Ростислав Паров – Пустота (страница 10)

– Как пожелаете, Катерина, – вновь встретившись с ней глазами, он мягко ей улыбнулся. – Здесь вы следователь, – намеренно негромко и медленно произнес Вячеслав.

Девушка недовольно хмыкнула.

– Мне кажется, вы не воспринимаете ситуацию серьезно, – оставив попытки уйти, она постучала краем папки по столу.

– Почему вы так решили?

– Вы как будто играетесь здесь, – взгляд ее стал строгим и угрожающим. – Как будто уверены, что все будет хорошо.

«Молода, да внимательна, – мысленно похвалил ее Вячеслав. – Умна? Или мне хочется так думать из-за внешности?»

– Я уверен в своей правоте, Катерина, – произнес он вслух. – И соответственно, уверен, что либо правосудие, либо адвокаты помогут разобраться с этой инсценировкой.

– Инсценировкой? – поморщилась следователь.

– Не иначе, Катерина. Или вы временами встречаете в супермаркетах полицию с собаками? – сыронизировал Вячеслав.

Солнцева вновь уничижительно вздохнула, попутно демонстрируя ему высоту своего бюста.

– Мы не наобум искали, Вячеслав Евгеньевич. И то количество, что нашли у вас, говорит о том, что искали мы не зря!

– Мне тоже звать вас по отчеству? – словно не услышал ее Северский.

– Нет, можете звать меня Катерина.

– То есть, Катерина, вы не допускаете, что это инсценировка?

«Ответишь в лоб или подумаешь?» – решил проверить ее сообразительность Северский.

– Допускаю, Вячеслав, – после короткой паузы ответила она. – Но оснований отпустить вас, кроме того, что вы уверенно держитесь, у меня тоже нет.

– Логично.

«Неплохо, – дал ей оценку мужичина, попутно замечая, что симпатизирует следователю все больше. – Или это прием, который призван заставить меня говорить более откровенно? Нельзя исключать».

– Так что, Вячеслав, мы будем играть дальше или поговорим наконец?

В представлении Северского одно можно было вполне совмещать с другим и это было бы куда веселее. Но он уступил девушке, вновь не в силах распознать, то ли это было следствием возникшей симпатии, то ли желанием без лишних рисков узнать намерения подставивших его людей.

– Давайте поговорим, – серьезно ответил Вячеслав, – мне приятно ваше общество.

«Что это?! – спросил он себя, заметив мимолетную улыбку на лице Катерины. – Показное наслаждение лестью?.. Или это искренне?»

– Тогда я обязана предупредить, что ваши показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу. – Вячеслав коротко кивнул, и она продолжила: – Где вы проживаете? – Солнцева открыла свою тонкую папку. – В Химках?

– В Вышневолоцком районе, деревня Сна. Знаете такую?

Не отрывая от документов глаз, Катерина мотнула головой.

– Соседи за вас поручиться смогут?

«Как будто поручительство соседей может чем-то помочь! – молниеносно пронеслось в его голове. – А говорила, не будет игр!»

– У меня нет соседей, Катерина. У нас с сестрой единственный дом в деревне.

– Хм… Экзотично. Но плохо для вас!

– Зато сестра сможет.

«Хорошо, играем!» – обрадовался про себя Северский.

– Заинтересованное лицо, – снова помотала головой девушка. – Друзья, коллеги?

– Первых, как оказалось, не было, вторых растерял.

Сложив руки на груди, следователь выдерживала паузу.

– Считайте, Вячеслав, что если вас подставили… инсценировали, как вы говорите, то сделали это очень грамотно и знаючи вас. Без камер вам будет нелегко оправдаться.

– Тогда, может, стоит проверить того, кто дал вам наводку? Вы так не считаете?

– Вы мне помогаете вести дело? – снисходительно ухмыльнулась Солнцева. – Думаете, не сообразим? Или снова играете?! – она взглянула на него строго.

– Просто мысли вслух, извините, – изобразил легкую обиду ученый.

– Даже если вы ни при чем, это не значит, что наш информатор лжет, – поспешила оправдаться Катерина. – Вы могли получить героин от настоящего преступника. Или не допускаете такого? – закончила она с легкой издевкой.

Вячеслав широко улыбнулся.

«Сообразительная! И задорная! Она мне определенно нравится, – в очередной раз похвалил ее Северский. – Интересно, как повела бы себя Полина, если бы я привел в дом женщину?» – на этот вопрос его рассудок не смог дать быстрого ответа, и он поспешил вернуть свое внимание к допросу.

– Я бы на месте преступника лучше спрятал этот героин под какой-нибудь палетой.

– А если бы у вас была сотня таких доз? – тут же возразила Солнцева. – Не проще ли пожертвовать малым?

Северский не стал озвучивать возможные на то возражения, хотя и имел их. Он просто задумчиво растопырил пальцы, покрутил ими и улыбнулся вызывающему у него симпатию следователю. И, к своему удивлению, получил улыбку в ответ.

– У вас есть враги?

– Думаю, что уже нет.

– Что вы с ними сделали? – слегка шутливо, стремясь поддержать возникающую атмосферу доверия, задала очередной вопрос Солнцева.

– Это не я, Катерина, это время.

– М-м… Остроумно.

В ходе всего разговора Катерина никак не могла представить этого сдержанного, интеллигентного и умного человека в образе безумного ученого. Ничто не выдавало в нем помешательства наукой, кричащего превосходства над миром или ненависти к нему.

– Видите эту папку? – Она раскрыла пластиковый скоросшиватель с несколькими листочками в нем. – Это вся объективная информация на вас, которая есть у полиции. Паспортные данные, права, место учебы и последнее место работы. С которого, к слову, вы уволились аж в 2007 году. С таким послужным вас и без наркотиков брать можно было! Шучу, – добавила она после короткой паузы.

– Надеюсь, – с едва уловимой иронией произнес подозреваемый. – Может, мне стоит ответить на полиграфе? Вместо поручителей.

«Чертовски хорошая идея! – подумала про себя Солнцева, пожалев, что для тверского отделения полиции такой прибор был недоступен. – Это ваш блеф, товарищ безумный ученый?»

– Идея интересная, – вновь помолчав немного, согласилась она, – только показания полиграфа не считаются доказательной базой.

– Жаль, – покачал головой Вячеслав.

– Жаль, – покачала в ответ Солнцева. – Пусть без полиграфа, но расскажите мне о себе. Если я пойму, какой вы человек, мне будет проще найти решение вашему делу.

– Проще будет, если вы спросите сами, Катерина, – без промедления ответил он. Казалось, Северскому вообще не требуется время, чтобы ответить, словно он знал свою роль и выдавал заранее написанный текст. – Мне самому неловко решать, что рассказывать. Но я обещаю говорить вам правду и только правду, – он приподнял над столом правую руку, будто клялся на библии.

– Что ж, давайте попробуем.

Северский чем-то напоминал ей Лебедева: немного старше, заметно живее, а в остальном – такой же уверенный, проницательный и спокойный мужчина. И его волосы, слегка взъерошенные и одновременно опрятные, тоже смахивали на прическу Ивана, во время раздумий нередко ворошившего свои волосы.

– Расскажите, Вячеслав, на что вы живете, если последние четырнадцать лет не работаете? Я не налоговая служба, мне сказать можно.

– На оставленное нам наследство и доходы с него, – вновь последовал быстрый ответ.

– Тц! – недовольно цокнула языком Солнцева. – Опять плохо.

– Разве? – неискренне удивился он.

– Посудите сами, Вячеслав. Дохода официального – нет, контактов социальных – нет… Все условия, чтоб заниматься наркотиками.

– Но это не так, Катерина.