Ростислав Паров – Недотрога (страница 5)

– Блин, я дура, что ли?! – в какой-то момент вспыхнула она. – А разве могло быть иначе?! Как бы я на его месте сделала?

Сказав это, Анна быстро пришла в себя и оставшиеся до вечера часы провела спокойно. Когда же на экране смартфона возник неизвестный номер, сердце ее заколотилось.

– И для чего ему это? – спросила она по завершении вызова. – Поужинать? Или просто заняться нечем?

В любом случае, Анна была рада звонку и в ту же минуту принялась за готовку.

Егор приехал примерно через полчаса – в тренировочных шортах, кроссовках и мятой футболке. Когда он садился за руль, ему подумалось, что белая рубашка и брюки выглядят слишком приторно, почти «стремно». И потому, подъехав к Анниному дому, надел приготовленную для спортзала одежду.

– О, мясо жаришь! – с порога определил он.

– Ага. Ты ж не веган?

– А че, похож?

– Нет вроде. Ты разувайся и проходи, – сказала Анна и кивнула в направлении гостиной. – Пойду, а то подгорит там.

– Давай.

Егор снял кроссовки, огляделся. В квартире у Анны было необычно: одна комната объединена с кухней, у правой стены – рабочий стол с большим монитором, а на стене за ним – пять или шесть повешенных одна над другой полок с орхидеями и искусственной подсветкой. Больше же всего Егора поразил порядок: везде чисто, убрано, нигде нет случайно оставленных вещей. Даже туфли в прихожей – и те ровно в ряд стоят.

Он подошел к стене с орхидеями, поглядел на них немного, подивился и двинулся к столу. Анна, опираясь на одну ногу, хлопотала у плиты – в светло-сером сарафане, с собранными в длинный хвостик волосами, босиком.

Через несколько секунд она закрыла сковороду крышкой и повернулась к гостю.

– Так че, – развалившись на стуле, задумчиво спросил Егор, – хочешь сказать, что красивое – всегда редкое?

Анна было нахмурилась, но быстро поняла, с чем связан вопрос.

– Да почему же, – хихикнула она. – Не всегда, но довольно часто.

– Хм… – потирая щетину на подбородке, хмыкнул Егор. – Странно.

– Да брось. Все есть в языке, мы просто не замечаем этого, – усмехнулась Анна. – Слово «красивый» происходит от «красный», то есть яркий, броский. И кроме того: прекрасный, удивительный, исключительный, изумительный, неординарный… Такие вещи, люди и события нам нравятся, согласись?

– Н-но да, что-то есть в этом.

От задумчивости он стал делать смешные гримасы. Анна рассмеялась.

– А че еще кроме редкого? – после недолгих раздумий спросил Егор. – А?

– Да много чего еще, – неохотно ответила она и отвернулась к плите.

«Наверное, заинтересовался этим вопросом, потому и пришел, – подумала она. – Тоже понять можно… Любопытство».

– Не знаешь, выходит, – с досадой вздохнул он, и на этот раз Анна не была уверена, показная эта досада или искренняя. – Ясно.

– Блин, как у тебя все просто! – вспылила она. – «Расскажи в двух словах, как мир устроен!»

– Ладно, скажи, где прочесть, – полушутливо произнес Егор. – И без тебя справлюсь.

На этот раз Анна не улыбнулась:

– Не знаю я, где прочесть. В инете поищи, там все есть.

Егор сложил на груди руки, прищурился, надул губы.

– Ну вот и че ты обиделась? – спросил он.

– Я не обиделась, Егор, – серьезным тоном ответила она. – Я знаю об этом из записок отца. Он давно умер. Где про это прочесть – понятия не имею.

– О как. Ты извини… если че.

– Не за что извинять, – сказала Анна и потянулась за тарелками. – Мне и двух лет не было, когда он умер. Так что… неважно все это.

– Че он, известным ученым был?

– Не был. Просто любил разбираться во всем сам.

Анна начала подавать на стол, а Егор, глядя на нее, задумался. Он понимал, что чем-то задел ее, но вот чем – догадаться не мог.

«Бабы – странные существа, – думал про себя он. – Даже пытаться не стоит их объяснить. Так и быть, помолчу пока. Пусть первой заговорит».

Анна, однако, тоже молчала. Не потому, что была обижена или о чем-то задумалась: она просто не знала, о чем ей с молодым человеком говорить.

«Спрошу, чем занимается, – и он тоже спросит. Придется увиливать. О чем, о чем? Блин, ну не о погоде же!»

Звенели о тарелки приборы, с улицы через полуоткрытое окно доносился шум листвы. Занавеска от ветра временами поднималась, чуть не доставая до спины Анны.

– Общая концепция следующая, – положив вилку и нож, заговорила она. – Когда ты что-то или кого-то видишь, нейросеть в твоей голове устанавливает ассоциации. Если это что-то ассоциируется с чем-то позитивным, значит, оно тебе нравится. И наоборот, соответственно.

Егор скривил лицо, насупился.

– Не согласен? Ну вот представь: победил ты в каком-то соревновании. Вспоминаешь об этом – и невольно улыбаешься. Разве не так?

– Н-но допустим.

– Ну вот. А близкие ассоциации, которые действуют для многих людей, можно назвать шаблонами: редкое, сексуальное, сильное и так далее. Понятно?

– Да. Дальше говори.

– Что «дальше»?

– Про все эти шаблоны. Рассказывай давай.

– Слушай, Егор, мне неохота, – честно сказала Анна. – И неохота, и позабыла я половину. Если тебе сильно интересно, я могу покопаться в отцовских записях – через недельку отдам тебе.

– Раз неохота, то давай через недельку, – согласился он и тоже положил приборы. – А че охота?

– Для начала – доесть эти медальоны, – усмехнулась Анна.

Мишин, сделав очередную гримасу, покачал понимающе головой:

– Дело говоришь.

Вскоре с ужином было покончено, медальоны были успешно съедены.

– Чего теперь охота? – спросил гость.

– Теперь – убрать со стола, – улыбнулась она.

Анна встала из-за стола, взяла тарелку и, прихрамывая на правую ногу, двинулась к раковине.

– Так и знал, – нарочито самодовольно сказал Егор. – Не терпишь беспорядка, короче.

– Не люблю его. Но терпеть могу.

– Ну-ну, – улыбнулся он. – А чай будет?

– Будет, будет. Подожди пять минут.

Она убирала в мойку посуду, доставала чашки, чай, а Егор в это время любовался ею. Глядел на ее лицо, руки, фигуру и не находил в них ни единого изъяна.

«Слишком красивая для обычной девушки», – решил он и потянулся за телефоном.

Нашел сделанное в больнице фото, вырезал из него лицо Анны и вставил в окно поиска в браузере. Егор не ошибся: всемирная паутина кое-что о его новой знакомой знала.

Когда Анна, держа в руках чайник, подошла к столу, он вытянул в ее сторону руку с телефоном.