Роза Адамс – Кольцо от босса (страница 2)

Девчонки тайно вздыхают, мечтают, что ради них он изменится. Наивные глупышки. Двери лифта открываются, с силой нажимаю на кнопку восьмого этажа. Что-то я слишком много рассуждаю о биг боссе, ну его, даже мысленно о нём думать не хочу. Отвратительный придурок, сверх креатива, назвать свою компанию своим именем. Громов владелец и единоличный собственник холдинга «ГромовПлаза»! Смешно, наверное, ночами не спал, придумывал, как назвать свою компанию. Так, хватит о нём думать. Дверцы лифта бесшумно открываются, выхожу и быстрым шагом иду в сторону кабинета Мымры. Та, наверное, от злости пыхтит. Цветовая гамма на этаже руководителей отличается, здесь более спокойные, консервативные тона, дорогая отделка. На этаже биг босса мне бывать не приходилось, девчонки говорят, там невероятно роскошно и брутально. Но, мы люди простые, за роскошью не гонимся. Так, Маша, соберись, говорю себе, подойдя к кабинету Мымры.

Глава 2

— Марина Юрьевна, вызывали? — заглядываю в дверь начальницы, приклеив на лицо дежурную улыбку.

— А, Власова! — Мымра выразительно смотрит на круглые настенные часы, висящие над дверным проемом. — Проходи! Я уже, думала, не явишься. Располагайся.

Бодро вхожу в кабинет, присаживаюсь на стул, на который мне указала Мымра, скромно складываю руки на коленях и вопросительно смотрю на неё. Так, вроде не орёт, значит, не слишком разозлилась. Мымра любит повышать голос, общаясь с подчинёнными. Обычно такое бывает, когда она не в духе. Для таких экстренных случаев, когда не повезло и я попадаю под горячую руку, у меня своя тактика. Я просто молча слушаю, киваю и ничего не говорю, пока она не прокричится. Когда она спрашивает, почему ты молчишь, я спокойно отвечаю: «Поняла вас, Марина Юрьевна, исправлюсь!» И всё, иду дальше работать. Нет смысла искать пути к диалогу, объяснять, если её цель — выпустить пар. Сегодня, может, пронесёт, лишний раз выслушивать её нотации удовольствие не доставляет.

— Значит так, Власова! Сейчас прямиком отправляешься в отдел кадров, с приказом ознакомишься. В связи с производственной необходимостью пару недель посидишь в приёмной генерального директора.

— В смысле, в приёмной?! — тупо смотрю на неё. — А Варвара?

— Варвара больше не работает! Место секретаря вакантно! — она снимает свои стильные очки в тонкой оправе и устало протирает глаза. — Конкурс объявили. На следующей неделе собеседования начнутся. А пока кто-то должен «сидеть в приёмной! — разводит руками. — Планы Ивана Александровича изменились, из командировки возвращается раньше, чем предполагалось. Мы бы успели подобрать человека. А таквся надежда на тебя, Власова!

Я сижу, пытаюсь переварить полученную информацию. Как пить дать, Варварку уволили, к гадалке ходить не надо. Не угодила шефу.

Мы, порой, с девчонками смеёмся: «Приёмная — гиблое место!» Секретари меняются, как перчатки. Когда появляется очередная фифочка, шутливо делаем ставки, сколько она продержится на своём месте. Хватает трудового запала обычно на пару месяцев, максимум — полгода. Нужно быть законченной моральной мазохисткой, чтобы сработаться с тираном, как мы за глаза называем босса. И теперь меня хотят отправить в «это самое гиблое место?» Прислуживать этому высокомерному придурку, ходить перед ним на цыпочках, пытаясь угодить, беспрекословно исполнять его указания? Нет, спасибо, я пас!

Да и работа там тяжелая, Алина постоянно жаловалась. Бесконечные звонки, поручения, нескончаемый поток бумаг и посетителей. В офис следует явиться ровно за полчаса до официального начала рабочего дня. Отойти в туалет даже некогда, на обед следует отпрашиваться, домой тоже. Больничный лист — непозволительная роскошь. Алина постоянно задерживалась на работе, так как у Громова фишка — важные встречи назначать на вечернее время. Как правило, эти встречи затягиваются до самого позднего вечера.

Наиболее надежный способ остаться в живых — сменить место работы, чего нет в моих ближайших планах.

— Марина Юрьевна, спасибо, конечно, за доверие, но- осторожно подбираю слова, — боюсь, я не оправдаю ваших надежд. Не готова взять на себя подобную ответственность. Совсем не готова. У меня и своей работы выше крыши.

— Власова, ты меня слышишь или нет? Вопрос решён. Я тебя ставлю перед фактом! — Мымра начинает выходить из себя. — С завтрашнего дня — ты в приёмной! Возражения не принимаются!

— Насколько я знаю, перевод работника на другую должность возможен только с его согласия. Я не согласна! — твёрдо отвечаю я. Это безумие, я сама себе не враг. Согласиться, чтобы через неделю вылететь с работы как пробка, только из-за того, что босс окажется не в духе. И, по его предвзятому мнению, ты не слишком расторопна, нужную для него бумажку распечатала с задержкой в целую минуту. Нет, такого счастья нам не надо.

— Власова, не мотай мне нервы и не трать своё и моё время! Ещё раз повторяю: «Производственная необходимость!» Посидишь в приёмной неделю –другую, не переломишься! — чеканит Мымра, поправляя свои идеально уложенные волосы. — И, пожалуйста, сделай что-нибудь с волосами. Зайди сегодня в салон красоты, новая, стильная стрижка тебе не помешает. Про одежду, думаю, не стоит напоминать. Белая блузка, чёрная юбка, туфли -лодочки, а-ля, офисный дресс-код. В приёмной твои джинсы с водолазкой не прокатят. Как –никак, ты лицо компании, должна выглядеть презентабельно. Про макияж не забудь. Нейтральный мейк-ап, реснички и губы накрась, румяна, тени, все дела. Ты меня поняла?

Я нервно дёргаюсь. На работу я хожу в обычной, повседневной одежде, минимум макияжа, волосы — в пучок. У меня правильные черты лица, симпатичное лицо, выразительные глаза, четко очерченные губы. Без макияжа я милая, а с макияжем — яркая. Я всегда ухаживала за собой, любила красиво наряжаться. В свете семейных неурядиц и финансовых проблем всё это ушло на второй план. Теперь не до красоты. С клиентами в офисе я контактирую редко. Выгляжу не нарядно, а скромно, аккуратно и опрятно, но всё равно, неприятно слышать подобные слова в свой адрес.

— Марина Юрьевна! Я сказала «нет»! — продолжаю твёрдо стоять на своём.

— Значит так, Власова! — глаза Мымры сузились. — Не зли меня! Два раза повторять не стану! Или ты соглашаешься на перевод, или пишешь заявление на увольнение! Поняла? Развела здесь детский сад. Забыла, приказы начальства не обсуждаются, а выполняются.

— Вы не имеете права меня уволить! — Мои руки, крепко сцепленные в ладони, начинают дрожать.

— Власова, как твои трудовые права нарушили, будешь плакаться инспектору в трудовой инспекции! Сейчас быстро внесём изменения в штатное расписание, сократим твою должность. Делов-то! — презрительно хмыкает. — По сокращению быстро вылетишь у меня. Или хочешь, сейчас проверку организуем? Думаю, косяки в твоей работе найдём! Мне нужны лояльные сотрудники! Сказано- сделано!

У меня внутри всё переворачивается. Мымра просто так слов на ветер не бросает. Даже если не сократит, начнёт придираться к работе, создаст невыносимые психологические условия. Долго ли я продержусь? Мне работа нужна как воздух. На следующей неделе очередной платёж по кредиту. Слёзы невольно наворачиваются на глаза.

— Марина Юрьевна! — смахивая невольные слёзы, говорю я. — Всё одно, либо вы уволите, либо Громов. Знаете же прекрасно, никто там долго не задерживается!

— Ох, Машка, Машка, теперь в слёзы! — качает головой Мымра. — В самом деле, ты всегда казалась мне рассудительной, спокойной, неконфликтной. Не справишься что ли? Следить за порядком на его столе, проверять, корректировать расписание, встречать посетителей, чай-кофе предлагать. Для важных дел у него свой личный ассистент. Можно подумать, у тебя семеро по лавкам. Ты не замужем, ни мужа, ни детей. Ничего страшного, задержишься пару раз, не растаешь. Не переживай, всё оплатят, премию в двойном размере выпишем за ненормированный рабочий день! — радостно говорит она, как будто объявляет, что я выиграла в лотерею миллион долларов. — В чём проблема-то? Многие за огромную удачу посчитали бы такое предложение! До потолка прыгали!

— И предложили бы, кому за счастье! — немного обиженно, по-детски говорю я. Что мне остаётся? Покажу свой норов, Мымра найдёт способ меня уволить. Она злопамятна, мой отказ воспримет как личную обиду. В её силах сделать мою жизнь окончательно невыносимой и добиться моего увольнения.

Я не в той ситуации, чтобы вступать с ней в открытый конфликт. Если поиски работы затянутся, начнётся просрочка, проценты по кредитам будут расти в геометрической прогрессии. Я не могу подвести своих родителей, свою семью. Они на меня рассчитывают, верят в меня.

— Власова, не переживай! Всё у тебя получится! На мою поддержку можешь рассчитывать! — по-матерински говорит она, понимая, что я согласна. — Давай, по чашке кофейку глотнём! Тебе с сахаром?

Я удивлённо смотрю на неё. Что это с ней? Сама на себя не похожа. Такая милая и добрая.

До меня доходит, что сейчас Мымра играет в «добрую» начальницу.

Она расслабленная, маска высокомерия слетает с её лица. Легко встаёт, изящным движением включает кофемашину. Внимательно за ней наблюдаю. Отмечаю, что для своих сорока пяти лет Мымра выглядит отлично. Высокая, стройная, невероятно ухоженная, привлекательная женщина. Лиля разузнала, что второй муж Мымры намного младше её, холёный красавчик лет тридцати. По версии Лилии, разница в возрасте — одна из причин, почему Мымра такая злюка.