Ростислав Соколов – Чёрная пирамида (страница 68)
Культист приблизился к Марго вплотную и приставил пистолет к её лбу. Металл ствола был ещё тёплым после выстрела, убившего Алису. Марго смотрела в глаза предателю поверх оружия с нескрываемой ненавистью.
Он принимал участие в убийстве её отца. Известие о том, что Владимира Романова всё-таки убили, больно ранило Марго, но она быстро опомнилась. Она изначально так и думала, едва переступила порог его квартиры. Женская интуиция, наверно.
Простота разгадки и чудовищность истины ошеломили Марго. Всё это время она верила, что делает всё возможное, чтобы остановить сеттитов. Что рядом с ней был надёжный человек, которому она могла всецело доверять. А оказалось, что послушной собачкой Марго бежала вместе с остальными от одной подсказки к другой, с каждым шагом приближаясь к ловушке, коей и была всё это время пирамида в утраченном Омбосе. И каждой маленькой, как ей казалось, победой над сеттитами лишь приближала час их труимфа.
Предатель стиснул рукоятку пистолета, держа палец на спусковом крючке.
– Так возьми эти статуэтки и исполни то, ради чего тебя послали сюда! – с пафосом произнёс Ковальский, глядя девушке в глаза. – И, возможно, он даст тебе место в своём Обновлённом мире! В противном случае мы всё сделаем и без тебя. Невелика потеря. Мы выпустим его на свободу, и начнётся новая эра. Мы наконец достигнем того, о чём мечтал каждый, но никто не знал пути, на котором нужно пролить слёзы, пот и кровь….
Выдержав его проницательный взгляд, Марго ответила, вложив в эти два слова всё то, что испытывала прямо сейчас: боль, ярость, ненависть и презрение.
– Не дождёшься!
Глава 152
Штефан Ратцингер никогда не верил в сверхъестественное, но иным образом объяснить события сегодняшнего вечера было невозможно. Как бы он ни хотел отыскать реалистичную причину появления утраченного золотого города на месте оазиса Дахла, немец понимал, что увиденное им сегодня не укладывалось ни в какие рамки.
Лицо сеттита исказилось негодованием:
– Ах вот как? Ну хорошо…
Резким грубым движением он сбросил с Марго рюкзак и вывалил всё содержимое на пол. Из мешка высыпались пять статуэток, а затем выкатилась и каменная сфера. Взяв все артефакты, Ковальский по очереди вставил каждую статуэтку в нужный паз, но проворачивать не стал. Вместо этого он поднял получившуюся конструкцию перед собой и медленно зашагал к исполинской статуе Сета у дальней стены зала. В его плавных неторопливых шагах чувствовалась уверенность в себе, гордость за совершённые деяния и преодолённые испытания. Скрутившие Ратцингера и Марго культисты смотрели вслед соратнику, не отрывая взгляда. Во всей сцене, освещённой лишь тусклым светом фонариков, ощущалась мрачная торжественность. Именно так Ратцингер и представлял себе оккультные ритуалы сеттитов: в полумраке, жестокие, бескомпромиссные, в исполнении людей, прячущих лица за безжизненными масками.
Ковальский приблизился к постаменту вплотную и поднял руки над головой, словно показывая божеству свой трофей. Затем картинно преклонил колени перед своим повелителем и поместил сферу выступом южного полюса в отверстие в постаменте статуи. Артефакт, собранный воедино ценой невероятных человеческих жертв, тут же пропал, словно его проглотил гигантский игральный автомат.
Из-под статуи донёсся низкий гул, переходящий в рокот, сотрясший, казалось, и весь зал тоже. В этот момент Ратцингер почувствовал то, чего никогда за свою жизнь человека, взращённого в атмосфере пропаганды атеизма, не испытывал прежде. Он до конца не мог понять, как именно. Скорее интуитивно. Но в зале вместе с ними появилась ещё и некая сущность. Дышать стало тяжелее, носоглотку обожгло холодом, словно сам загробный мир распахнул свои врата.
Ратцингер ощутил, как его кожа покрылась мурашками, как похолодели руки. Всё, во что он прежде верил, в этом гигантском строении, возведённом шесть тысяч лет назад, казалось ничтожным и ошибочным. Он, будучи изучавшим египетскую мифологию учёным, никогда не считал, что этот мир действительно находится под управлением неких сил, расположенных по ту сторону реальности. Но после всего того, что они пережили за последние два дня, Ратцингер уже не был так в этом уверен.
Ковальский благоговейно воздел руки вверх и возвестил:
– О великий Сет-Ан! Мы, славные сыновья твои, с доблестью возвращаем тебе твоё былое могущество! Прими же эту жертву, возвещающую начало твоего правления на этой земле!
Ковальский обернулся и махнул рукой сеттитам. Те молча кивнули и подхватили на руки Марго. Девушка отбивалась и сопротивлялась, но всё было тщетно. Двое громил даже не замечали её отчаянных попыток освободиться.
– Не трогайте её! – завопил Ратцингер и рванулся вперёд, скорее машинально, чем в искренней попытке спасти Маргариту.
Тут же он почувствовал удар в плечо, поваливший его на землю. Немец ударился лбом о холодный каменный пол святилища. Грубая поверхность резала колени даже сквозь плотные походные штаны. Он задыхался от гнева и страха, впервые в своей жизни.
Штефан поднял глаза и смотрел снизу вверх, как двое культистов несли Марго к статуе Сета. Смысл происходящего дошёл до него за долю секунды.
Последняя человеческая жертва на этой кровавой тропе возмездия сеттитов. На пути к освобождению их повелителя из плена подземного мира. Пару дней назад это всё показалось бы ему чушью, но сейчас он ничуть не сомневался, что нечто подобное вполне могло произойти. Ратцингер почти физически ощущал, как беснуется потусторонняя сущность в этих стенах, изнемогая от желания наконец вырваться из заточения. Она рвалась и металась, кружила вокруг Наследницы, но никто её не видел.
Немец попытался снова вернуться в рациональное русло, но в стенах пирамидального храма, в существование которого прежде никто не верил, это было весьма затруднительно. Марго всё это время видела его в своих снах. Это она привела их сюда, хотя и думала, что действует во благо всего мира. А теперь она как минимум найдёт здесь свою смерть.
– Отпустите!!! – завопила Марго.
– Молчать! – рявкнул Ковальский. – Не сме…
Тут его голос резко замолк. Он насторожился, а Ратцингер замер и стал вслушиваться. Мгновенно усилившийся рокот сотряс зал. Под сеттитом разъехались каменные створки, обнажая кованую решётку. С непониманием и ужасом в глазах Ковальский уставился себе под ноги. За решёткой виднелось ритмично моргавшее свечение. Ратцингер ожидал, что он достанет оттуда нечто невероятное, но потом догадался, откуда шло сияние.
Из-под решётки вверх вырвался столп пламени, тут же охвативший сеттита, застав его врасплох. Одежда на несчастном мгновенно вспыхнула, а языки огня лизали его кожу и плоть. Поначалу он даже не кричал, но буквально через несколько секунд не смог сдержаться от боли. Ковальский повалился на пол и стал кататься из стороны в сторону в тщетных попытках сбить с себя пламя, огромным красным цветком поедавшее его тело.
Собратья по Ордену даже не шелохнулись. Сначала Ратцингер решил, что причиной тому был шок от увиденного. Но потом понял, что заблуждался.
В жертву необязательно было принести Марго как Наследницу, подошёл бы и один из сеттитов. И волею случая сакральной жертвой для пробуждения бога стал тот, чьи усилия позволили реализовать весь этот дьявольский план. Теперь он корчился в предсмертных судорогах на полу зала Чёрной пирамиды, нелепо дёргая руками и ногами.
Когда предатель затих, в помещении как будто стало ещё тяжелее находиться. Образовавшийся костёр призрачным пляшущим светом озарял всё, что было поблизости. Маски сеттитов стали ещё более грубыми и зловещими. Лицо Марго выглядело совсем искажённым. А подсвеченная снизу статуя Сета словно смотрела на них сверху вниз, как на своих вечных рабов.
Подняв голову, Ратцингер вгляделся в лицо изваяния. Его взгляд привлекло какое-то движение в районе головы. Там укрывался ещё один сеттит? Тот, кто активировал ловушку для финального жертвоприношения?
Присмотревшись повнимательнее, насколько это было возможно в полумраке церемониального зала, Штефан Ратцингер содрогнулся всем своим существом. Теперь он точно знал, что узрел истину. И она его ужаснула.
Глава 153
Маргарита Романова никогда бы не подумала, что увидит действие этого принципа вживую.
Глаз изваяния дёрнулся, а затем каменные веки разомкнулись, и тьму озарило кроваво-красное сияние. Глаза Сета горели во мраке зала, словно два гигантских рубина. Только это были вовсе не камни. Статуя пару раз моргнула, после чего повернула голову вправо, затем влево, словно разминая шею.
По её поверхности пробежала тонкая паутина трещинок. Она промчалась, словно оползень, от головы по туловищу к рукам и ногам. Затем верхний слой камня осыпался, обнажая более тёмный и глубокий. Словно змея, освободившаяся от старой чешуи, колосс встал со своего трона в облаке мелкой каменной крошки. Алые глаза воззрились на посторонних с немым укором, заставив обоих уцелевших беглецов сжаться от ужаса.
Шокированная Марго смотрела на каменного исполина, не веря в происходящее.
Сразу же после этого статуя медленно подняла правую ногу и сделала вперёд один шаг, сотрясший зал. На мгновение все присутствующие потеряли равновесие. Нёсшие Марго сеттиты разжали руки, и девушка плюхнулась на каменный пол. Этой заминки ей хватило, чтобы нанести удар вслепую. По сдавленному вздоху Марго поняла, что попала одному из противников в пах. В следующую секунду она развернулась, выхватила из-за его пояса пистолет и всадила по пуле в каждого из четырёх замешкавшихся сеттитов. Куда именно стрелять, ей было всё равно – благо мишени были достаточно большими, что даже новичок смог справиться.