Ростислав Корсуньский – Выпускник (страница 52)

— Руку убери, — возмущенно-яростное шипение в ответ и эмоция хохота от Айви.

Я поначалу даже не понял, чего она хочет — ведь сигнала к окончанию боя еще не было, и если я отведу от ее шеи свое оружие, то она сможет продолжать бой. И только когда прозвучал сигнал, до меня дошло. Моя левая рука, прижимая ее руки с оружием к ее левому бедру, оказалась как раз у нее между ног.

— Так ведь бой, — чувствуя сильную усталость, ответил я. — А ты — моя законная добыча.

Уже под настоящий хохот эльфийки и сильнейшее возмущение девушки, не позволившее ей даже слово сказать, я распеленал ее руки и подошел к Айвинэль. Ханька пыталась что-то сказать, и только выдохнув, возмущенно бросила нам:

— Тру́сы — только и умеете, что бегать от нас.

На выходе нас встретил куратор с нашей телохранительницей, вернувшей нам боевое оружие.

— Это был великолепный бой, — сказал Иван Сергеевич. — А что за заклинание ты создал? Я не видел рисунок.

— Все вопросы — к службе безопасности, — очень тихо, так, чтобы услышал только он, сказал я, на что он просто кивнул.

Турнир верховному жрецу понравился, а вот сила будущих жертв — нет. Он слышал разговор двух магов, рядом с которыми сидел, что о подобном они даже не слышали. Правда, добавили, что если кто-то изобретает нечто похожее, то не спешит делиться, а хранит тайну, чтобы воспользоваться в критический момент. Что и проделала парочка, поскольку, с их же слов, прямое противостояние те проиграли бы. Бранчох надеялся, что они проиграют раньше, но супруги умудрялись одерживать победы. «Хорошо же их Ха́чнок натренировал» — эта мысль вызвала двоякие чувства: с одной стороны, гордость за своего соплеменника, с другой — сожаление, что те стали такими сильными. Теперь придется для их пленения направить не менее двадцати человек. Тем более что их сейчас, после непонятных действий неизвестно кого, охраняют значительно лучше. Отбросив эти мысли, он наконец-то смог заняться последними двумя досье, которые отложил из-за начала соревнований.

— Стоунхендж, — прочитал он название.

В свое время Бранчох взял эту папку из-за странного названия. Открыв ее, он разочарованно скривился. На рисунке были изображены вертикально стоящие камни. Уже закрывая папку, он внезапно почувствовал легкий толчок в грудь — как раз там, где висел знак господина. Изумившись, он раскрыл ее снова, принявшись внимательно читать. Ничего странного или заслуживающего пристального внимания в объяснениях этого феномена. Теории происхождения разнились от шутки древних магов до поклонения богам. Вот только нет ни одного упоминания, что кто-то использовал это место в качестве места поклонения или алтаря. Маги тоже утверждали, что в камнях нет ни грана магической энергии, отсутствуют плетения. Но подсказка заставила его посмотреть на это место под другим углом: скрыть нечто, связанное с богом, может только другое высшее существо.

Сейчас уже поздно куда-либо ехать, тем более что завтра последний бой будущих жертв, и необходимо дать указания. С этими мыслями он уснул.

Проснулся поздно, хотя намеревался встать пораньше. Очень быстро позавтракав, он нашел командира своих воинов.

— Джон, — обратился он к нему, — выдели не менее двадцати человек для поимки сам знаешь кого. Постарайтесь все сделать тихо. Как поймаете, везите к Пеннинским горам. Остальные — со мной.

Сам же он сел в свой дилижанс, приказав двигаться к западным воротам.

Последний день групповых соревнований. Финал. Си Ши, дочь императора империи Хань от любимой наложницы, сидела на трибуне и недовольно смотрела на место будущего действия, куда выходили команды Американского директората и Российской Империи. При виде полукровки ее охватила ярость, когда она представила его оружие у своего горла. Но при воспоминании о его руке на своем теле пониже живота та схлынула, а щечки девушки покраснели. Пришла мысль, что тогда ей на мгновение стало как-то хорошо, несмотря на серп у горла. И все лицо Си окрасилось в цвет зрелого томата.

Она посмотрела на вышедших американок и недовольно скривилась. Причина проста: она никак не могла понять способа их таких странных побед. Но сейчас с удивлением сообразила, что, несмотря на отношение к русской парочке, как окрестил ее их куратор, ей хочется, чтобы победу одержала именно они. Недовольно тряхнув головой, она прошептала:

— Подумаешь, рука…

Начался бой. Девушка снова увидела действия полукровки и эльфийки, словно те были единым целым. Не то, что во время сражения с ними. Внезапно парень остановился и что-то яростно прорычал, а чуть позже — снова. Дальше произошло вообще невероятное: противницы остановились и встали на колени.

Джоанна Триппл, выпускница Американской академии магии, командир группы, прозванной у них в учебном заведении «Бешеная четверка», посмотрела на своих противников. В успехе она не сомневалась, хотя с длинноухой придется повозиться. Ни она, ни другие девушки, с которыми Джоанна сошлась уже в академии, не понимали, почему им удается легко одолевать мужчин. Точнее, не могли объяснить, почему их возбуждение в бою приводит к выделению какого-то приятного запаха, который заставляет мужчин терять волю и глядеть на них с сильным вожделением. К их сожалению, кроме как в бою, подобное не получалось. Зато теперь они выиграют турнир, так как в командах почти всегда только одни мужчины.

Как случалось ранее, поначалу они могли проигрывать, но затем на них накатывала эйфория, а противники, наоборот, слабели. Вот и сейчас они постепенно входили в свое боевое состояние. Это не боевой транс — точнее, они находились в боевом трансе, но сейчас начинали получать настоящее наслаждение. Внезапно полукровка остановился и что-то прорычал. Его глаза сверкнули яростью, но главное было в другом. Что-то в его голосе заставило их остановиться, подойдя к нему. Он еще что-то прорычал, и ноги сами подогнулись — вся четверка встала на колени.

Начало складывалось очень хорошо: несмотря на то, что нас было двое, действовали мы эффективней. Хотя надо отдать должное противницам — они не стали создавать заклинания защиты, а сразу атаковали, тем самым не позволив и нам сотворить полноценную двойную. Дрались они словно бешеные, но все равно мы успевали отбивать их атаки. Вдруг что-то изменилось, но понять, что именно, я не смог. Появился смутно знакомый запах, а в следующее мгновение память подсказала, что это и кто эти девицы.

— Ши’Ииллс! — прорычал я на родном языке.

Память крови подсказала. Феромоны обольщения — вот где скрывался секрет побед. Уж не знаю, когда в этом мире появилась демонесса или демонессы из моего родного, но у всех четырех девушек достаточно много их крови. Это как раз не удивительно, поскольку наша кровь намного сильнее людской. И то, что сейчас происходило, привело меня в ярость, поскольку выходило за все рамки. На родине любая демонесса, даже не аристократка, использовала свою способность только при общении со своим супругом, даря ему безумство интимной близости. И только падшие низшие блудницы, Ти’Рра Ши’Ииллс, торговали этим умением среди людей и в редких случаях — среди калвари.

— Ка’то шахсс, — снова прорычал я.

Я видел непонимание моих слов, но сила крови заставила их выполнить приказ. Я с отвращением смотрел на этих… этих, борясь с этим отвращением и желанием убить их на месте. Айвинэль почувствовала мои эмоции и, подойдя, обняла меня сзади, передавая спокойствие и умиротворение. Две минуты мы так стояли, а комиссия все не могла решить, что это означает и как поступить в этом случае. В итоге, спустя еще минуту нам присудили победу.

Особого ликования на трибунах не было, крики поздравления отсутствовали, кроме наших соотечественников, которые старались за всех зрителей. На выходе нас встречали — меня хлопали по плечу, перед Айвинэль чуть склоняли голову. Хотели сразу идти праздновать победу, но мы сказали, что лучше вечером, а сейчас хотим побыть вдвоем. Подходя к выходу с полигона, краем глаза заметил бешеную ханьку, быстрым шагом направляющуюся к нам. Оценив ситуацию, выбрал такой маршрут, чтобы не пересечься. Выбежав за пределы колледжа, мы рассмеялись и медленно направились в гостиницу. Вдруг меня кто-то сзади дернул за руку.

— Что тебе? — спросил я мальчика лет двенадцати.

— Я передать месседж, — ответил он на смеси русского языка и английского.

— И? — я кивнул ему, что он может говорить.

— Стоунхендж. Ю там.

И тут интуиция закричала, что мне необходимо идти туда, куда сказал этот малец. То самое чувство, что надо ехать на турнир, приобрело новую окраску. Понятия не имею, что там найду, но меня буквально тянет куда-то на запад.

— Это недалеко от Уэст-Эймсбери, — сказала Таэль, которая, как оказалось, неплохо знала карту страны.

Внезапно на меня нахлынуло, а мгновением спустя я ощутил, что Айви тоже что-то почувствовала. Мы остановились и одновременно посмотрели на запад. Чем-то страшным веяло оттуда, какой-то смертельной жутью, чем-то таким, что сама смерть по сравнению с тем, что ожидается, покажется раем. Айвинэль даже передернула плечами, заработав от Таэль вопросительный взгляд.

— Почему подошел к нам? — на английском задала вопрос моя половинка, а телохранительница перевела для меня.

— Профессор сказал, — ответил мальчик. — Сказал, что я должен об этом сообщить странной паре, выигравшей групповой турнир. Я уже второй год наблюдаю.