Роза Адамс – Босс, отпусти меня (страница 8)

– Кирилл… Алексеевич, – начала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но он дрогнул. – Я… я думаю, нам не стоит работать вместе. Я бы хотела попросить вас отпустить меня. Уволить.

Туманов посмотрел на неё. Его глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас блестели каким-то новым, хищным огоньком. Он усмехнулся, и эта усмешка была хуже любого крика.

– Уволить тебя, Кира? – протянул он, словно пробуя имя на вкус. – Интересное предложение. Но я же сказал, пока расследование по махинациям твоего бывшего начальника не завершено, ты остаёшься здесь.

– Я не имею к этому никакого отношения, – твердо сказала она, почувствовав, как холодок пробежал по спине.

– А вот тут мы еще посмотрим, – Туманов наклонился вперед, его голос стал тише, но от этого еще более угрожающим. – До меня дошли слухи, Соколова. Слухи о твоём.... эээ… особом положении. О том, как ты добивалась своих успехов. Говорят, ты умеешь входить в доверие к нужным людям.

Кира вскочила. Её лицо залилось краской.

– На что ты намекаешь? – выдохнула она, чувствуя, как внутри закипает гнев. – Ты обвиняешь меня в чем-то, чего я не делала!

– Я не обвиняю, – Туманов снова усмехнулся, наслаждаясь её реакцией. – Я просто констатирую факты. И пока эти факты не будут полностью проверены, ты будешь работать под моим чутким руководством. А там… посмотрим. Может быть, ты окажешься полезной. Очень полезной.

Кира стояла посреди кабинета, чувствуя себя загнанной в угол. Её враг из университета, который всегда считал её слабой, теперь держал в своих руках, играя с ней, как кошка с мышью. И она понимала, что просто так уйти ей не дадут.

«Отпусти меня!» – кричало её сердце, но слова застряли в горле, заглушенные ледяным дыханием нового, ужасного будущего.

Она предприняла ещё одну попытку убедить его.

– Я думаю, нам обоим понятно, что это не сработает. Мы… мы просто несовместимы.

– Несовместимы, Кира? – его губы тронула легкая, едва заметная усмешка. – Хм, интересное слово для описания профессиональных отношений.

– Я не думаю, что смогу эффективно работать под вашим руководством, – продолжила Кира, чувствуя, как внутри нарастает паника. – Давай разойдёмся, Туманов.

Усмешка Кирилла стала шире, приобретая оттенок чего-то зловещего.

Он откинулся на спинку кожаного кресла, сложив руки на груди. Его взгляд, обычно пронзительный и оценивающий, сейчас казался насмешливым.

– А что тебе мешает начать эффективно работать под моим руководством, Кира Сергеевна? – спросил он, прищурившись. – Ты же прекрасно работала с предыдущим начальником. Подстроилась под него, сделала хорошую карьеру. Навыки у тебя имеются, это я признаю.

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Она знала, куда он клонит. Его намек был настолько прозрачным, что казался оскорблением.

– Я не понимаю, к чему вы это говорите, – ответила она, стараясь не выдать своего возмущения.

– О, я думаю, ты прекрасно понимаешь, – продолжил Туманов, его голос стал еще более едким. – Ты умеешь находить общий язык с руководством. Умеешь… адаптироваться. И, судя по твоей карьере, весьма успешно.

Его слова были как удар под дых. Он не просто намекал, он открыто обвинял в том, что её профессиональные успехи – результат некомпетентности и использования личных связей. И самое ужасное, он намекал на то, что она была любовницей бывшего начальника.

– Вы не имеете права так говорить, – процедила Кира, чувствуя, как её профессионализм и достоинство подвергаются унижению. – Моя работа всегда была основана на моих знаниях и усилиях.

– А я говорю, что ты просто не хочешь работать со мной, – парировал Туманов, его усмешка стала шире. – И вместо того, чтобы признать это, ты придумываешь какие-то нелепые отговорки про «несовместимость». Может, тебе просто не нравится, что я не такой, как твой предыдущий босс? Не такой… мягкий и податливый?

Кира почувствовала, как внутри нее закипает гнев. Он ей мстит, пытается разрушить её репутацию, выставить в самом неприглядном свете.

Он прищурился, его взгляд скользнул по лицу, задержавшись на губах.

– А Игорь Петрович, говорят, был очень… щедр к своим сотрудницам. Особенно к тем, кто умел быть благодарной.

Сердце Киры заколотилось. Она поняла, куда он клонит.

– Я не понимаю, о чем вы.

– О, прекрасно понимаешь, – он усмехнулся, и эта усмешка была хуже любого оскорбления. – Неужели ты думаешь, что твоя карьера здесь – это исключительно твои заслуги? Игорь Петрович был известен своей… любовью к красивым девушкам. А ты, Кира, всегда умела очаровывать. Еще в универе, помнишь? Как ты с деканом договорилась о пересдаче?

Кира почувствовала, как кровь приливает к лицу. Это было унизительно. Он не просто намекал, он откровенно обвинял ее в использовании связей, в том, чего она никогда не делала. Она всегда добивалась всего сама, упорным трудом.

Его глаза горели недобрым огнем. В них плескалась смесь цинизма и какого-то болезненного азарта, словно он только что нашел новую игрушку, которую собирался сломать.

– Так попробуй очаровать меня! – он ухмыльнулся, и эта ухмылка была полна презрения и вызова. – Может, мы сработаемся.

Кира смотрела на него, её охватила волна отвращения. Она ненавидела его. Ненавидела его за эти слова, за этот взгляд, за то, что он пытался унизить, обесценить ее труд. Она ненавидела его еще сильнее, чем в университете, когда он постоянно пытался поддеть ее, выставить в дурном свете.

– Я не собираюсь вас очаровывать, – процедила она сквозь зубы стараясь, чтобы голос звучал ровно, но в нем все равно проскальзывали нотки ярости.

– Но в универе ты же пыталась обратить моё внимание! – он рассмеялся, и этот смех был резким, неприятным, как скрежет металла. – Разве нет?

– Да ты придумываешь! – Кира возмутилась, её кулаки сжались так, что побелели костяшки. – Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я не стану тебя очаровывать. Ты придурок!

Его смех стал громче, переходя в откровенное веселье. Он наклонился вперед, опираясь локтями о стол, его взгляд, все еще горящий недобрым огнем, теперь был наполнен искренним, злорадным удовольствием. Он наслаждался ее гневом, ее беспомощностью.

Ее взвинченность ярость – все это было для него лишь подтверждением его собственной власти, его способности вызывать в ней сильные и бурные эмоции.

– Придурок, значит? – он вытер слезу, выступившую от смеха. – Ну что ж, придурок тоже может добиться своего. А ты, Кира, как всегда, слишком гордая, чтобы признать очевидное. Ты всегда хотела, чтобы я тебя заметил. И вот, я тебя заметил.

Он снова ухмыльнулся, и на этот раз в его глазах мелькнула тень чего-то более темного, чего-то, что заставило Киру почувствовать холодок по спине. Он не просто забавлялся её гневом, он наслаждался, питался им.

И в этот момент Кира поняла, что этот человек – не просто неприятное воспоминание из прошлого, а реальная угроза, которая снова ворвалась в её жизнь, чтобы испытать на прочность. И судя по всему, он был полон решимости выиграть эту игру.

Глава 11

– Ты ошибаешься, – прошипела Кира, пытаясь взять себя в руки. – Я никогда не стремилась к твоему вниманию. Ты просто… был рядом. И всегда был помехой.

– Помехой, которая, тем не менее, заставляла тебя краснеть и сбиваться с мысли, когда я проходил мимо, – он подмигнул, и это было похоже на удар хлыстом. – Не лги себе, Кира. Ты всегда была такой – гордой, но уязвимой. И я это видел.

Он встал, медленно обошел стол, и остановился прямо перед ней. Его тень накрыла её, Кира почувствовала, как напрягается каждый мускул. Он был выше, чем она помнила, и его присутствие теперь ощущалось как физическое давление.

– Ты думаешь, я здесь, чтобы тебя унизить? – его голос стал тише, почти шепотом, но от этого стал еще более угрожающим. – Нет, Кира. Я здесь, чтобы напомнить тебе, кто ты есть. И кто я. Мы сработаемся, потому что ты мне нужна. А я… Я тебе тоже.

Он наклонился еще ближе, его дыхание коснулось ее щеки. Кира зажмурилась, ожидая чего-то, но вместо этого почувствовала, как его пальцы легко коснулись её подбородка, заставляя поднять голову.

– Ты такая же, – прошептал он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на… сожаление? Или это была просто очередная уловка? – Красивая, когда злишься. Но слишком упрямая.

Он отступил, оставив Киру дрожать от смеси гнева и какого-то странного, пугающего предвкушения.

Она хотела отшить его, сказать, что он не прав, что он ничего не понимает, что он – всего лишь призрак из прошлого, который не имеет права вторгаться в её настоящее. Но тут дверь кабинета широко распахнулась.

В проеме появилась она. Аромат дорогих духов, словно легкое облачко, окутал пространство. Красивая, стильная, с идеальной укладкой и безупречным макияжем, она излучала уверенность и какую-то небрежную элегантность.

– О, Кирилл, сюрприз! – голос был мелодичным, с легкой игривой ноткой. – Решила посмотреть твоё новое приобретение, твою компанию. Как ты смотришься в роли сурового босса. И готов ли рассмотреть мою кандидатуру? Я ищу работу. О, ты занят?

Взгляд, скользнул по кабинету, остановился на Кире. В нем не было ни тени удивления, только легкое, едва уловимое любопытство, смешанное с чем-то еще… чем-то, что заставило Киру почувствовать себя невидимой, а затем – наоборот, слишком заметной. Как экспонат, выставленный на обозрение.