишь приглушенным шумом города за окном. Женя, усадив Яна, снова взялась за перевязку. Ее пальцы, обычно ловко управляющиеся с клавиатурой и документами, сейчас были осторожны и нежны. Она прижимала вату сильнее, стараясь остановить кровотечение, но в то же время ощущала, как её собственное сердце бьется учащенно.

— Спасибо, Женя, – тихо сказал Ян, его голос был хриплым.

Женя подняла на него глаза. В его взгляде читалось не только облегчение от боли, но и что-то еще, что-то, что заставляло её щеки заливаться румянцем. Она кивнула, не в силах произнести ни слова.

Когда она закончила, Ян осторожно коснулся её руки.

— Ты очень заботливая, – прошептал он.

Женя почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Этот поцелуй, этот взгляд, эта забота – все это сплеталось в один неразрывный узел, который она, Женя, секретарша, теперь несла в себе. Она знала, что завтрашний день принесет новые задачи, новые отчеты, новые встречи. Но этот вечер, этот момент, когда она перевязывала рану своего босса, останется с ней навсегда, как невидимый, но ощутимый след, напоминающий о том, что даже в мире цифр и сделок есть место для чего-то большего. А потом это произошло. Он посмотрел на неё так, как никогда раньше не смотрел. В его глазах была не только усталость, но и что-то новое, что-то, что заставило ее сердце забиться быстрее. Он протянул руку и коснулся ее щеки. Этот жест был полон нежности и какой-то необъяснимой тоски. А потом он поцеловал ее.

Этот поцелуй был не страстным, не требовательным. Он был скорее вопросом, просьбой, признанием. Женя ответила, сама не понимая, почему. Возможно, потому, что в этот момент она почувствовала себя не просто секретаршей, а девушкой.

Девушкой, которую заметили, которую поняли, которую захотели.

Дальше все было как в тумане.

Взгляды встретились, в этот момент что-то неуловимое изменилось. Воздух загустел, наполняясь невысказанным напряжением. Ян, обычно сдержанный до предела, сделал шаг навстречу. Его рука коснулась щеки Жени, и это прикосновение, такое нежное и в то же время властное, вызвало дрожь.

Затем последовал поцелуй. Сначала робкий, исследующий, но быстро переросший в страстный, поглощающий. Все маски были сброшены.

Ночь превратилась в вихрь эмоций, в сплетение тел и душ, где не было места ни работе, ни статусу. Была только страсть, всепоглощающая и пьянящая. В полумраке номера, освещенного лишь приглушенным светом ночника, их тела сплетались в танце желания, забывая о субординации и рабочих отношения

Они провели ночь вместе, но это было не просто физическое сближение. Это было сближение душ, признание в своей уязвимости, в своей потребности в другом человеке. Ян Сергеевич был нежен и заботлив, он спрашивал, комфортно ли ей, не причиняет ли он ей дискомфорта.

Женя чувствовала себя так, словно её наконец-то увидели и приняли такой, какая она есть.

Глава 18

Утро принесло с собой рассвет и тишину.

Женя проснулась с ощущением невероятного счастья. Солнечный луч пробивался сквозь шторы, приветливо освещая номер. Она чувствовала себя обновленной, наполненной жизнью. Хотелось обнять весь мир.